— А что у вас с пленными происходит? — спросил Финир.

Тот помедлил ровно секунду.

— Всегда по-разному. Когда меняемся с другими. Когда продаём. Когда просто отпускаем. Их же кормить и поить нужно, а с водой там всегда плохо. Невыгодно долго держать.

Рудольф повернулся ко мне, потом снова к пленному.

— Собирайся. Со мной полетишь на станцию.

На лице Каргоша появилось выражение, которое было невозможно не заметить, явное облегчение. Настоящее, не разыгранное.

— Так и думал, что ты меня заберёшь, — произнёс он, медленно встал с койки потягиваясь. — Сыро здесь и все кости ломит. — Потом добавил, совершенно будничным тоном: — Я тебе, если интересно, много чего интересного рассказать могу.

— Это хорошо. Послушаем.

— А ты напишешь, что я сам вернулся, раскаялся и осознал?

Начальник СБ станции посмотрел на него без улыбки, но и без враждебности.

— Это будет зависеть от тебя.

— Тогда точно договоримся, начальник.

Вскоре флаер поднялся над базой — сначала медленно, потом резко ускорившись, уходя небо. Каргош сидел на заднем сиденье, пристёгнутый, с видом человека, которому, наконец, стало чуть теплее.

Флаер исчез за серым горизонтом промышленного квартала, растворившись в пелене смога. Сегодня не было ветра. И смог сегодня, с самого утра, висел над городом тяжёлой, почти осязаемой завесой.

Финир смотрел ему вслед ещё несколько секунд.

Вот знал бы, что братья находились здесь, в городе, всё бы по-другому сделал. Подумал он.

Мысль была горькой и бесполезной, как большинство мыслей, которые приходят слишком поздно. Братья Сапфиро ищут нового посредника. Это было очевидно. С Мидландом они точно не дружат: слишком свежи следы последней размолвки. Хотя прежде всё оружие раньше они получали именно от Мидланда. Небольшими партиями, через третьи руки. И захваченное добро сдавали им же. Сейчас всё изменилось.

На кого они могут выйти теперь?

Вопрос был из тех, что не имеют лёгких ответов. Такие посредники, как правило, нигде не афишируют свою деятельность. И всё же падальщики на них как-то выходят — значит, есть каналы. Рекомендации связи. Они тоже между собой общаются.

Проблема заключалась в другом: не один Мидланд приторговывал оружием и скупал награбленное. Половина крупных корпораций работала по подобной схеме. Одни аккуратнее, другие наглее, но суть была одна и та же.

Финир вернулся в кабинет и сказал искину:

— Вызови ко мне Отпуска. Срочно не нужно, но пусть зайдёт.

— Как у тебя дела? — спросил он, когда я зашёл к нему в кабинет.

— Нормально, — ответил ему.

Он посмотрел на меня и ничего не ответил. Видимо, понял, что совсем ненормально. Сам я это понимал, просто не знал, что с этим делать. В последнее время меня не отпускала одна мысль: не почему этот мир устроен именно так? А вот почему гибнут такие, как Тани. Девчонки, которые просто попали не туда и не тогда. Я бы ещё понял, если бы они целились в меня, я давал для этого поводы, их хватало с избытком. Но она? Мы встречались с ней всего несколько дней.

Финир не стал ждать, пока я разберусь со своими мыслями. Он жестом указал на кресло, а сам сел напротив.

— Меня интересует одна давняя история, — начал он.

— Какая история? — уточнил у него.

— Ты мне рассказывал про падение флаера. И про девушку-пилота.

— Так это давно было.

— Совершенно верно. Именно поэтому и прошу вспомнить. Ты говорил мне, что падальщик и представитель корпорации общались как старые знакомые.

Помолчал вспоминая. Финир не торопил.

— Да, именно так и было, — сказал я наконец. — Никакой напряжённости. Говорили коротко, но свободно. Как будто не первый раз, это точно.

— А как они познакомились — там что-нибудь звучало?

Память, штука ненадёжная, особенно когда речь о том, что слышал краем уха давным-давно и не думал запоминать.

— Да я уже почти ничего не помню. Что-то прозвучало про базу. Вроде как падальщик к ним попал. Думаю, это могло случиться только одним способом. Он оказался у них в плену. А потом, как я понимаю, они его завербовали и выпустили. Иначе зачем бы он вообще с ними разговаривал?

— А потом они сдавали им трофеи в обмен на вооружение?

— Вроде так, — согласился с ним. — Но ничего конкретного они не говорили.

— Имена, — сказал Финир. — Там хоть какие-нибудь имена звучали?

— Нет, — ответил ему. — Не звучали. Или звучали, но я не запомнил. Давно это было, Финир. Слишком давно.

— Ладно. Это уже кое-что.

Глава 14

Он ещё долго пытался вытянуть что-то из той истории. Финир умел ждать, это я уже успел понять за те несколько дней, что провёл на новой базе. Но я многое действительно уже не помнил: события смазались, перемешались и тогда меня совсем не интересовали, а сейчас тем более. Возвращаясь раз за разом к тем события, я каждый раз вспоминал о другом.

Он слушал, не перебивая, лишь изредка делая пометки на своём планшете. И вот когда я решил, что допрос, а это был именно допрос, как бы мягко он ни был оформлен, наконец подходил к концу, Финир совершенно неожиданно спросил: — А умею ли я лазить по скалам.

Признаться, я несколько секунд просто смотрел на него, совершенно не понимая вопроса.

— Скалы? — переспросил у него.

— Скалы, — подтвердил он бесстрастно, не отрывая взгляда от планшета. — Вертикальные поверхности. Подъём без лестницы.

Это поставило меня в полнейший тупик. О том, что на планете есть скалы, имелось в виду серьёзные, высокие, я никогда ничего не слышал. Здесь, куда не посмотришь: один красновато-бурый или оранжево-бурый песок до горизонта, изредка разбавленный густыми зарослями кустарников. Красные скальные выходы я в расчёт не брал — те приземистые, выветренные образования, что торчали недалеко от города, едва дотягивали от десяти, местами, может, до пятидесяти метров в высоту. Это были совсем не скалы.

Зачем ему это? — мелькнуло у меня. — Что он готовит?

Видимо, Финир прочитал всё по моему удивлённому взгляду. Он был из тех разумных, которые умеют читать лица, как открытые книги, и не стал дожидаться моего ответа. Вместо этого он отложил планшет и удивил меня ещё раз:

— У тебя будет новое задание.

— Какое?

— Скоро всё узнаешь.

После чего он