– их. И высовывать нос было бы неприлично. «Лучше чревоугодничать, чем проявлять любопытство! – говорила бабуля Бабак. И добавляла тихонько: – По крайней мере, в открытую…»

Когда Юфимия постучала в дверь, Тина и Кабус подхватили папку с документами и отправились подписывать договор. А Спук и Фантома оглядели заваленный вещами просторный однокомнатный номер, окна которого были разной высоты и выходили на море. Здесь нашлось место четырём одноместным кроватям, рядом с которыми стояли тумбочки, а на них – старинные зелёные лампы в тон обоям. Также имелся один гигантский тёмный шкаф, к которому было страшно подойти (таким накроет – не выберешься), и древний телевизор на трёхногом столике. Спук попробовал его включить, но изображение плыло и распадалось на полоски. Узкая дверь справа от входа вела в ванную с зеркалом, покрытым чёрными пятнами окиси.

Дети изучили вид из окон: домики Хмари будто растекались от отеля вниз, с одной стороны упираясь в скалы (этого видно не было), а с другой – обрывались у узкой набережной, вдоль которой покачивались остроносые лодки. Море успокоилось, и сейчас оно напоминало гигантское стальное покрывало, темнеющее с каждой минутой, потому что небо над ним наливалось чернильным цветом. Уютные огоньки горели всюду: в окнах домов (казалось, каждый житель находится сейчас дома), фонари подсвечивали тротуары, цепочкой освещали набережную.

– Как у них тут клаустрофобия не развивается? – задумчиво спросила Фантома.

Спук пожал плечами:

– Наверное, они привыкли, что море тоже их дом. С этой точки зрения мы не в скалистой тарелке, а на краю огромных просторов.

Девочка покосилась на брата: в последнее время он много читал и забавно выражался.

– Ладно, давай засунем всё в шкаф, а потом пойдём послушаем, что там рассказывает Юфимия. Хорошо, что нам уже во второй раз не нужно брать разговорники.

– И то верно, – согласился Спук, – это облегчает дело. Хотя, когда мы едем куда-то далеко, можем секретничать на своём языке в полный голос. В общем, везде есть плюсы и минусы.

Фантома пожала плечами и принялась за багаж. Бабаки таскали с собой не одежду и не книги, не технику или громоздкие аптечки – всё было куда загадочнее. В чемоданах и пакетах лежали фаташокер (как электрошокер, только для призраков), порошок для нейтрализации плазменной субстанции, фотоальбом XIX века, швейный набор, шкатулка с фамильными драгоценностями, акварели и альбомы, ящик со строительными инструментами и ещё много загадочных вещей. Всё из-за работы Тины и Кабуса: чтобы избавить отель от призрака, нужно было понять, что же его привязало к месту. А потом отцепить эту привязку, но тут каждый случай был индивидуальным, и потому заранее предугадать, что может понадобиться, нельзя. Бабаки привыкли таскать на себе кучу вещей во время рабочих командировок.

Справившись наконец с багажом, Спук и Фантома вышли из номера. Посмотрели на люк под потолком и начали спускаться по вибрирующей металлической винтовой лестнице.

Следующая лестничная площадка была побольше: здесь темнели две двери, этажом ниже помещалось уже три номера, а потом Спук и Фантома оказались в вестибюле «Гнезда-На-Горе». Здесь было пусто. За стеклянными створками дверей сгущался плотный сумрак. Неожиданно звонок на стойке ресепшен оглушительно звякнул, как будто на него с размаху опустили ладонь. Фантома вздрогнула и засмеялась, Спук испуганно огляделся. Почему не слышно голосов и привычного отельного шума?

Дети заглянули в один коридор, когда входная дверь скрипнула. Но в помещении по-прежнему никого не было. Спук и Фантома прошли в другой коридор, и звонок дзынькнул снова.

– Да где все люди?! – с отчаянием спросил Спук.

И тогда двустворчатая дверь в конце коридора распахнулась – за ней стояла Юфимия. Она облегчённо выдохнула, когда увидела, кто стоит в вестибюле, поманила:

– Ваши родители сказали, что вы их помощники, поэтому можете всё услышать. Мы как раз закончили с бумагами.

Стоило войти в просторную комнату, оказавшуюся столовой, как со всех сторон на детей обрушились звуки. В углу сонно мурлыкало радио, за одним из овальных столиков сидели родители и что-то обсуждали, три других столика были свободными, а за маленькой дверью шипело масло и слышался стук ножа. Окна были плотно зашторены. В одном углу мрачно выделялся старинный на вид камин, совершенно неуместный в окружающей современной обстановке.

– Скоро ужин, нам надо успеть, – сказала Юфимия.

– А вы жарите что-нибудь на открытом огне? – восхищённо спросил Спук, потому что камин выглядел как картинка из компьютерной игры.

– Нет, что ты, – махнула рукой Юфимия, – бывший владелец сказал мне протапливать раз в год, чтобы там что-то работало, и только в утренние часы. И на этом всё. – А когда все собрались за столом, продолжила рассказ: – О том, что отель неспроста стоит так дёшево, меня предупреждали. Но я была так романтична! Меня вдохновила Мариетта с её семейным делом. Я же всегда была сама по себе и мечтала обрести корни. Раз уж здесь давным-давно жили мои предки, значит, Хмарь немножко и мой город, верно? Полгода назад я приехала сюда впервые и тут же подписала документы. Было солнечное утро, чайки уютно мяукали (кстати, звуки, что они издают, мне всегда напоминали кошачьи голоса), жители брели по делам, дети играли на площадках, на набережной сидели торговцы, отчаливали рыбаки. А вечером, когда я осталась здесь одна, начал тренькать звонок. Я перепугалась, думала, что уже появились первые посетители. Но дело в том… – Юфимия понизила голос до шёпота: – У стойки ресепшен было пусто! И так каждый вечер с семи часов. Я даже купила и повесила муляж камеры над входом. Конечно, гостей здесь и так мало, а тут ещё слухи… Приезжие предпочитают останавливаться у родственников, даже если видеть друг друга не могут. А у меня нет больше средств! Я вложила сюда все свои накопления. Думала, обеспечу себе счастливую старость! Буду заниматься хобби, создавать уют гостям. Ведь Хмарь словно создана для туристов.

Спук с сомнением посмотрел на Фантому, а та как заворожённая следила за Юфимией. Даже серьги-поганки в ушах не покачивались. Владелица отеля всё распалялась, начала размахивать руками, чертя в воздухе рёбрами широких, почти мужских ладоней линии.

– Уютное место! История в пять веков! Вы слышали про отцов-основателей? Говорят, милейшие были старички. Пока во всём мире люди жили в пугающем Средневековье, в Хмари была и медицина, и образование для всех, включая девочек. Отель построили в семидесятые, он долго пустовал, а потом переходил от одного хозяина к другому. Пока здесь не появилась я. Сначала, конечно, я думала продать его – но куда потом ехать? И мне здесь так нравится.

Дзыньк! – кто-то ударил по звонку в вестибюле. Юфимия побелела.

– И я думала, беда мне!