Антошка оглянулся – все спят. Он чуть повернул локоть, на бревенчатой стене появился жёлтый контур, а в нём картинка.

Дашка, привязанная к стулу. Рядом – Вика Атаманша держит в руках банку масляной краски и кисть. Антошке показалось, что он услышал её голос: „Бременские музыканты“ отменяются. Поставим „Шрека“, будешь играть Фиону».

Что это? Фантазия или правда?

Антошка испугался внезапно и сильно. И так же внезапно жёлтый луч стал синим. И контуры стали синими. А в них – знакомая комната. Картинка в комнате изменилась, но немного…

– Блан, за мной! – не помня себя от гнева, крикнул Антошка…

* * *

– Нет, без скотча не обойтись, – вздохнула Вика. – Ого, она ещё и кусается! Серж, отрежь кусок побольше, сейчас… Ой!

Остальные тоже ойкнули, ахнули и взвизгнули. Промолчала лишь Дашка, хотя её рот ещё не был заклеен скотчем. Она увидела, как на миг комнату залил яркий синий свет. А потом посередине возник Антошка – в развевающемся плаще, странных сапогах, с мечом в руке. И тотчас же синий луч вынес вслед за ним огромную белую собаку. Она замерла у ног Антошки, но её шерсть ещё шевелилась, точно по комнате гулял ветер.

– Палачи, – не возмущённо, а, скорее, уточняюще произнёс Антошка, глядя на закрытые лица.

– Так, спокойно, это глюк, – первым пришёл в себя О-Кстати. – Хозяйка, объясни, что ты налила в коктейль?

– Я глюк, собака – призрак, – тяжело дыша, проговорил Антон.

Как ни странно, О-Кстати не понял издёвки и толкнул Блана ногой. То есть попытался толкнуть.

– Рррр!

О-Кстати рухнул на ковёр. Пёс элегантным движением морды выдрал полштанины, не задев ногу.

Надя и Юля завизжали, перекрывая друг друга.

Антон увидел камеру, направленную на кресло, взял её из рук остолбеневшего Фотографа, поставил на стол. Поднял меч и коротким ударом разнёс в осколки.

– Надо вызвать полицию, – тихо произнёс Фотограф и отодвинулся на два шага.

– Надо! – громко подтвердила Дашка. – А меня развязывать не надо! Пусть увидят и составят протокол.

– Никого вызывать не будем, – прощебетала Вика, придя в себя. – Мы пошутили. Сейчас все разойдёмся. Только надо освободить…

– Отойди, – зло бросил Антошка. Просунул клинок под ремень, потянул, разрезал.

– Холодное оружие, – прошептала Надя.

– Холодное. И очень острое, – согласился Антон, быстро и аккуратно разрезая скотч на руках Дашки. Блан шагнул, лизнул Дашку, та улыбнулась, потрепала пса по голове.

– Где ты такого взял?

– Потом расскажу. Здесь мерзко, пойдём отсюда.

Вика помчалась вперёд, быстро открыла входную дверь.

– Глюк или нет, – задумчиво сказала она, – но ничего не было.

Антон и Дашка не ответили. Зато Блан повернул к ней морду, и она поспешила закрыть дверь.

– Дашка, извини, я всё-таки вернулся за тобой, – сказал Антон, когда они вышли за ворота жилого комплекса. Охранник с интересом посмотрел им вслед, но видимо, привык к чудачествам элитных жильцов. «Ролевики, наверное», – подумал он.

– Антошка, ты откуда такой?

– Если скажу, что из Средневековья, ты мне не поверишь.

– Может, и поверю, если только всё расскажешь.

Антон вздохнул:

– Расскажу. Но сначала позвоню. Не ехать же так в троллейбусе.

Он достал мобильник, включил. Зарядки ещё хватало.

– Дядя Лёша, добрый вечер. Извините, пожалуйста. Вы помните, что обещали Дашу забрать? Я с ней возле её дома. Записывайте адрес.

Эпилог 1

Бертран де Мереваль и Антуанетта покинули Эстонию до наступления осени. Они вернулись в родной Лангедок, поженились, жили долго, мирно и счастливо, насколько было возможно в ту эпоху.

Мэтр Венан оставил потомкам несколько медицинских трудов-компиляций. Впрочем, к советам древних авторитетов он добавил методику употребления горчичников.

Жак не стал возвращаться в Париж, остался на орденских землях, завёл свою аптеку, женился и жил в достатке. Он тоже практиковал горчичники, а также посылал мэтру Венану концентрат из сока оксикокуса. Современные исследователи пришли к выводу, что это клюква, купленная им у новгородских купцов.

Жилю оставили жизнь, хотя скряга Жак отобрал у него все деньги. Несчастный побирался в трактирах и за глоток пива рассказывал истории про мальчишку-пророка и про философский камень мэтра Венана.

В 1312 году Папа Римский распустил орден тамплиеров. Часть рыцарей, включая великого магистра ордена Жака де Моле, была обвинена в ереси и сожжена.

Вика через месяц ушла из Антошкиного класса. Её отец был государственным служащим, а в прессу попала информация, что он имеет заграничную недвижимость в Черногории и Швейцарии. Викин отец назвал это клеветой, но со службы ему пришлось уйти. Вика переехала жить в Черногорию. Домашнего ослика она назвала Антоном и так плохо с ним обращалась, что соседи написали жалобу в общество защиты животных. Викин отец заплатил крупный штраф.

Эпилог 2

Прошло две недели. Они были очень трудными, в первую очередь для Блана. Псу пришлось привыкать и к машинам, и к лифту, и к тесным комнатам. Было непонятно, для чего его отвели в помещение, где пахнет другими собаками, и укололи тонкой иголкой – сделали все нужные прививки. Но хозяин был рядом, и Блан ничего не боялся. Мама и папа полюбили его за два дня, хотя раньше говорили: «Собака нам не нужна». Папа прочитал в Интернете, что с этой породой нужно гулять дважды в день по полчаса, и заставлял Антошку ежедневно бегать в лесопарке – разумеется, с Бланом.

Антону тоже было нелегко. Дядя Лёша его почти не ругал, но от родителей ничего не скрыл. И если бы родители не отвлеклись на пса, то просто съели бы Антошку. И дулись долго.

Блан привык к машинам, а мама с папой слушали новый рассказ Антошки, когда в гости пришёл дядя Лёша. Он был чем-то расстроен.

– Антоша, скажи правду, ты не эмо?

– Нет, – ответил удивлённый Антон.

– Всё равно, у тебя очень сильные эмоции. На этот раз ты испортил хронокомпас.

– Он больше никого никуда не переносит? – с надеждой спросила мама. Антон замер в ужасе, хоть и обещал сам себе: больше никаких путешествий.

– Нет, – печально ответил дядя Лёша, – он опять не признаёт добровольца-заместителя. Похоже, он твой и только твой.

Гость хотел ещё что-то сказать, но Антошка задал вопрос, мучивший его с того вечера, когда дядя Лёша заехал за ним и Дашкой.

– А почему так получилось, что я был в прошлом, а хронокомпас показал мне не просто запомнившееся место из настоящего, но реальную картинку? Не такую, как было на самом деле, но похожую.

Дядя Лёша потребовал уточнений. Пришлось всё рассказать.

– Тебе же эти ребята, гости Вики, не понравились с самого начала и Даше тоже. Так? – уточнил дядя Лёша. – Ты постоянно за неё беспокоился. Хронокомпас проанализировал твои эмоции, совместил их с твоими представлениями о