Стейс – та бехребетная блондинка готова упасть к твоим ногам. Но кобра – она не Стейс, Ригхан. Кобра – это Рейвен, гордая и верная принципам. Разлюбила ли кобра? Нет. Она любит, несмотря ни на что, точно также как и Стейс.

Они обе любят тебя. Но одна все еще лелеет надежду на твое возвращение. А другая напролом стремится выбросить тебя из головы.

Если его ответ изменится, дам честный и я.

– А ты?

Кайд снимает чертовы леггинсы, отстраняется и смотрит. Есть несколько секунд, прежде он снова нападет меня. Настоящий хищник. Пряжка ремня звенит, мужчина скидывает свои штаны, ловко отодвигает мои трусики и дразнит через ткань стояком.

– Кайден!

– Спрашиваю, ты скучала?!

Я объята огнем под тобой, со стоном шепчу твое имя и закрываю глаза на наше прошлое, на твой поступок. Какие могут быть вопросы? Все подтверждения на глазах!

– Я скучала. Скучала! А ты? Ты скучал?

Его телефон жужжит где-то на полу.

Ригхан отстраняется, мое тело холоднеет. Кайден достает мобильный и смотрит на экран, надевает джинсы и наклоняется поцеловать – сердце снова проходит этап шоковой заморозки.

– Мне пора.

Он не дает мне даже опомниться, покидает комнату. Я мечтаю закатить истерику, поэтому поспешно натягиваю леггинсы и быстрым шагом иду за ним. У поворота останавливаюсь, замечая психа со своим отцом.

Как мышка подслушиваю:

– Кайден, хотел сказать спасибо за машину. Просил Макса, но он так и не решил проблему.

– Она теперь, как новая. Парни из сервиса сказали, что тачка была в плохом состоянии. Заменили некоторые детали, обновили масло, свечи.

Папа удивленно смотрит на Ригхана, стоящего ко мне спиной, и жмет ему ладонь.

– Сколько я тебе должен?

– Ничего.

– Точно?

Кайд задумывается.

– Джонатан, Терри хочет играть в хоккей. Не препятствуйте ему. Пусть парень попробует. Во вторник я заберу его и Стейс на тренировку.

– Да, конечно! – активно кивает головой отец.

Ярость, как рукой снимает, после услышанного. Словно мороженка, я таю от просьбы психа. Он это ради меня? Дослушать разговор не улыбается удача, мужчины направляются в мою сторону. Я успеваю скрыться, поэтому, не замечая меня, они спускаются по лестнице.

«Как же твой стояк? Ложная тревога?»

Строчу сообщение. Ответ поступает незамедлительно.

«Пришлось подумать о кое-чем отвратительном. Помогло»

И о чем же?

«Жду внизу. Ты вроде поужинать хотела?»

«По горло сыта твоими обломами»

Это был третий за сегодняшний день.

«Не злись. Нас искал твой отец»

«Если не хочешь, чтобы все узнали, чем мы с тобой занимались, спускайся вниз»

«Мои трусики мокрые. Переоденусь, вернусь»

Пишу с намеком. Хочу, чтобы Кайден пришел ко мне. Ворвался в комнату, уложил на кровать и довел до полета над пропастью. Проходит минута, две, как я сижу и жду Ригхана. Ничего не происходит. Он не пишет, не приходит. Сообщение прочитано, а от него никакой реакции. Даже банального «ок» не следует.

Плевать на Кайда! Я решаю никуда не идти.

Сначала думаю набрать Мэд и обсудить происходящее с ней (ранее никогда не позволяла себя опускаться до такого уровня), но опоминаюсь. Сейчас подруга начнет спускать меня с небес на землю, приговаривая: «Я же тебе говорила! Это месть от него».

– Стейс? – Где-то через полчаса является псих.

Демонстрирую хладнокровие – переворачиваюсь на другой бок и смотрю в окно. Я сержусь и жду его извинений!

– Злишься.

Слышу шаги. Ригхан проходит в комнату и подходит к тому самому окну, где все зарождалось. Он садится на подоконник, что-то ищет в телефоне. Я закипаю. Даже сейчас от Кайда сквозит безразличием. Тем самым безразличием, когда я пришла к нему в офис, чтобы рассказать об изнасиловании.

Видимо, железка ему дороже. Почему все скидывают меня с пьедестала важности? Чувство ненужности сносит с петель мою дверь «осознанность» снова и снова. Я хотя бы вхожу в ТОП-10 важных вещей / людей Ригхана?

Как я могу быть нужной кому-то, если не нужна сама себе?

– Стейс? – зовет он, когда в комнате начинает играть мелодия.

Я узнаю ее с первых нот. Got You On My Mind NF.

Сама собой расцветает улыбка. Что Кайден со мной делает? Ригхан подходит ближе, просит встать и потанцевать с ним.

– Ты же не любишь танцевать?

– С тобой люблю. – Мужчина вдыхает запах моих волос. Я должна пахнуть апельсином – мой новый кондиционер с добавлением цитрусовых.

– Ты хочешь мне что-то доказать, Кайден?

Боюсь услышать ответ.

– В каком смысле?

– Роуздейл сказала, что ты всегда знаешь на что давить.

Псих усмехается.

– Ты весь день играешь со мной! Что я должна думать?

– С тобой нет. Я не использую манипуляции в отношении тебя, Стейс.

– Правда?

– С кобрами эти трюки не срабатывают.

Кайден подпевает. Я смотрю на него снизу вверх, ощущая нереальное тепло. Готова сгореть под взглядом настойчивого омута. Глаза Ригхана затягивают. Я не могу остановиться, чтобы перестать их рассматривать. В темноте, из-за освещения из дома психа они похожи на ртуть. Серебристо-белый оттенок глаз мужчины оказывает смертельное влияние. Чем дольше я смотрю в них, тем больше теряю рассудок.

– Знаешь почему именно эта песня?

Любимый поднимает мою правую руку вверх и кружит два круга. Я целую его, ощущая на губах привкус чего-то мясного. Вкусно, но его стейк с пряными специями и розмарином в подметки не годится тому, что готовят в моем доме. Если бы не юриспруденция, из Кайда вышел бы отличный повар. Не сомневаюсь, что и там он бы занял первенство.

– Сегодня я ехал домой, по радио заиграл трек. Меня переклинило, Стейс. Я не мог перестать думать о тебе. Да, и не хотел. Все мои мысли только о тебе, Рейвен.

Ты наводишь меня на мысли,

О которых я не думал прежде,

Я не из тех, кто любит разговаривать по телефону,

Я бы предпочел быть с тобой.

Иногда я сдерживаюсь,

Чтобы не сказать: «Я скучаю по тебе».

Иногда я сдерживаюсь,

Чтобы не сказать, что скучаю,

Но я скучаю по тебе.

Строки из песни подталкивают меня к вопросу. Он уже неоднократно повторяется.

– Ты скучаешь по мне?

– Я скучал больше, чем ты думаешь. Скучаю ли сейчас? Нет. Ты же рядом. Ты со мной.

Нам надо поговорить. Сейчас! Меня трясет от мысли, что придется проживать те чувства заново. Я два года работала с психологом после случая с Берном. Я научилась не плакать, говоря об изнасиловании (по крайней мере той женщине, что занималась моим ментальным здоровьем, другим я не осмеливалась рассказать). Но сейчас не