чистыми от проклятья. Лошади, которых использовала королевская армия, да и наша команда, тоже были куплены у лорда.

Как бы не хотелось оставить свой яркий отпечаток в истории, перспективы памяти будущего становятся бессмысленными под угрозой потери настоящего. Стражей из портретной комнаты также привлекли к спасению лошадей.

Вскрыть замки было не сложнее, чем отобрать конфету у ребенка, поэтому внутрь комнаты я попала быстро. Зажигать свет все еще было нельзя, поэтому я, по памяти отыскала единственное место в комнате, куда бы сама поместила сейф. Спасение лошадей займет достаточно много времени, но это не значит, что мне можно задерживаться.

Когда и сейф поддался моим манипуляциям, оставалось только найти нужный камень. Я не видела, какие именно украшения лежат передо мной. Но что-то внутри сжалось, когда рука потянулась к ложементу. Я почувствовала его. Не было смысла проверять, я точно знала, где наш красный бриллиант.

Веритас предположила, что ключ, как и все остальные камни в украшениях будут непрочно закреплены, для легкого извлечения в будущем. Спрятав камень в карман, я достала обманку, за которую принц заплатил целое состояние. Оставив все в точно таком же виде, как было до моего проникновения, я покинула комнату, будто меня здесь и не было.

Я шла по коридору, когда навстречу мне выскочил ребенок с кувшином вина. Мальчик прислуживал на балу, а после и на каждом ужине, поэтому я успела его запомнить. Он врезался в меня, расплескав на подол платья все содержимое кувшина.

– Простите меня! – завопил он, бегая округлившимися глазами по расплывающемуся пятну. – Я все исправлю! Сам отстираю! Прошу, только не говорите лорду! Меня же уволят! – Он заплакал, а я даже не успела толком осознать, что произошло. – Я виноват, виноват. – Он бросился на пол, кланяясь мне. – Умоляю, простите!

– Поднимись, – скомандовала я странным голосом. – И перестань плакать. – Даже мой тон звучал необычно. –Это всего лишь пятно на платье, а не конец света. – Я не могла узнать свой собственный голос от чего головная боль, не дававшая о себе забывать, только усилилась.

–Но я так виноват…

Я присела на корточки, чтобы стать с ним одного роста.

– Ты же знаешь, что у меня есть еще платья? – Я улыбнулась, когда его рот округлился от неожиданного вопроса. Теперь мой голос звучал как прежде.

– Д-да.

– А значит для того, чтобы скрыть этот инцидент, я пойду и переоденусь, а ты, вытрешь пол и снова наполнишь кувшин. – Потрепав парня по волосам, я добавила: – И никто об этом не узнает. Верно?

– Да, – ответил он, расплывшись в улыбке.

– Утри слезы, и продолжай улыбаться. Жизнь прекрасна, а все, кто говорят иначе – идиоты, – сказала я, усмехнувшись неожиданно обретенной мудрости.

Глава 19

Глава 19

Джеймс

Меня обрызгало грязью с ног до головы, когда лошадь упала в лужу. Ее нога была повреждена обрушившимся стойлом. Альбин продолжил помогать, а меня отправил обратно в поместье со словами: «Принца не должны видеть в настолько неподобающем виде.» Мой комментарий, что сейчас все выглядят «Не по официальному стилю», Альбин просто проигнорировал. В такие моменты я особенно ненавидел, что сам король взял с меня обещание «Слушаться приказов главного стража, когда речь идет о безопасности моей жизни и статуса». Отец никак не мог забыть мое затянувшееся пьянство после смерти Зойда. В то время только благодаря Альбину слухи не распространялись дальше ближнего круга его величества. Не знаю, к какому из пунктов «опасности» сейчас относился приказ Альбина: жизни или статуса, но вернуться в поместье мне все-таки пришлось. Пока я шел, непрекращающийся ливень успел смыть большую часть грязи, чем точно порадовал слуг.

Кажется, за последние несколько дней у меня появился новый вид досуга – спасение крупных животных.

Я гневно толкнул двери в наши покои. План принять ванную и переодеться провалился, когда я увидел Эморипосреди моей комнаты.

– Если ты здесь, это значит…

– Все сделано, – ответила она, захлопывая крышку сундука с моим нижним бельем. Эмори обернулась и скривилась. – Джеймс, наше дело важно, но тебе не обязательно былонастолько отвлекать внимание на себя. Хотя слышала, что грязевые ванны полезны. – Несносная девчонка пыталась не улыбаться, но у нее плохополучалось скрыть ехидное злорадство.

– А с тобой, что приключилось? – Ее платье было залито вином.

– Столкнулась со слугой и опрокинула на себя целый графин вина.

– Звучит гораздо приятнее, чем мои приключения.

– Ваше высочество, ничего не может звучать лучше, чем то, что делаете вы. – Ненавижу, когда она обращается ко мне так, и Эмори это знает.

– Нам нужно вернуться и поскорее, – сказал я, проходя в комнату.

Эмори же безмолвно выскользнула и прикрыла за собой дверь. Быстро смыв с себя грязь, я переоделся и вышел в гостиную, когда услышал странный шум из комнаты Эмори.

– Ты в порядке? – крикнул я, но ответа не последовало, а шум продолжился. Поэтому я все-таки постучал в ее дверь, чтобы проверить, что же стряслось.

Она застыла в странной позе перед зеркалом, пытаясь зашнуровать корсет на новом платье.

– Не понимаю, как Веритас делает это так легко и быстро, – шипя, процедила Эмори. Ее лицо раскраснелось и покрылось испариной.

– У нее было достаточно много практики. – Я улыбнулся. Эмори никогда не выглядела милее, чем сейчас. – У меня кстати тоже, так что могу помочь.

– Я не хотела этого знать. – Эмори закрыла уши руками, напоминая маленькую принцессу, которой слуги читают нотации. – Ладно, давай. Только без комментариев. – Она повернулась и выпрямила спину, а я принялся подтягивать шнурки корсета, стараясь не пережать его слишком сильно.

– Тебе идут платья, Эмори. – Сейчас на ней было нежно розовое платье с белыми рюшами. Я не мог несделать ей комплимент, учитывая, как редко Эмори позволяла себе носить что-то кроме тренировочной формы или брони.Всегда на защите принца, как и подобает личному стражу.

– Я же попросила, без комментариев.

– В Лисгарне ты редко радуешь такими преображениями.

– Простите, ваше высочество, но Альбин тоже не часто наряжается в рюши.

– Но ты не Альбин.

– Но я и не Веритас. Это ведь она будет твоей правой рукой. А я стану тенью, которая появляется там, где угодно будущему королю и не должно быть видно рюшей.

– Даже