поинтересоваться кто она и откуда. Пообещали, но сам понимаешь, быстрого ответа не будет. Поэтому ты здесь сам с ней аккуратнее. Дамочка совсем непростая.

— На моё место наверно её прислали.

— Тебе виднее, но про твою отставку я пока ничего не слышал. Ладно, на этом с этим вопросом закончим и вернёмся теперь к моим проблемам. Где трое падальщиков, которых вы захватили во время каравана?

— Двое в капсуле пока, — ответил Финир. — Один вроде в камере. Отпуск с ними поработал. Еле его отбили у него.

— Пойдём поговорим с ним.

— Пошли. Но предупреждаю сразу: он отмалчивается по большей части. Даже имени не назвал.

Рудольф прищурился.

— А ДНК пробил?

— Да. Данных почти нет. Твой флотский, бывший, похоже. Дезертир, как я понимаю.

В глазах начальника СБ станции мелькнул интерес.

— О как. Кто же там попался? — он протянул руку. — Данные покажи.

В ответ Финир протянул ему личный планшет.

Он смотрел несколько секунд. Потом на лице его появилось выражение, которое Финир не сразу сумел прочитать — что-то между удивлением и узнаванием.

— Ну надо же, — произнёс он негромко. — Мой старый знакомый. Каргош Делири. Год назад сбежал из абордажников. Прикончив и ограбив командира взвода.

— Ограбил? — Финир переспросил у него. — Что-то ценное прихватил?

— Там у него командир из благородных был. Шпагу нагрудную носил — наследство от деда или прадеда. Вот эта шпага ему и приглянулась.

— Благородный? А что он делал у тебя в абордажниках?

— Служил.

— Не мелковато для благородного? Они все на разных тёплых должностях обычно в столице служат.

— Говорил, что дед у него тоже в простых абордажниках начинал. Традиция, мол, семейная — начальник СБ станции пожал плечами.

— Если традиция — тогда понятно.

Они спустились на самый нижний уровень базы. Охрана на входе, двое молчаливых бойцов в лёгкой броне пропустила их без слов и отступила в сторону.

Финир открыл тяжёлую дверь камеры и отступил.

На железной койке, привинченной к стене, лежал человек. Его можно было принять за спящего, если бы не слегка приоткрытые глаза. Когда начальник СБ станции вошёл — пленный сел. Медленно не торопясь.

— Ну надо же — начальник, — произнёс он с усмешкой, в которой, однако, не было ни злости, ни страха. — А я думал, что ещё долго не увижу тебя.

— Ничему же тебя жизнь не учит, Каргош, — сказал начальник СБ станции, входя и останавливаясь посреди камеры. — Сколько раз ты у меня сидел в такой камере и вот снова попался.

— Начальник, не поверишь, это случайность. — Каргош облокотился спиной о стену. — Если бы не этот мальчишка, мы бы ещё долго не встретились. Если вообще когда-то встретились бы.

— Мальчишка, говоришь. А тебя не смущает, что он всех твоих приятелей уложил и тебя приложил вон как?

— Случайность, говорю, — Каргош слегка поморщился. — Нам был пленный нужен. Красный сказал: вон, смотри, разведка впереди всё время одна ездит. Надо брать. Я и поехал.

— И что же ты не взял?

Каргош бросил взгляд в сторону с видом, какой бывает у разумного, которому неприятно признавать очевидное.

— Промашка вышла.

— Красный, значит, был с вами. — Начальник СБ станции приблизился и остановился, напротив койки. — А сам-то он чего не поехал?

— Не знаю. Решил, наверно, что нас троих хватит.

— Но вас не хватило. Он один с вами в одиночку разобрался. А братья почему не пришли к вам на помощь?

— С нами только Красный был. Да и не успели бы они. Там наёмники сразу появились. Быстро слишком.

Финир стоял у двери, слушал и думал.

— А чего не напали на сам конвой? — спросил, не удержавшись.

Каргош посмотрел на него спокойно, без агрессии.

— А кем нападать? Мы ведь разведка. Долго наблюдали за конвоем, но там такая охрана… Нереально.

— А где остальные братья? — продолжил расспрос начальник СБ станции.

— Не знаю. — Каргош слегка развёл руками. — Мне они не докладывают.

— А откуда они вообще взялись у вас?

— Братья? — Каргош помолчал, как будто вспоминая. — Мы их сами нашли. Они на каком-то странном аппарате приехали, я такого раньше не видел. Сразу влились в банду, потом кончили Кига и сами возглавили банду.

— Кига — ваш бывший главарь?

— Ага. — Что-то в интонации Каргоша изменилось, не скорбь, но что-то похожее на усталое безразличие. — С ними гораздо лучше стало. С Кигом всё как-то не очень шло, а с братьями мы постоянно с добычей.

— Кому Кига продавал добычу? — спросил начальник СБ станции.

— Да он это от всех скрывал. Посредник какой-то — ни имени, ни контактов я не знаю. Он лично с ним все дела вёл.

— А братья?

— Всё время, разные посредники. — Каргош поморщился. — Тут, правда, с одним нарвались, еле ноги унесли.

— Это у старой насосной станции? — произнёс начальник СБ станции тихо.

Каргош посмотрел на него с искреннем, почти детским удивлением.

— Вот видишь, начальник — ты и без меня всё знаешь.

— А что потом братья говорили?

— Да ничего. Сказали: подставил их этот посредник. За что и поплатился.

— И кому они теперь добычу продавать станут?

— Без понятия. Найдут кого-нибудь. — Каргош пожал плечами. — Думаю, остальные братья именно этим и занимались — пока мы в разведке были.

— Ты имеешь в виду — во время конвоя?

— Ну да. Нас было совсем мало, Красный с нами. А остальные уехали с другими братьями, по своим делам.

— Слушай, а у старой насосной — это было не в первый раз?

— Было уже однажды. — Каргош вздохнул. — Посредник нас тогда кинул. Должен был оружие поставить и багги новые, а поставил хлам. Братья на него обиделись, не заплатили ничего и прикончили. А оказалось, он не один был — за ним стоял Мидланд. Мы тогда их охрану уничтожили и всё забрали. А здесь, у водокачки, они нам решили отомстить за тот раз.

— Ясно. — начальник СБ станции посмотрел на пленного несколько секунд, потом неожиданно сменил тон: — А шпагу куда дел?

Каргош чуть шевельнулся — быстро, почти неуловимо.

— Продал. Здесь, в городе, в скупку