меня это злит. Злит то, что эта прелестная девушка для меня под запретом.

— Прости, Мередит, но мне пора. Рано утром на работу, вообще-то, уже часа через четыре. — Отказываю ей, натягивая джинсы и просовывая в штанины поочередно то одну, то другую ногу.

И это не ложь. Мне действительно нужно возвращаться домой. Работа не ждет.

Она хмурится и садится, прикрываясь одеялом, пока я застегиваю ширинку.

— Ох… ладно, понимаю, — тянет разочарованно.

Я задел её чувства. Понимаю, правда понимаю. Но мне нужно время. Я хочу двигаться медленно. Может быть, у меня получится построить что-то с Мередит.

Может, если я дам нашим отношениям шанс, мне будет легче пережить всё это?

— Было потрясающе. Я позвоню тебе завтра. — Наклоняюсь к ней, всё еще без футболки. Упираюсь руками по обе стороны от талии Мередит, и матрас прогибается, а мои мышцы напрягаются, когда я сокращаю расстояние между нами.

Её глаза загораются надеждой, когда я легко целую её в щёку, но я ничего не чувствую. Ничего. Потому что все мои чувства принадлежат другой… Ари.

Блядь, ну и мудак же я.

Я безумно ее хочу, но мы с Мередит отлично поладили на той вечеринке по случаю дня рождения. Она прямолинейная и дикая — полная противоположность Ари. Не знал, что сегодняшняя ночь обернется именно так. Я этого не планировал, но рад, что так вышло. Давненько у меня никого не было. Но заводить отношения я пока не хочу. Жду момента, когда буду полностью уверен в своей избраннице… потому что хочу, чтобы следующая стала моей будущей женой.

Мередит улыбается. Она краснеет, и ее гладкая кожа словно светится. Я отстраняюсь, хватаю ботинки и заканчиваю одеваться.

Мне нужно двигаться дальше… поэтому я переспал с Мередит. Нужно хотя бы попытаться, верно?

— Ловлю на слове. — Мередит закусывает нижнюю губу и откидывается на подушку.

Подмигиваю ей и натягиваю футболку. Она живет далеко от меня, так что путь домой предстоит неблизкий.

Я почти не поддался на ее уговоры, но мои яйца так не сводило с самого возвращения из Ирака.

И, если честно, никто не поможет избавиться от боли в них, кроме моей любимой медсестры.

Я выхожу из дома Мередит, и меня тут же встречает ледяной декабрьский ветер.

Черт, ну и холодина.

Я перехожу на бег, и очередной порыв ледяного ветра бросает волосы мне в глаза. Как только доберусь домой, включу отопление и завалюсь спать.

На полпути к мотоциклу звонит телефон.

Блядь. Даже смотреть на экран не нужно, чтобы понять — это по работе. Ничуть не удивлен позднему вызову; они всегда приходят в самое неурочное время. Очередная миссия… очередная командировка.

Мой контракт скоро истекает, и теперь я считаю дни, потому что не хочу закончить, как Пол. Замираю на мерзлой траве под хруст собственных ботинок и достаю телефон.

16. АРИ

Прощаться с друзьями оказалось сложнее, чем я думала. Так радостно было видеть, как они отмечают со мной еще один год моей жизни. Я ведь едва дожила до этого дня.

Скоро я поеду на могилу к брату — поговорить, рассказать о том, какими безумными американскими горками стала моя жизнь после его смерти. А еще заверить, как сильно люблю его «Бронко» и каждый месяц гоняю машину на полную химчистку. Интересно, научит ли он племянника играть на гитаре там, на небесах? И что это будет — песня Sublime или Mana?

Господи, как же чертовски больно.

— Спокойной ночи, мам. Спасибо, что пришла.

Она крепко сжимает меня в объятиях, и я на секунду задерживаю дыхание.

— Еще раз с днем рождения, mija. Рада видеть, что тебе уже лучше.

— Спасибо, мам.

Мама помогала мне убираться в доме, когда почти все уже разошлись.

Дэнни всё еще болтает с Лопесом и Зиком на крыльце. Парни умоляли его выпить еще, но он отказался. Он ни разу не напивался с той самой ночи, когда во всем мне признался, и я так им горжусь.

Знаю, впереди еще долгий путь, но это уже начало.

— Это все из-за Дэнни, да? Он ни на шаг от тебя не отходил всё это время? — спрашивает она, сжимая мои ладони в своих.

Наблюдаю, как мой властный «морской котик» по-братски обнимает Лопеса. Интересно, о чем они говорят. Внимательно смотрю на рот Лопеса, пытаясь прочитать по губам и разобрать слова.

Я убираю оставшуюся посуду на кухне. Невероятно вымотана, но оно того стоило.

Наконец мне удается разобрать что-то вроде: «Беру с тебя пример, чувак».

Прекращаю подглядывать. Не стоит лезть не в свое дело, но меня восхищает, как все ищут у Дэнни наставничества.

Лопес среди них самый младший, ему около двадцати пяти.

— Мам… — Мне всё еще неловко обсуждать жизнь со своим парнем или что-либо касающееся наших отношений.

Обнимаю маму на прощание.

Она выходит из дома, прощается с Дэнни, Лопесом и Зиком, а затем направляется к машине.

Зевая на каждом шагу, домываю посуду. Сегодня было так здорово. Я воссоединилась со всеми друзьями и семьей… и всё благодаря Дэнни.

Впервые за долгое время я забыла о травме, с которой жила весь этот год, и просто не могу выразить, как ему благодарна.

От потери Пола, поездки в Ирак в качестве гражданской медсестры по контракту, до влюбленности в лучшего друга брата, беременности и такой жестокой потери нашего малыша всего за один, блядь, год…

Этот вечер стал глотком свежего воздуха; было так приятно забыть о том, что я сломлена, пусть даже всего на несколько часов.

Закончив с последней тарелкой, бросаю взгляд в окно на лужайку перед домом.

Зик уже ушел с Вайолет; остались только Лопес и Дэнни. Они курят, сидя на стульях на крыльце, и о чем-то увлеченно беседуют.

Не хочу его отвлекать. Пусть тоже насладится временем с друзьями. Кажется, этот день был чертовски нужен нам обоим.

Делаю глубокий вдох, выключаю воду и вытираю руки кухонным полотенцем. Я устала, мышцы ноют, в голове на огромной скорости проносятся тревожные мысли, и я никак не могу отделаться от ощущения, что чего-то не хватает…

Стану ли я когда-нибудь снова прежней?

Гашу свет на кухне и выхожу в темный коридор. Не успеваю дойти даже до первой двери, как в кармане у бедра жужжит телефон.

Наверное, Мередит что-то забыла. С ней это постоянно случается, но я вроде бы быстро осмотрела дом после ухода гостей и ничего не заметила.

Нащупываю телефон в