— Насколько я знаю — пока да. И ваш друг, думаю, тоже.

— Сафи? Откуда вы о нём знаете? Кто вы вообще — с ними заодно? Если есть что сказать — говорите, чёрт возьми!

— Я на вашей стороне. Видел, как вы бежали из деревни. Следом несколько человек рванули на кроссовых мотоциклах, с ружьями. Мне стало ясно — вы вернётесь. Я ждал.

— Ну замечательно. Так что вам от меня нужно?

Штефан перелез через камни и балку, оказавшись прямо перед ним.

— Несколько недель назад эти люди объявились здесь. Кое-кто даже местный. Заняли пустующие дома, и с тех пор то и дело пропадают в большом амбаре — чаще по ночам. Когда-то они проводили там чёрные мессы. Похищали детей из деревни, чтобы жители держали язык за зубами. Страшное время. Много горя принесло людям. — Он помолчал. — Похоже, теперь всё повторяется.

По крайней мере, это совпадало с рассказом Мии.

— Я об этом слышал.

— От Мии?

— Да.

— Ей можно верить. Она сама через это прошла.

— Знаю. — Бастиан нетерпеливо качнул головой. — Что вам известно об Анне и Сафи?

— Насчёт друга наверняка сказать не могу. Знаю лишь, что они его схватили. Вся деревня в курсе.

— Вся деревня в курсе, — медленно повторил Бастиан, чувствуя, как в груди закипает злость, — и никто палец о палец не ударил?

— Прошу вас — тише.

Штефан замолчал на несколько мгновений, вслушиваясь в тишину за стенами.

— Вы не понимаете. Люди здесь предоставлены сами себе. Они помнят, что было тогда. С детьми. А ваша подруга и ваш друг для них — чужаки. Никто не станет рисковать семьёй, тем более всей деревней, ради чужака. Вам это кажется трусостью. Но вы здесь не живёте.

— Да, кажется. И слава богу, что не живу. — Бастиан не пытался сдерживаться. — Речь идёт о жизни двух человек. Что с Анной?

Штефан опустил глаза. Долгая, тяжёлая пауза.

— Точно не уверен. Но, кажется, они хотят её… — Он поднял взгляд. — Боюсь, они собираются её убить.

Мир на мгновение остановился. Кровь отхлынула от лица.

— Откуда вам это известно? Откуда вы вообще столько знаете? Вы наверняка как-то с ними связаны.

— Связан. Но не так, как вы думаете.

— И что это значит?

— Я сам через это прошёл. На собственной шкуре.

Бастиан быстро прикинул.

— Выходит, тогда вы были ещё ребёнком. — Он вгляделся в лицо собеседника. — Вы — один из тех похищенных детей? Как Франциска?

Ответа не последовало. Но глаза Штефана влажно блеснули — и этого было достаточно.

— Ваша фамилия Таннер, — утвердительно произнёс Бастиан.

— Да. Откуда вы знаете?

— В такой деревне, как Киссах, слухи разлетаются мгновенно. Особенно ваше имя. Те тоже знают, кто вы.

— Ну и пусть. Что это меняет?

— Многое. Миа объяснит. — Штефан помедлил, точно собираясь с мыслями. — Я видел, как они готовят амбар. Ждать осталось недолго. После стольких лет они снова устроят здесь чёрную мессу — и тогда всё пойдёт по кругу.

Он осторожно положил Бастиану руку на плечо. Голос стал тише.

— Думаю, ваша Анна станет первой жертвой. Вы — следующей. Выпустить вас они уже не могут. Но я постараюсь помочь. Получится ли — не знаю.

Неужели этот кошмар никогда не кончится?

— Чёрт возьми! — Бастиан сжал кулаки. — Сколько ещё раз спрашивать — кто вы и откуда всё это знаете?! А полиция? Какого дьявола никто в этой дыре не позвонит в полицию, раз все прекрасно знают, что тут творится? Мы не в Средневековье!

— И что полиция сделает?

— Для начала — освободит Анну. И Сафи.

— Двое чужаков, которых прячут неизвестно где. Полицейские не найдут ни единой зацепки. А когда уедут — жители останутся один на один с людьми, которые ни перед чем не остановятся. Полиция здесь бессильна. Те слишком изворотливы. И слишком жестоки.

— А амбар? Вы сами сказали — там идут приготовления. Это и полицейские увидели бы.

— Увидели бы — что именно? Людей, которые наводят порядок к деревенскому празднику? — В голосе Штефана звучала горечь.

— Господи… Почему именно Анна?

— Спросите Мию. Она скажет.

Он отвернулся, перебрался через завалы и исчез снаружи.

Бастиан стоял один среди руин.

Не случайность. Анну похитили не случайно. Была причина — и он её узнает.

Он спросит Мию.

Только вот ответ страшил его больше, чем всё, что случилось до сих пор.

Дневник. День 28.

Сегодня вечером — решающий момент. Мне предстоит встреча с НИМ.

Наконец я достиг главной цели.

Сегодня мне придётся сыграть роль всей жизни — убедить его, что я жажду вступить в секту. И даже тогда далеко не факт, что я доживу до утра.

Велели ждать в комнате, пока не придут. Попробую за оставшийся день подготовиться. Ни единой ошибки. Любая станет последней.

Взять бы диктофон. Или хотя бы мини-камеру. Исключено — обыщут до нитки, прежде чем отведут к нему.

Придётся положиться на память. И когда буду описывать его самого, и когда — то, что он скажет, и если дойдёт до очной ставки. Стоит мне оказаться с ним лицом к лицу, заговорить — и у меня будет достаточно, чтобы эту секту уничтожить.

Истово надеюсь, что мне простят — простят то, что я не бросился спасать этого человека сразу, хоть это и стоило бы мне жизни.

Истово надеюсь, что сегодня вечером ещё смогу писать — прежде чем попытаюсь бежать.

Истово надеюсь, что переживу этот вечер.

https://nnmclub.to

ГЛАВА 21.

Бастиан выждал ещё немного и только тогда вышел. Если снаружи кто-нибудь попадётся — лучше, чтобы его не видели рядом с этим Штефаном.

На улице он огляделся. Пусто. В который раз он подивился тому, что в этом захолустье на улице почти невозможно встретить живого человека. Неужели страх перед головорезами за все эти годы въелся так глубоко, что люди боятся переступить собственный порог?

Словно в ответ на его мысли, навстречу по другой стороне улицы прошли мужчина и женщина. Молча уставились на него, не отвели глаз, пока не миновали. Бастиан и не попытался заговорить.

Он шёл к дому Мии и думал о том, кто такой этот Штефан и