Возможно, очередная глупость с невероятным риском. Но я уже под колпаком, мне это прямо сказали. Рано или поздно всё вскроется, а случившееся в Японии… Хаос уже начал действовать. Он уже начал захватывать этот мир. Времени практически не осталось.

Вновь тишина. Буквально несколько секунд ничего не происходило. А потом от императора и его помощника донеслись настолько мощные эмоции удивления и неверия, что у меня аж рука со стаканом дёрнулась.

— У тебя не наследие, — медленно проговорил государь, смотря на меня широко распахнутыми глазами, в которых наконец-то сложилась вся картина и понимание. — Так… кто ты?

— Среди людей мне дали имя — Приносящий Знания, — был мой ответ и удивления от этих двоих стало ещё больше. — В прошлой жизни меня звали Талион Орланд. Я был человеком, пока не прошёл путь до становления и перерождения в Бога.

— Твою мать… — прошептал позади меня статс-секретарь.

А вот император отреагировал более… сдержанно. Он просто помассировал переносицу, тяжко вздохнул и произнёс:

— Теперь многое встало на свои места. Твоя уверенность с Розали, резкий рост силы, доклады от наблюдателей. И ведь, получается, ты каким-то образом обманул ментальную проверку, — взглянул он на меня. — Когда проходил аттестацию на Мага Крови.

— Это было несложно, — пожал плечами. Карты вскрыты, пора играть. — Менталист был не слишком опытным, с Архимагом было бы труднее.

— Ну да, действительно, — иронично усмехнулся государь. — Но всё же… Бог? Сложно в это поверить. Особенно с учётом того, что ты не врёшь. Или и моё чувство лжи ты тоже способен обмануть?

— Способен, — кивнул я, а усмешка государя скривилась. — Но не делаю этого. Вы должны понять, Михаил Петрович, что я не враг людям. Если вы знаете историю, а вы её знаете и она в большинстве своём правдива, пусть и не точна в некоторых моментах, то должны понять — Хаос уже близко. Он уже на пороге этого мира. Он уже вторгся в Японию. И это только начало.

Вот теперь их двоих проняло.

— Что ты имеешь ввиду? — спросил статс-секретарь, выйдя из-за моего плеча. Он был хмур, сосредоточен.

— Япония, как я и сказал, это только начало. Когда я создал этот мир, — брови государя взлетели вверх. — То взял за основу десятый мир, Хафнир. Тот, в который открыта Червоточина в Смоленске. Они не похожи, но общая структура одна.

— То же количество материков и океанов, расположение островов, которые удалось найти экспедициям, — пробормотал Михаил Петрович.

— Верно, — кивнул я. — Суть в том, что все десять миров были, как бы это… в одной цепи. Когда Хаос начал свой поход по их захвату, то первым поглотил именно Первый мир — Ардал. И дальше по этой цепочке. Спасая людей я не мог разорвать её, даже мне бы не хватило сил, чтобы разорвать ткань реальности, создать мир в другой системе, а затем перенести туда людей. Мне пришлось брать основу, брать, чтобы вам удобнее понять… своеобразные маяки. По их координатам создавался этот мир. И эти маяки известны Хаосу. Защита, которую я сделал при создании мира, не идеальна. Она продержалась всё это время, вплоть до моего перерождения, почти две тысячи лет, но Хаос всегда найдёт лазейку. И Япония — та самая первая из них на данный момент.

— А другие — известные нам Червоточины, — сложил государь два и два, а его крепко задумавшийся помощник кивнул. — Они открылись практически в одно время, с небольшим расхождением.

— Самые слабые точки в защите, — поморщился я. — Она однородна, как барьер, но, как я и сказал, не идеальна. Хаос умеет ждать и он дождался.

— Если всё так, как ты говоришь, что нас ждёт?

Я вздохнул, поставил стакан на небольшой круглый столик. А затем протянул одну руку государю, а вторую его помощнику.

— Я покажу, если ты того желаешь.

— Ваше императорское величество, позвольте мне, — сделал шаг вперёд Архимаг.

Правильная предосторожность. Раз уж я по своим словам могу обмануть чувство лжи государя, то лучше не рисковать. И Михаил Петрович это понимал сам. Доверяй, но проверяй.

— Хорошо, — серьёзно кивнул он.

Фёдор приблизился и взял мою ладонь, после чего посмотрел в глаза и спокойно спросил:

— Что дальше, Константин?

У меня промелькнула мысль, что в этой беседе мы резко отошли от нужных тем про Орден и Розали, но… так даже лучше. Мне нужно, чтобы император увидел, что ждёт этот мир. И если для начала это нужно показать его помощнику, то пусть так.

Не отвечая на вопрос, я прикрыл глаза, сосредоточился на искре божественности и потянул за собой разум Фёдора. В свои последние воспоминания о Хаосе. Туда, где горели империи, а королевства залило кровью. Туда, где легионам Хаоса не было числа, а их орды достигали горизонта. Где небеса окрасились в бордовые тона, а моря и океаны вскипели от мощнейших штормов Хаоса. Где земля была столь отравлена, что убивала всё живое не хуже тварей. Где в последние годы рождались дети с мутациями из-за губительных эманаций Хаоса, царил голод и болезни. Где трупы людей уже не хоронились в криптах, а сжигались в огромных ямах. В последние годы отчаяния и ужаса для всего человечества, после предательства их Богов.

Фёдор смотрел. Он видел всё в ярчайших подробностях моей памяти, и его разум Архимага, повидавшего многое, ужасался от этого.

Мне же было тяжело. Слишком переоценил свои возможности и даже хорошо, что показал этот неприятный, мрачный «фильм» одному лишь Фёдору. Будь с нами ещё и император, то мне бы банально не хватило сил.

Мы вывалились из видения одновременно. Статс-секретарь покачнулся, тяжело задышал. Его лицо было бледным, будто у трупа, глаза широко раскрыты от непередаваемых эмоций. Я же вытер рукавом взмокший лоб, откинулся в кресле и взял подрагивающей рукой не стакан, а сразу бутылку. И приложился одним большим глотком.

За всем этим молча наблюдал государь, делая свои выводы.

— Федя?

— Э-это ужасно… — хрипло произнёс его помощник, пытаясь отдышаться и успокоится. — Это… это…

Он пустым взглядом упёрся куда-то выше моей головы и затих, замерев статуей. С его разумом всё хорошо, опасности нет, но принять все эти видения… это сложно. Особенно для человека. Особенно для человека этого мира, не видевшего тех ужасов.

— Судя по всему,