над въездами в крепость – виднелся один и тот же знак: две соединённые спирали, похожие на закрученные рога.

«Наверху есть электричество,» - Гедимин ощутил тепло заряженных накопителей и дрожь преобразователей. Ещё работали насосы, нагнетая воду из подземных пластов в цистерны. «Остатки древних систем. Собрали по кускам из ненужных зданий, соединили… Ага, тут есть вода, обогрев и свет. Сейчас почти всё отключено. Наверное, подаётся по ночам, когда холодает…»

Он «вытащил» взгляд из подстанции (кольцевые накопители были заряжены на четверть, и их было немного – как раз на нужды небольшого по земным меркам посёлка без промышленности) и увидел у её дверей охранника в самодельном бронежилете. Тот расхаживал у входа, похлопывая по ладони короткоствольной «кинетикой». Зачем на шлеме рожки вилорога, а на плечах – шипы, Гедимин вникать не стал – только скользнул взглядом по соединённым спиралям на лице охранника и на его нагруднике. Потом на глаза попался лист скирлиновой бумаги, прибитый к двери. «Сюда смотри!» - крупно вывел кто-то на верхнем краю. «Для «Халага-1»: свет круглосуточно, тепло зимой круглосуточно, вода – на 1 час после заката. Для «Халага-2»: свет с заката до рассвета, тепло зимой с заката до рассвета, вода – в воскресенье на 1 час после заката. Для «Халага-3»: свет на 1 час после заката, тепло зимой на 2 часа после заката, гретая мойка – по воскресеньям на 2 часа после заката (шевелитесь быстрее, грязные крысы!)».

«Ясно…» - сармат сощурился бы, но чужие глаза не позволили. Взгляд скользил по трубам и проводам, отслеживая ток энергии. По коммуникациям различить между собой три «Халага» было проще, чем по декору на стенах и дверях. Вот трубы, идущие на первые два этажа, а вот и рабочие душевые, и батареи термоэлементов, и пучки светодиодов. Вот этажи выше – трубы ещё тянутся, но душевых мало, и окна уже не открываются – заварены полосами фрила для утепления. Жилые отсеки, - где кровати из фрила и дерева, где лежаки из пластов коры, где горы листьев вплотную друг к другу и подстилки из вытертого скирлина… Светодиоды – по одному на отсек, и то не везде, и термопластин меньше с каждым этажом, а попыток удержать тепло – всё больше. И чем выше, тем теснее набиваются в отсеки… хотя сейчас внизу народа больше, чем наверху, - сверху остались дети и старики, а снизу Гедимин видел даже охранника с оружием. И ещё двоих – когда взгляд «качнулся» от жилых домов к «рудникам».

Ненужные высотки разбирали одновременно сверху и снизу. Внизу выискивали остатки металла, трубы и проводку. Сверху выламывали всё подряд, спуская лавины обломков. Гедимин видел, как тащат цельные балки и блоки, и как разгребают вручную отвалы, разделяя на металл, органику и пригодный фрил. У рабочих оружия не было, не всем даже дали инструменты, а вместо перчаток на руки намотали «бинты» из скирлина. Такие же обмотки-портянки были и вместо носков под «тапками» из фриловой подошвы и нескольких ремней. Только одежда ещё выглядела «нормально» - комбинезоны из серого скирлина. Где-то его синтезировали, только красить разучились. Даже непременный знак из двух спиралей выводили поверх «ткани» смесью сажи и жира.

Были рабочие, одетые лучше, - в куртках, в рукавицах, с защитными масками. У них инструмент как раз был – у кого кувалда, у кого монтировка, у кого даже механический резак. Гедимин нашёл и бригадиров – им достались, кроме обычной одежды, широкие пояса из бизоньей кожи и шапки с меховой опушкой, и у них на лицах были нарисованы спирали – всё той же смесью жира и сажи. Краска полагалась не всем – рабочие с кувалдами «обходились» одной полосой на щеке.

По «двору» прогромыхал флиппер с прицепом, полным листьев. Ангары для транспорта примыкали к убежищу, и там сейчас стояла пара «двухколёсок» - остальные разъезжали по городу и округе. Приехали на «флипе» трое – двое рабочих и «воин»-водитель в кожаной куртке. Он так и сидел за штурвалом, пока прицеп разгружали, - весь в бляхах из цветного фрила, с крысиными резцами на шлеме и «самострелом» у пояса. «А оружие-то серийное,» - Гедимин покосился на ближайших охранников и кивнул собственным мыслям. «Клепают сами, по одному чертежу. Внизу, в убежище. Из добытого в развалинах – но сами. И детали для «флипов», и одежду, и… и пищу тоже. Вся промышленность – внизу. А вот турели… Хм. Есть явный «самопал». А есть довоенные. Откуда у гражданского убежища столько турелей?»

Кто-то тихо вздохнул над ухом. Гедимин вспоминал, видел ли он следы перестрелок не с крысами и хоть какие-нибудь намёки на присутствие тарконов в Массете… или не тарконов, а людей не из «Халага»?.. От неожиданности он вздрогнул, и прозрачные стены снова уплотнились. Теперь каждый смотрел своими глазами.

- Убежище… - Микаель снова вздохнул. – Да, вначале их было два. Но, Гедимин… даже до превращения в таркона нужно дожить. А вы сами знаете, как тогда подходили к планированию. Когда «Халаг» нашёл закрытый люк, внутри были только кости. И много полезного для нового города. Теперь он растёт. Наверное, вы видели следы шин к северу от озера Оллья…

Гедимин вспомнил «Гвулу». «Может, они с «Халагом» уже столкнулись,» - он отогнал видения следов такой стычки на юге. «И, кажется, «Халаг» сильнее. Хорошо, что никто нормальный здесь не живёт!»

- Микаель, - сармат думал было подключиться к зрению «квантового», но перед глазами и после первой попытки всё плыло, а голова кружилась. – Эти халагцы, - у них есть земледелие? А живность разводят? Наверху растений я не видел, но собака вроде пробегала. Внизу есть оранжереи?

Вольт издал невесёлый смешок.

- Нет, Гедимин. Подземные оранжереи – это «Скай». Стараниями биологов из древнего мира. Тут пытались что-то сажать наверху. Кажется, кукурузу. Но в Старом Городе она расти не будет. Нужна чистая земля. Собаки? Да, есть. Мелкая порода. На шкурки и мясо для местных правителей. Остальным не хватает. А, вы видели наверху… Это «нюхач», первая линия обороны от крыс.

- Ну, хоть что-то, - пробормотал Гедимин, думая о кожаных куртках и украшениях из рогов. «Эти халагцы хотя бы запасливые. И провели наверх коммуникации. Правда, не смогли без «мартышечьей» дури…» - он вспомнил объявление и поморщился. Кажется, на лицах некоторых рабочих были синяки и ссадины – и не от случайно отлетевших обломков…

- До кастового деления Ликаны тут всё-таки не дошло, - заметил Вольт – сармат думал слишком