ошибке. И не строй никаких иллюзий. — Я знаю, что ты зол… но я люблю тебя, Алекс… — Не смей мне тут заливать про любовь! — вспылил я, не давая ей договорить.

Но к нам подходят очередные гости, вынуждая меня улыбнуться сквозь злость, бросив Иззи последний взгляд, полный презрения. Она поняла. Развернулась и исчезла.

Но главное — она тут. Тесс. И она не моя.

Пока. Но сегодня я себе поклялся — эта ночь закончится иначе.---- ~Игра на вылет ~ —---

Пока меня окружали друзья семьи с традиционными поздравлениями и дежурными речами, я едва сдерживал себя, чтобы не сорваться. Мои губы растягивались в вымученной улыбке, а внутри меня всё продолжало бурлить, кипеть, выворачивать изнутри.

Я краем глаза заметил её — Тессу.

Стояла с моими родителями и... Грейсоном. Чёрт бы побрал этого ухоженного ублюдка с безупречной улыбкой. Они о чём-то живо беседовали. Мать смотрела на Тессу так, словно нашла себе новую невестку. Отец кивал, слушая её с неподдельным интересом. Даже хмыкнул пару раз — а он у меня не тот человек, что легко проявляет эмоции.

А она…

Невыносимо красивая. Её лицо светилось, губы мягко изогнуты в улыбке, голос — звонкий, уверенный. Она явно чувствовала себя в своей тарелке. В этом платье, как созданном для того, чтобы сжигать мужчин дотла, она казалась воплощением всего, что я так яростно желал — и что не имел права трогать.

— Какая красавица, — вдруг слышу сзади голос Криса. Он остановился рядом, держа бокал и глядя в сторону Тессы. — Вы её знаете?

— Это Тесса Чон, — тут же отозвался Джейкоб. — Моя правая рука. Умная, работящая, и да… Она стажируется у Александра.

Я почувствовал, как напрягся.

— Вау, — протянул Крис. — И она... свободна?

Меня передёрнуло. Под ложечкой ёкнуло, а потом резко опустился холодный гвоздь прямо в грудь.

— У меня есть одна особа, — отвлёк Джейк, кивая на Мэрилин, которая хихикала у бара. — А вот у Алекса… — он бросил взгляд на меня.

Крис вопросительно смотрит мне в глаза. А я, как последний идиот, выдал:

— Нет. Она не в моём вкусе.

Что, блядь?

Это я сказал? Серьёзно?

Джейкоб замер и приподнял бровь. Я тут же одел привычное ледяное лицо.

Но внутри себя уже бил кулаком об стену. Ты что несёшь, мудила? Ты же её ждал. Ждал, как наркоман дозу!

Меня бросило в жар. Пот прошиб по спине. Холодный, мерзкий.

— Джейкоб, познакомь меня с ней, — спокойно, будто невзначай, сказал Крис. А у меня руки свело в кулаки.

— Здесь полно девушек. Чего ты прицепился? — раздражённо отрезал Джейк.

— Да ты только глянь на неё. Таких женщин не бывает. Я обязан узнать, какая она. Познакомь меня, брат!

— Ты заебал, — фыркнул Джейк. — Ты подросток, что ли?

Он снова взглянул на меня, словно ждал реакции. А я?

Я просто отвернулся. Тупо. Слабо. Беспомощно.

Джейк усмехнулся.

— Ладно. Будет тебе знакомство. Но…

Он замолчал, потом шагнул ближе и процедил:

— Только попробуй её обидеть — и я лично тебе яйца удалю. Без наркоза.

— Понял-понял, не ссы, — Крис вскинул руки и засмеялся.

Я наблюдал за ними, как за чужими актёрами в постановке, которую не могу ни остановить, ни переписать. Джейк и Крис направились в сторону Тессы. Я видел, как Джейк окликнул её, она обернулась — и её взгляд скользнул по залу, прежде чем встретиться с моим.

На мгновение.

Между нами пролетела искра, дикая, напряжённая.

Она улыбнулась, и тут же повернулась к Крису, будто ничего не произошло.

А я…

Я, чёрт возьми, понял, что только что сам отдал её в руки другому. Женщину, из-за которой мои ночи стали пыткой. Которая своим голосом выдёргивает меня из темноты. Которая врывается в мои мысли, как гроза, и разносит все мои границы.

А теперь она стоит там — смеётся, улыбается, и кто-то другой рядом.

А я… Я только что отрезал себя от неё. Собственными словами. Своим "не в моём вкусе".

Поздравляю, Александр. День рождения в стиле трагикомедии. В главной роли — ты сам.

Глава 16. «Первый глоток яда»

-- ~ Александр ~ —-

Этот вечер, мать его, будто устроен, чтобы вытащить из меня всё дерьмо, что я так долго сдерживал. Всё. До последней капли. До последнего нерва. До последнего остатка хладнокровия, на котором держалась моя грёбаная выдержка.

Я сам дал зелёный свет Крису.

Я.Своими руками. Своими словами. Отдал её. Тессу.

А теперь я сижу в этом долбаном кресле — неподвижный, парализованный, злой — и наблюдаю, как она танцует.

Сначала с Грейсоном.

Его ладонь лежит у неё на талии.

Слишком уверенно. Слишком близко. Слишком… не я.

Он ведёт её легко, мягко, словно знает её движения заранее. Она ему улыбается. Склоняет голову чуть вбок. Её волосы мягко колышутся на плечах, обнажая шею — ту самую шею, к которой мне хочется припасть, вцепиться, вжаться губами.

А я?

Я только жму на подлокотники, как на спусковые крючки. Сжимаю кулаки, костяшки хрустят так громко, что кто-то из гостей даже обернулся. Но мне плевать. Пусть смотрят. Пусть видят, как я сгораю.

Музыка замирает, и сердце моё — тоже.

Вот он, момент. Она точно сейчас подойдёт ко мне. Улыбнётся. Скажет, что рада видеть. Что... всё в порядке.

Но нет.

Её перехватывает Крис.

— Сука… — вырывается у меня шёпотом. Глухо. Сорвано.

Он уже уводит её на следующий танец.

Сжимает её руку, тянет к себе. И она — идёт. Она смеётся, черт возьми. Она смеётся! Он что-то говорит ей, а она кивает, слегка запрокидывая голову, а потом прижимается ближе, чем нужно. Ближе, чем я готов видеть.

Я не дышу.

Просто… не могу.

Воздух перестал быть воздухом. Он стал сжиженным ядом, и я задыхаюсь им.

Внутри — словно воронка. Рвёт изнутри. Ярость и боль идут волна за волной. Мне хочется выбросить этот бокал. Разбить. Кричать. Поднять этот зал к чёртовой матери. Но я не могу даже встать.

Я… в этом чёртовом кресле.

Беспомощный. Обречённый наблюдатель собственной потери.

В какой-то момент Тесса смотрит на меня.

Глаза встречаются. И я уверен — она видит. Видит всю мою ярость. Всю мою боль. Мои глаза, налитые злостью. Я будто прошептал ей: «Ты серьёзно? Ты это делаешь, зная, что я смотрю?»

Но она отводит взгляд.

Просто... поворачивается к Крису и продолжает танец.

Вот тогда я сдался.

Я разворачиваю кресло.

Спиной ко всем. Спиной к ней. Спиной к этой фальшивой музыке, к этим гостям,