съехал с дороги и стоял, зарывшись по самое брюхо в болотину. В салоне, усталые и грязные, спали двое: мужик лет сорока и молодая женщина вдвое моложе. Наверняка собирались на озеро: пожарить шашлык, выпить вина, развлечься доступными способами. А после свалить, оставив на берегу новую кучу мусора. Нет уж, хватит. Пусть ищут себе другую помойку.

* * *

Много вещей Мария Фёдоровна брать с собой не стала, только самое необходимое. Минимум одежды и обуви, украшения, ноутбук, кое-что из посуды. Например, любимую чайную чашку и маленький удобный ковшик со стеклянной крышкой. Обошла комнаты, поглядела: не нужно ли что. Поняла: не нужно. Ни к чему начинать масштабный переезд, всё барахло в дом у озера никак не влезет.

Подъехали новые владельцы. Фея провела их по дому, всё показала, отдала ключи. Отъехала немного и увидала в зеркало: как вовремя всё было сделано! Из подъехавшего такси вывалилась троица: бывшая свекровь и прочие прихлебатели. Принялись звонить в двери, стучать в окна. Пусть стучат. Они опоздали. Лишение халявы само по себе неслабое наказание. Особенно для того, кто к ней привык.

Следующая остановка — супермаркет на окраине. Яга, уже опытная в этих делах, сразу направилась в мелкооптовый молл. Набрала всего, чего надо. Только не на три года, а максимум на год. Филиппыч бы одобрил.

Филиппыч! Тимофей! Как она могла о них забыть! Ядвига добавила кое-что к покупке и повлекла тележку на кассу.

На стоянке рядом с её джипом стояла незнакомая машина. Завидев фею, из неё выбрался Иннокентий Рудольфович. Не просто так — с цветами. Надо же! Она и не упомнит, когда последний раз ей дарили цветы.

— Добрый день, несравненная Мария Фёдоровна! — Лутов галантно поклонился и протянул букет. — Позвольте ещё раз извиниться за доставленные вам неудобства. Я глубоко раскаиваюсь и крайне сожалею, что мои действия невольно спровоцировали столь тяжелые последствия. Я вижу, у вас большие покупки? Позвольте вам помочь!

Яга усмехнулась про себя: ну да, понял, что добыча не по зубам и оперативно свернул тему, оставив приятеля расхлёбывать заваренную кашку. Впрочем, она приняла цветы, позволила помочь в перегрузке запасов.

— Уверяю вас, Мария Фёдоровна, — произнёс напоследок Лутов, — с моей стороны более не возникнет ни малейшего беспокойства. Но если вам понадобятся услуги опытного юриста, достаточно лишь позвонить.

И протянул дорогую, с золотым обрезом, визитную карточку. Ядвига улыбнулась и карточку взяла. Лутов, конечно, сволочь, но специалист хороший. Кто знает, что случится завтра?

На дороге стоял патруль ГИБДД. Молоденький сержант уже нацелился было в джип жезлом, но махнуть не успел. Командир экипажа подбежал, скорчив зверское лицо, высказал напарнику что-то резкое и отдал честь проезжающей мимо машине.

К избушке Мария Фёдоровна подъехала ближе к обеду. Остановила джип, поднялась на крыльцо, постучалась:

— Кто-кто в теремочке живёт?

Дверь распахнулась, на пороге стояли кот с Филиппычем.

— Надо же, Яга! — всплеснул руками домовой. — Вернуться решила?

— Ненадолго. Тетрадку свою забрать хочу, да вам предложение сделать.

— Предложение? О-очень интересно, — протянул кот. — Ну тогда давай сперва поснедаем, а потом о деле поговорим. На голодный желудок плохо думается.

На обед была варёная картошка с коровьим маслом, солёными огурчиками, маринованными грибочками и прочими заедками. Ядвига досыта наелась, напилась чаю и принялась излагать:

Дормидонт Филиппович, Тимофей, я дом себе нашла. Жить в нём буду, по лесу ходить буду, да разными фейными делами заниматься. Дом большой, в два этажа. С печами, душем, тёплым сортиром да прочими всякими удобствами. Идём ко мне жить, а?

Кот с домовым переглянулись.

— Спасибо тебе, Ядвига, за предложение, — неловко начал Филиппыч. — Ты фея умная, хваткая, за полгода впитала то, чему другие годами учатся. Но на жительство к тебе не пойдём.

— Ты только не обижайся, — заторопился Тимофей видя, как меняется лицо Яги. — Не можем мы. Сама подумай: уйдем к душу и тёплому сортиру, а кто будет молоденьких глупеньких феечек учить? Кто на путь истинный наставлять станет, да мозги на место вправлять?

Яга вспомнила дыру в крыше, когти кота у горла и невольно передёрнула плечами. Домовой, почуяв, что слова дошли до разума, принялся говорить уже спокойнее:

— Вот сейчас едет одна такая. Ты, если сейчас отправишься, с ней как раз повстречаешься. Может, поможешь чем. Но, конечно, негоже дом без домового оставлять. Вот что: в том посёлке, откуда ты молоко возила, на дальней окраине имеется старый ветхий домишко. И живёт в нём сродственник мой, Никанор Валерианович. Домовой он справный, я за него ручаюсь. Опять же, он ко всей новомодной технике способен. Я-то, вишь, по-старинке, всё больше с печью работать привык. А он и на электричестве, и на газу приготовить сумеет. Но при этом и печь-матушку не забывает. Хозяев у дома сейчас нет. Несколько лет, и развалится домишко. Останется тогда Валерианыч бездомным. Ты ему поклон от меня передай, да предложи переехать. Думаю, не просто согласится, а бегом побежит.

— Ну ладно, — грустно улыбнулась Яга. — Жаль, конечно. Но навещать-то вас можно будет?

— Отчего же нельзя? — удивился кот. — Навещай, когда вздумается. Дорогу ты знаешь, кружить да плутать, как все прочие, не будешь. Филиппыч, как правильный домовой, всегда дома. Я вот могу и отлучиться куда, тут уж как повезёт.

— Договорились. Вот на новом месте устроюсь, как следует, и ждите в гости. А пока гостинцы заберите.

Из машины вылетели упаковки со сгущенкой и джемом, плавно приземлились на крыльце.

— А я, пожалуй, и впрямь поеду.

* * *

У моста через реку Ядвига остановила машину. Вышла, подошла к перилам. Река уже успокоилась, текла себе спокойно. На берегу стоял раскуроченный джип с дырой в крыше. Видать, доставали кого.

В кустах у самой воды привлекла внимание слишком прямая ветка. Яга протянула руку, и через секунду ей в ладонь ткнулся чехол с удочками. Тот самый, что вчера пропал после эпической битвы.

— Спасибо, — шепнула она реке и кинула удочки в салон.

В посёлке заглянула к бабе Стасе. Сказала, что переезжает и будет наведываться пореже, но совсем уж не бросит.

С домовым вышло просто и легко. После поклона от Филиппыча, Никанор Валерианыч соизволил показаться. А предложение о переезде встретил с бешеным восторгом и бесконечным энтузиазмом. К счастью, в углу развалюхи нашелся голиковый веник, с которым домовой и отправился на новое место жительства.

Уже на выезде из посёлка