class="p1">Наука – это долгий и упорный труд, это труд на пути к знанию. Знанию, к которому естественным ходом эволюция все еще не пришла. Неизвестно почему, но она совершенно точно стремилась сохранить жизнь как таковую, действуя вслепую – в любой ее форме, способной выдержать натиск времени и враждебной среды. Быть может, в ее планы и не входило создать бессмертный организм, но в своем стремлении порождать многообразие она случайно создала человека разумного. Организм, который в свою очередь возжелал сохранить, как явление, самого себя. Организм, который может проанализировать весь путь эволюции и исправить ошибки, которые она допускала, действуя наугад. Организм, который решил подобраться к этому знанию так близко, как только сможет. Человека разумного, но непредсказуемого и опасного. Человека, в котором могло быть стремление сохранить жизнь вокруг себя, и человека, в котором могло быть стремление сохранить лишь себя, и не важно, ценой скольких чужих жизней. Человека, который был готов свести на нет все результаты трудов таинственной эволюции.

Он резко почувствовал себя рачком, только что прошедшим линьку. Он вырос, но вместе с этим стал беззащитен. И реальность тут же этим воспользовалась.

«…идеальных головорезов».

Человек, стремящийся сохранить жизнь вокруг себя и помочь тем, кто не справлялся с условиями, в которые завела его судьба, сослужил добрую службу человеку, скорее всего, стремящемуся сохранить лишь себя, и не важно, ценой скольких жизней.

Внезапно все вокруг показалось слишком огромным для него одного. Как давно он стал заниматься настолько великим делом? В какой момент все стало настолько большим?

Доктор Цилинь всегда страдал мегалофобией. Он даже предпочитал не покидать пределов своей лаборатории, чтобы лишний раз не видеть масштабов собственного исследовательского центра. В этот раз страх перед большим принял форму страха перед масштабом последствий труда всей его жизни. Руки затряслись.

Взгляд устремился к полочке, расположенной рядом с дверью в лабораторию, через стекло которой были видны самые разные баночки, скляночки и капсулы, наполненные различными химикатами.

Немного помолчав, Чэнь Рэн не удержался:

– Так почему, говоришь, жизнь отвратительна?

Монах замер, словно его поймали с поличным, и Чэнь Рэн воспользовался заминкой:

– Жизнь пугает тебя? То зеленое, пушистое, растущее, подвижное, распускающееся, дышащее, что кажется обычному человеку естественным и обыденным, выглядит для тебя чем-то неестественным, ужасающим и потусторонне отличным от обыкновенного неживого?

– Ничего не понял, – прикинулся странный напарник.

– Дерево страшнее камня?

Монах передернул плечами:

– Да вообще плевать. Просто ляпнул.

Они уже развернулись уходить, как из кабинета раздался грохот.

– Доктор Цилинь? Вы в порядке?

Делец постучал в дверь, но никакой реакции не последовало. Тогда Монах просто бесцеремонно вошел в кабинет.

Доктор Цилинь лежал посреди кабинета с пустой колбой в руке. Вокруг валялись лабораторные приборы. К счастью, стекло колб и склянок было очень прочным, и ничего не разлилось. Кто знает, какими испарениями они могли надышаться.

Чэнь Рэн подошел к доктору и приложил два пальца к его шее. Пульса не было.

– Мертв. Че это он?

– Когда я предположил, что Федерация может превратить его достижения в свое оружие, я, кажется, привел его в замешательство. Похоже, все серьезно… Надо посмотреть, чем конкретно он занимался. У нас мало времени.

Они воспользовались бахилами и перчатками, удобно лежащими на тумбочке рядом с дверью, и принялись за работу. Монах пытался разблокировать армсмарт доктора. Чэнь Рэн же принялся за большой слегка выгнутый дисплей, стоящий на столе. Все, кроме оставленной на экране переписки с коллегой, оказалось защищено и надежно зашифровано. Из самой же переписки было невозможно узнать ничего конкретного.

– Кажется, он достиг чего-то серьезного. Но тут все запаролено.

– Выгружай все к себе на смарт и сваливаем. Попробуем расшифровать позже. Его смарт я тоже не могу разблокировать.

– Надеюсь, о нем никто не вспомнит, пока мы не навестим… Сяо Дафань – ох, еле вспомнил!

Они прошли мимо администрации и охраны на входе в центр и поблагодарили за организованную аудиенцию. Чэнь Рэн еле сдержался, чтобы не дать деру к кораблю.

– На этот раз поведешь ты, – бросил он уже на улице. – Моя нервная система нуждается в восстановлении.

Ep. 13. 10 000 юаней

Оказался как-то космодесантник у черной дыры. Ну там все и закрутилось, завертелось.

– А он как-то упомянул вас, господин Чэнь. Он жаловался, что мало нынче берут смышленых солдат. Похвалил вас за ваши результаты вступительных… Это был мой лучший друг.

Сяо Дафань вздохнул и продолжил:

– Ся Лин всегда был таким. Говорил, как мечтает быть надзирателем, что он больше ничего не умеет. Так хотел им быть, но вот, к чему это привело.

– Может быть, он еще жив.

Представитель EVA.LOGISTICS посмотрел на них печальными глазами:

– Точно мертв.

Затем он что-то нажал на браслете, и им высветилось сообщение.

Отправитель: Балабол.

Думаю, я был прав. Насчет всего. У меня мало времени, встретимся в Х.

– Насчет чего прав?

– Он считал, что правительство замышляет что-то очень серьезное, – вздохнул Сяо Дафань. – С Наблюдателями, с этим сраным эволюциином, который я транспортирую. Не поймите меня неправильно, я уважаю Федерацию. Они много сделали для людей. Но просто… Ся Лин изменился, когда получил повышение. Что они с ним сделали? Иногда я думаю, что мне стоило серьезнее относиться к его теориям заговора.

– Ну надзиратели проводят много времени в одиночестве. Я-то знаю, – сказал Чэнь Рэн.

– Тут другое. Он стал одержим. Понимаете? Словно его собаку убили. Я никогда не видел его в таком состоянии. Накануне… – он вздохнул. – Незадолго до того, как я получил то сообщение, Ся Лин сказал, что выяснит, почему столько людей умирает. Сказал, что это как-то связано с командиром, что они скрывают от него причины. Он так и не добрался до истины. Сейчас гниет где-нибудь в канаве, вот и все. Они стерли все следы его существования… как будто он реально открыл страшную тайну. Если вы не те, за кого себя выдаете, я следующий в очереди «изменников родине». Федерация что-то знает о Наблюдателях. Может, они кормят их людьми, ставят на тех планетах эксперименты или что-то еще, а может, они и есть Наблюдатели. Хрен его знает, я хотел бы верить, что, сидя здесь, я в безопасности.

Они молча возвращались к кораблю, поглощенные размышлениями.

Дело зашло в тупик.

Уже в нескольких метрах от Красотки Чэнь Рэн почувствовал легкую вибрацию от армсмарта.

Красотка. Системное сообщение.

Подготовка обновления программного обеспечения. Все системы заблокированы.

Время готовности: 9 часов

Статус готовности: 0,01 %

Не инициируйте