Поэтому и сейчас я не стала смущаться перед возможной слабостью и осторожно выбралась из кровати. Комната закружилась в танце, но я стряхнула головокружение и решительно сжала кулаки.

Кстати, ребёнок… Малыш спал в плетёной колыбели неподалёку. Та девчонка, которая обтирала его, запеленала и уложила спать.

Сейчас в комнате я осталась одна. Но к ребёнку не пошла — мне нужно было зеркало. Нашла на полу какие-то страшные тапки, кое-как обулась и начала искать зеркало. Идти было очень тяжело, всё тело ломило. Но это всё равно было легче, чем после первых родов. Да и огромное желание разобраться в происходящем придавало сил.

Я нашла зеркало в массивном шкафу — с внутренней стороны дверцы. Открыла её, и старые петли заскрипели.

Я шокировано замерла.

— О Боже… — прошептала.

Не удержалась и провела кончиками пальцев по гладкой щеке. Господи… Кто это?

Передо мной стояла молодая девушка, девчонка совсем. Может быть, лет двадцати, не больше. Бледная, измождённая. Чем-то похожа на меня в прошлом, только волосы длинные, густые, золотистые. Брови тонкие, светлые, а вот ресницы тёмные и длинные, как у коровы, честное слово. Правда, на этом лице отпечатались жгучие страдания. А вот и пара морщинок. Ручаюсь, ещё вчера их не было.

Роды — дело такое. Оставляют напоминания о себе в виде таких вот неприятных отметин.

И всё же… Когда я уже проснусь? Это лицо в зеркале однозначно свидетельствовало: я сплю. Поверхность зеркала оказалась гладкой — прямо как в реальности. Очередной шлепок по щеке был болезненным — и снова весьма реалистично.

Опять не проснулась.

— Да что ж происходит-то?!

И тут меня пронзила мысль — совершенно глупая, странная… но всё-таки мысль: а что, если популярная тема попадания чужой души в другой мир — это реальность?

— Нет, — пробормотала я. — Ну что ты, Полина, не сходи с ума! Это же просто фантазии…

А вдруг нет? А вдруг они имеют под собой какое-то твёрдое основание?

Я обомлела. И в этот момент очень чётко осознала: я не сплю. Всё происходящее — не плод моего воображения.

Мать моя женщина! Я попала в тело молодухи, которая только что родила дитя и которая завтра утром окажется на улице. Честно говоря, меня накрыло паникой. Ладно, если бы я была одна, но ребёнок…

Запахло смертью. И в этот момент что-то во мне произошло. Перед глазами начали всплывать жестокие лица: то эта разодетая дама… из Амстердама, чтоб ей икалось, то щеголь, который назвался моим мужем. Вот сволочи! Убийцы.

Но что ж тогда получается? По всем законам жанра попаданства бывшая хозяйка этого тела умерла. Наверное, не перенесла боли и несправедливости. А я пришла на её место. Чтобы что? Помочь этому ребёнку! Ну конечно!!! Он — моя миссия. Без меня он бы погиб.

В душе родилось светлое чувство целеустремлённости. Я должна выжить и сохранить этого ребёнка. И тогда, наверное, я вернусь домой.

Эта мысль окрылила.

В прошлом я слышала множество историй о великих матерях, оставшихся после Великой Отечественной войны без мужей и без поддержки. Они в одиночку поднимали детей, причём, не только своих, но и приёмных. Подобные героини принимали в семью сирот, которые остались и вовсе без родителей, и несли на своих хрупких плечах пять, шесть, а то и десять человек!

И дети выживали! Матери давали им образование, приучали их к труду. Многие из них становились людьми с большой буквы.

Можно было задать вопрос — откуда у этих женщин такие силы? Всё просто: они в нашем естестве. Генетически. В каждой из нас живет огромное стремление принести радость и благополучие тем, о ком заботимся. Иногда, конечно, встречаются те дамы, кто задавил в себе этот Божий дар, кто не любит ни детей, ни свою семью. Но я не относилась к таким женщинам.

Предыдущую жизнь я посвятила детям. Работала день и ночь, даже когда мы с Витей развелись. Вырастила сыновей фактически без поддержки, и они стали достойными людьми. Может быть, поэтому высшие силы призвали меня в этот мир для особенной миссии? Не знаю. Но как только я поняла, в чём состоит моя цель, то почувствовала себя окрылённой. Даже физически стало легче. Недаром говорят, что душевный настрой напрямую влияет на физическое самочувствие.

Мой разум заработал в нужном направлении. Вряд ли я смогу здесь остаться, если меня выгонят силой. Поэтому я не должна уйти с пустыми руками. Мне нужно взять с собой важное — одеяло, еду, деньги, тёплые вещи. Что-то, что может спасти, если я попаду в очень трудные обстоятельства.

Начала осторожно передвигаться по комнате, разыскивая что-то полезное. Одеяло взяла с кровати. Оно было довольно-таки красивым, расшитым разноцветными нитями. В целом комната была богато обставлена, и я сделала вывод, что хозяйка этого тела была госпожой, а учитывая, как богато был одет мой так называемый супруг, то обеспеченной госпожой. Значит, и деньги должны быть где-то здесь.

Я начала перебирать содержимое ящиков в комодах, но ничего путного не находила. Правда, в шкатулке обнаружила несколько украшений. Не знаю, драгоценные они или нет, но стоит прихватить с собой. Наконец добралась к шкафу и начала вытаскивать вещи. Там нашлись очень тёплые колготы, какие-то гамаши из шерсти животных, длинные колючее пальто — уже лучше. Пуховой платок. Даже два. Отлично. Второй повяжу на грудь, чтобы не застудить.

Когда некоторые вещи были собраны, я застыла посреди комнаты.

А может, всё-таки поговорить с этим человеком — мужем? Может, как-то убедить его смягчиться? Мне бы восстановиться хотя бы неделю-две, и я уйду…

Но нет. Я вспомнила его жестокие слова и исполненные ненавистью глаза. Нет, он не будет милостив. Он не просто хочет меня выгнать — он хочет, чтобы меня не существовало.

Вдруг мои размышления прервал громкий стук в дверь (а перед этим я закрыла дверь на засов).

— Немедленно открывайте! — пробасил незнакомый мужской голос. — Или я буду вынужден выбить дверь.

Я замерла. Кого это принесла нелёгкая? Явно не муж. У него другой тембр.

— Кто там? Что вам нужно? — недовольно бросила я.

— Начальник стражи, — раздражённо ответил незнакомец. — Госпожа Тамара Павловна приказала выпроводить вас из поместья немедленно!

— Что?! — изумилась я. — Посреди ночи? Да она действительно чудовище!

Глава 4. Сборы

Я не открыла. Не хватало ещё подчиняться приказам тех, кто хочет выкинуть меня с младенцем на улицу. Если кто-то намерен лишить нас жизни, я