Снова крик, и мой мозг включился.

Платон! Это кричит Платон!

Это какой-то кошмар.

Я сбросила одеяло и рванула к халату, висящему на двери ванной. Я быстро надела его и побежала к детской. Мне нужно быстрее добраться до Платона.

Эльдар схватил меня за плечо, останавливая. Я попыталась вырваться, но он не пустил меня.

— Ева, подожди. Пропусти меня вперед, — сказал он.

Я была в панике, и тут услышала приказ Эльдара. Он казался таким властным, что я сразу успокоилась.

Платон сидел в своей комнате, широко раскрыв глаза от страха. Как и прошлой ночью, он звал: «Мама, мама, мама».

Но на этот раз он меня увидел. Я упала на колени и обняла его. Он уткнулся лицом мне в шею и заплакал. Эльдар сел рядом с нами. Он обнял нас обоих и сказал:

— Все хорошо, сынок. Все хорошо. Мама рядом.

Не знаю, сколько мы там пробыли. Лёша появился в дверях, наверное, услышал, как Платон кричит и как Эльдар топает по коридору. Эльдар поднял голову и молча кивнул. Лёша кивнул в ответ и ушел.

Через какое-то время Эльдар крепче обнял меня, помог встать и взял на руки Платона. Тот обхватил Эльдара за шею, прижался щекой к его груди и вздохнул.

Я плакала, не замечая этого, пока Эльдар не вытер слезу у меня под глазом.

— С ним все будет хорошо, Ева, — сказал он.

Я плакала не поэтому.

Мое сердце переполнено эмоциями. Я в отчаянии. Вид того, как Эльдар держит Платона, глубоко меня тронул. Я не знала, как защитить себя от такого мужчины, который держит моего ребенка с такой нежностью, даже после того, как он прервал его во время секса, и не один раз, а уже два.

Кажется, Эльдар не возражал. Он не винил Платона и меня. Он просто сделал то, что было нужно.

Это было непросто — утешать пятилетнего мальчика, который недавно видел, как мужчина приставил пистолет к голове его матери.

Может быть, если бы Денис был жив, Платон был бы более стойким. Я не просто его мама, я — его единственный родитель.

Эльдар уложил Платона с дальней от двери стороны и ждал у края кровати, пока я переодевалась в ночную рубашку.

— Тебе досталась середина, — сказал он, приподнимая одеяло.

Я залезла в кровать и обняла Платона. Он привычно прижался ко мне, его маленькая рука сомкнулась на моей, и он снова заснул.

Кровать прогнулась, и Эльдар залез ко мне. Его тяжелая рука накрыла нас с Платоном.

Я хотела сказать ему так много всего. Сказать, что я его люблю. Сказать спасибо за все: за его доброту, за удовольствие. За то, что он нас спас. За то, что он есть.

Я не знаю, как признаться Эльдару в своих чувствах. Боюсь, что это будет слишком. А если я отпугну его, то не смогу жить с этим.

Не знаю, как долго это продлится. Но я хочу удержать Эльдара рядом как можно дольше. Если нужно, я готова держать свои чувства при себе. Пока у меня есть Эльдар, я смогу с этим жить.

Глава 29

Ева

— Ну, вот, уже лучше! — сказал Эльдар, когда мы снова взялись за печенье.

Платон захихикал. Я посмотрела на него и увидела, что он ест шоколадку. Соня тоже ела, у нее на нижней губе осталось пятно.

— Эй, мне шоколад нужен, смотрите весь не слопайте, — говорю я.

Соня отдает мне остатки шоколада. Я кладу его в миску, которая стоит на водяной бане. Мы слышим, как Миша ругается про себя из соседней комнаты. Платон смеется.

Соня закатывает глаза и виновато смотрит на меня.

— Извини, он не привык к тому, что его слышат дети.

— Все в порядке, — говорю я. — Платон знает, что нельзя повторять матерные слова, правда же?

— Правда, — отвечает Платон с полным ртом.

Я взбиваю яйца с сахаром и ванилью. Рецепт занял все мое внимание. Я знаю, что Эльдар поможет мне не накосячить, но я хочу сделать все максимально самостоятельно.

Главное — все отмерять четко по рецепту.

Появился Миша, заполнив собой весь дверной проем кухни. Он был огромный, а двигался так бесшумно, что я аж вздрогнула. Такой большой мужик должен топать, как слон, а он передвигается как призрак.

Соня налила ему кофе, сунула чашку в руку и обняла. Он отпил с благодарностью.

— Насколько хорошо твой муж разбирался в компьютерах? — спросил меня Миша.

Я отвернулась от плиты.

— Ну, он разбирался, но не как программист или хакер какой-нибудь.

— Уверена?

Я посмотрела на Платона. Он вроде бы вообще не интересовался разговорами об отце. Может, ему было все равно, а может, специально притворялся, чтобы мы сказали что-нибудь интересное при нем. Хотя какая разница.

Я бы не стала говорить плохо о Денисе при Платоне, но факт в том, что он нас подставил. Мне и без того сложно, а тут еще я должна подбирать слова. Платону пять лет, он не глупый.

— Честно? Я уже поняла, что многого не знаю и ни в чем не уверена.

Миша кивнул и отпил кофе, задумавшись. Наконец, он сказал:

— Кто-то хорошо зашифровал его ноутбук.

— Ты можешь его взломать?

— Я смогу. Почти готово. Где Лёха?

— Обыскивает дом, — ответил Эльдар, мельком взглянув на Платона.

Миша посмотрел на моего сына, потом на меня и кивнул. Он обнял Соню.

— Спасибо за кофе, зай, — сказал он и ушел так же тихо, как пришел.

— Он добьет его, — уверенно сказала Соня. — Никто не сможет остановить Мишу, если он захочет войти.

— Это правда, — согласился Эльдар. — Как только разберемся с Макаровым, я хочу узнать, кто у него работает. Если его спец такой крутой, что смог замедлить Мишаню, я хочу знать, кто этот человек.

Незадолго до того, как сработал таймер на плите, Миша завопил так, что было слышно по всему этажу. Я подумала, что он взломал ноутбук. Соня выскочила из комнаты и сразу вернулась с довольной улыбкой.

— Он это сделал! — сказала она.

Теперь оставалось только надеяться, что все это не зря.

Платон потерял интерес к готовке, как только я забрала у него шоколадку.

— Можно я пойду играть в Лего? — спросил он.

За последние несколько дней он держался за меня сильнее обычного. Хотя я и догадывалась, что он чувствует, я кивнула, радуясь, что жизнь возвращается в нормальное русло.

— Да, иди поиграй. Я позову тебя, когда кексы будут готовы.

— Только не забудь! — крикнул Платон,