с ним быть во всех смыслах, он должен уважать меня и искренне поддерживать во всём. Я отношений хочу, а не секса без обязательств…

Мои подруги обменялись скептическими взглядами.

— Фантазёрка. — Фыркнула Анна. — Так не бывает. К сожалению, на станции сначала первое, а потом уже, если повезёт, второе. Мы только первый поток, мужики на «Палладе» ещё очень нескоро начнут воспринимать нас всерьёз. Мы для них либо «свои братаны», к которым лезть в штаны западло, либо «аппетитные кошечки». Так что… просто отпусти это и лови момент. Поверь, секс — это прекрасно, особенно с внимательным партнёром. И совсем необязательно про глубокие чувства и верность до гроба.

— Так-то да… но не слушай её. Анна была бы права, если бы этот гад не играл в одни ворота. Моё окончательное мнение — брось ты этого придурка.

Я закрыла глаза. Если пороть правду-матку, то всю до конца? Да, Лило́? Я запомню на будущее, что рассказывать секреты нужно либо вам обеим, либо никому!

— Он и не играет… или играет? — Удивилась Анна.

Лило́ коварно прищурилась, собираясь прилюдно меня разоблачить, и подалась вперёд, понизив голос в попытке воссоздать мужские интонации:

— О да, детка! Возьми его глубже, только смотри не подавись, я же такой большой мальчик! Что? Сделать тебе куни? Давай не сегодня, малыш.

Анна аж подпрыгнула на месте.

— Она что, серьёзно?! Он не делал тебе в ответ?!

— Лило́! Ну какого… вот и делись с тобой хоть чем-то после этого!

Громкий хруст динамика в углу каюты заставил всех нас замереть и перестать дышать.

— Внимание! — Тревожной скороговоркой раздался в тесном пространстве вкрадчивый женский голос. — Это не учебная тревога! Всем занять свои места, согласно боевым расчётам! Периметр под ударом! Внимание! Это не учебная тревога…

По коже пробежал холодок, отключая все сторонние чувства и ощущения. Однако им на смену пришла решимость и отработанные до автоматизма движения.

Шутки кончились. Я быстро и туго зашнуровала берцы. Лило́ и Анна тоже привели в порядок форму, натянули форменные серые куртки, затянули ремни. Чтобы одной за другой покинуть мою каюту, нам потребовалось меньше минуты. Однако шагнув первой за отъехавшую в сторону дверь, Анна замерла в проходе, удивлённо воскликнув:

— Зак?!

Я оттеснила её и вышла вперёд, нос к носу столкнувшись с моим парнем, выходящим из каюты Минь Мин-Юэ, спешно натягивая штаны… Конечно, он решил одеться в коридоре, ведь такому шкафу, как Зак Хоффман, в женской индивидуальной каюте было просто не развернуться!

Мы столкнулись взглядами. Я ничего не сказала ему, но почувствовала, как у меня дрожат губы. Лицо Зака вытянулось, в его выражении я одно за другим увидела совершенно разные эмоции — испуг, понимание, безразличие…

Женский голос со сталью в интонации продолжал оглушительно вещать из всех находящихся на станции динамиков:

— Внимание! Это не учебная тревога! Всем занять свои места, согласно боевым расчётам! Периметр под ударом…

За спиной Зака появилась миниатюрная фигурка Минь-Юэ со стыдливым розовым румянцем на щеках. Она была уже одета и только торопливо убирала свои длинные чёрные волосы в высокий хвост на затылке.

Я не выдержала. Я сорвалась. Я толкнула Зака руками в грудь! С такой силой, что он едва не припечатал мою однокурсницу к стене своей широкой спиной.

В безразличном взгляде Зака сверкнула ледяная злоба. Он толкнул меня в ответ, и, если бы девчонки не подстраховали меня сзади, я бы позорно шлёпнулась задницей на пол.

— С дороги, малявка! — Рявкнул он, широкой поступью двинувшись мимо меня. — Не можешь держать себя в руках, так хоть не мешай профессионалу делать его дело!

Я ощетинилась и зло прошипела ему в спину:

— Профессионалу? Я тебе сейчас покажу профессионала…

— Ив! — Я поймала на себе тревожный взгляд Анны.

Она, должно быть, решила, что я собиралась продолжить эту сцену ревности. Но я только жёстко дёрнула вниз форменную куртку с чёрными капитанскими лычками на жёлтых кадетских эполетах.

— Экипаж, по местам. Живо!

Глава 3

Пустые.

Мы называли их так, потому что никогда не видели.

Их сбитые корабли падали на нашу землю пустыми. Мы находили их большие, усиленные бронёй скафандры пустыми. И все попытки так или иначе выйти с ними на связь, чтобы выяснить их требования и хотя бы попробовать договориться, оканчивались ничем. Тишина в эфире, на всех возможных и невозможных частотах. Полный вакуум. Пустота…

Однако нам вовсе не нужно было с ними общаться, чтобы понять, чего они хотят.

Нашу Землю. Без нас.

В те немногие разы, когда корабль или десант пустых добирался до планеты сквозь боевой заслон, они приступали к разорению. К убийству всего и вся, выжиганию жизни!

Первым сгорел небольшой городок в Сибири. Словно на пробу. Фотографии зверств пустых захватчиков и сейчас можно найти в сети только заблюренными или скрытыми спойлером. Это было слишком… слишком тяжело видеть. Дальше пустые не церемонились, выбирая новые мишени. Били туда, где было больше людей…

Самой крупной их жертвой стал Лондон. Огромный, многомиллионный город был уничтожен, а все его население истреблено.

Смешно, но только после этого люди вспомнили, что мы — это не нации и не расы, отличающиеся друг от друга только языком, цветом кожи и разрезом глаз. Мы Земляне. Мы одни во всей вселенной вместе против общей страшной угрозой извне, с которой нельзя договориться и невозможно примириться. Потому что примирение равно смерть. Тотальное истребление.

Объединёнными усилиями народов и правительств, слившихся в одно, вокруг земли были построены станции — платформы. Преодолев разногласия и мелкую, ничего не значащую в масштабах вселенной грызню за ресурсы и идеи, мы вместе далеко шагнули вперёд в плане развития науки и технологий. В особенности в сфере военного дела… О да! Здесь мы нашли куда себя применить.

Пять станций: «Паллада», «Геката», «Эллада», «Аполлон» и «Деймос». Пять рубежей силы, защищающих Землю он геноцида и запустения. Вооружённые до зубов, оснащённые по последнему слову техники и готовые к нападению в любой момент времени, и из любой точки в бесконечном космическом пространстве, вокруг нашей единственной и неповторимой голубой планеты…

На экране, имитирующем лобовое стекло на моём истребителе, я наблюдала, как в каскаде взрывов от детонирующего боезапаса и воспламенившегося чистого кислорода, гибнет наша родная «Паллада». В стороны от неё, словно яркие быстрые осколки, разлетались те, кто, как и мы, успел занять свой боевой расчёт. А остальные… остальных больше