Клим выглядит удивленным:

– А как же ребенок?

Я вздрагиваю. Чувствую, как на плечо ложится ладонь Ани, которая таким способом оказывает мне поддержку. Следом звучит и ее недовольный голос:

– Я думаю, Ксюша уже достаточно ясно дала понять, что она ничего не знает про Руслана. На этом прошу вас уйти.

Парень кивает, но определенно недоволен тем, что не получил ответ на свой последний вопрос. На секунду мне даже кажется, что он будет настаивать, но вместо этого он протягивает мне листок с номером телефона:

– Если вам все же захочется мне что-то сказать – позвоните по этому номеру, ладно?

Меня подмывает спросить, почему он ищет Руслана через меня, но потом я вспоминаю, что Ветров собирался продать квартиру. Видимо, ему это удалось, и теперь он живет где-то в другом месте. Вот только… Можно же поискать его через мать…

Меня не касаются дела Руслана.

Из вежливости беру листок и сухо прощаюсь с неожиданным гостем а затем торопливо захлопываю дверь и проворачиваю ключ в замке.

– Что это было? – шепчет Аня, прислушиваясь к удаляющимся шагам Клима. Судя по всему, он как раз спускается по лестнице.

– Понятия не имею.

– Неужели Ветров вляпался в какие-то грязные делишки? Не из-за той ли мадам? – продолжает рассуждать Аня, а я несдержанно обрываю ее:

– Зачем ты спрашиваешь об этом меня? Вот и спросила бы этого Клима.

Аня удивленно смотрит на меня и замолкает. Я выпускаю из легких воздух и спешу извиниться, понимая, что переборщила:

– Прости, я не должна была срываться на тебя. Просто… Это словно призрака из прошлого встретить. Кажется, я была к этому не готова.

Подруга кивает и приобнимает меня за плечи.

– Идем на кухню и сделаем вид, что этого не было? – предлагает она.

– Нет. У меня разболелась голова. Пойду, полежу немного.

Торопливо захожу в спальню и закрываю дверь. Внешне я спокойна, но внутри эмоции весьма смешанные. До этого момента мне казалось, что я смогла оставить все позади, перешагнуть через прошлое и восстановиться, но чувства, поднявшие голову после упоминания бывшего мужа, говорили об обратном.

Не знаю, намеренно или неосознанно, но все это время я избегала любого упоминания о своем развалившемся браке. Не вспоминала Руслана, не обсуждала его ни с кем из близких, даже с нашими общими знакомыми свела общение на нет. Вроде и не специально, просто повода для встреч с этими людьми не было, но не могла не признаться, что меня такой расклад более чем устраивал.

После того визита Ветрова, после нашего заключительного разговора, я смогла принять решение и убедить себя в том, что поступила правильно.

«Его пальцы скользят по щеке, цепляют подбородок, заставляют меня поднять голову. Кожу покалывает в тех местах, которых он касается. Лицо Ветрова расплывается. Коротко выдыхаю, а потом его губы накрывают мои.

И это чудесным образом приносит мне облегчение и окончательно проясняет мысли.

Я упираюсь ладонями в его грудь и отталкиваю от себя, заставив Руслана разорвать поцелуй. Он хмурится, его ладони спускаются вниз, на мою талию, но я торопливо делаю шаг назад, увеличивая между нами дистанцию.

– Не нужно, прошу тебя, – тихо произношу, глядя ему в глаза. – Это… ужасно.

– Почему? – с жадностью спрашивает он. Я безумно хочу скрыться от его взгляда, от его присутствия в квартире, но понимаю, что нам двоим нужно поставить окончательную точку. Поэтому не скрываю правду и говорю максимально честно:

– Потому что я этого не хочу.

– Ксюша, – с отчаянием взывает он ко мне, хватая мою ладонь. Не делает попыток вновь приблизиться, но держит меня за руку крепко. – Неужели ты ничего ко мне не чувствуешь?

– Ты мне противен, Руслан, – вновь не кривлю я душой. – Я все еще люблю тебя, но это… Эта любовь грязная, понимаешь? Она испорчена и находится на последнем издыхании.

– Давай поговорим. Прошу тебя.

– О чем?

– О нас. – Его пальцы сжимаются на моей ладони. Прикосновение горячее и волнующее, но волнение это нездоровое. Я словно боюсь его. – Давай поговорим откровенно. Постараемся разобраться. Поищем компромисс. Я понимаю, что совершил чудовищную ошибку, но поверь, я очень жалею об этом. Если бы я знал, к чему приведет эта измена, я бы никогда…

– А если бы не знал? – усмехаюсь, зацепившись за эту фразу. – Если через какое-то время на твоем пути появится другая симпатичная девушка? Что тогда?

– Я больше никогда не предам тебя, Ксень, клянусь. Я слишком люблю тебя, чтобы еще раз причинить столько боли. Дай мне возможность все исправить. Я готов на коленях…

– Ты уже просил на коленях, – перебиваю его, с силой вырывая руку и делая еще один шаг назад, переступив порог квартиры. – Твои мольбы не стоят ничего, Руслан. Я благодарна тебе за те годы, когда мы были счастливы. Надеюсь, что именно мы, а не только я. Но на этом все. Твоя ошибка будет стоять между нами вечно. Я не смогу стереть из памяти твою любовницу. Боже, у тебя от нее ребенок, Ветров! Ребенок, который будет жить с нами! Как ты себе это представляешь?

– Хотя бы подумай, – он пытается приблизиться ко мне, но я тут же начинаю прикрывать дверь, подчеркивая тем самым, что разговор вот-вот оборвется. Руслан замирает и в каком-то безумном отчаянии шепчет: – Пожалуйста, просто подумай. Я соглашусь на любые условия. Мы можем начать наши отношения заново. Можем пожить какое-то время отдельно друг от друга. Хочешь, я дам тебе время отдохнуть от меня?

– Знаешь, чего я хочу? Чтобы ты оставил меня в покое. Мне не нужно время. Не нужна передышка. Мне нужно, чтобы ты исчез, Руслан. Потому что… Всё. Всё, понимаешь? Ты сейчас поцеловал меня, а внутри всё наизнанку вывернулось от отвращения. Меня тошнит от тебя, твоей любовницы и даже от твоего ребенка. Хоть я и понимаю, что Сашка не виноват в своем появлении.

– Ксюша…

– Нет. Нет, Ветров. – Твердо, уверенно, безапелляционно. И чуть тише: – Мы не сможем быть вместе».

Год прошел. Год не болело, не ныло. Потому что пустота и не может болеть, верно? Я с маниакальной старательностью заполняла ее работой, общением с друзьями, каким-то досугом. Пару месяцев ходила на танцы. Прочитала стопку книг по психологии. Смыла рыжий цвет с