Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Кровь, — я ласково улыбнулась ей. — Ты забыла про нее, моя хорошая.
— А вы еще умнее, чем о вас говорят, — скривилась девушка. — Моя кровь хранит один из очень редких и полезных даров. Я чистильщик — одно прикосновение, и человек забудет совершенно все, о чем я прикажу. Это весьма ценное умение, заполучить его мечтают многие. Вам же я готова служить верой и правдой. Клянусь, что не обращу собственный дар против вас, моя леди. Только спасите меня и мою семью от позора. Иначе не только отец, но и я сама не переживу тяжкой участи.
— А ты уверена, — я скосила на нее глаза, — что пришла ко мне только по этой причине?
— Вы сомневаетесь во мне? — девушка округлила свои красивые глаза.
— Милочка, — усмехнулась я, — ты сама мне сказала, что можешь уложить к моим ногам половину преступного мира. Подозреваю, что твоего несостоявшегося муженька прикончат у алтаря, прежде чем тот успеет согласиться. Да быстрее поверю в то, что Аугус откажется от меня, чем в невинность твоих замыслов. И твоя кровь не так проста, как говоришь. Чистильщик может не только стереть память, но и уничтожить отпечаток души. Первый ход ты сдала мне без боя, так что вторая попытка сделать меня своей сторонницей начинается прямо сейчас. И не забывай, что каждое слово несет за собой последствия, о чем я тебя уже предупреждала.
— Отцу начали угрожать еще год назад, — в прекрасных глазах поселилась серьезность. — Он из-за этого едва не свел с ума своими придирками половину глав преступного мира. Но даже те не могли ничего поделать с непонятными записками. Так продолжалось, пока однажды люди дядюшки не поймали некоего парнишку. Тот под пытками признался, что работает личная гвардия принца, а он недавний новобранец. Живым он, понятное дело, не вернулся. Подстроили все так, словно тот напился в таверне на радостях и упал с лошади. Правда, ребята не уточнили, пьет ли этот юный мститель, и прокололись. Оказывается, употреблять спиртное в личной армии принца строжайше запрещено. В результате едва кровавая бойня не началась — слава богам, не смогли доказать причастность нашей семьи. Но от наказания нас это не уберегло. Думаю, вы и сами понимаете, к чему все это привело нашу семью.
— Что было в угрозах? — я удивилась, обычно такими делами принц не занимался.
— Про незаконные делишки и поставки оружия на наших торговых судах, — хмыкнула собеседница. — Знали бы они, какими путями на самом деле оружие поступает к нам в страну. Нет, лично мы не замешаны в этом, просто знаем, как обойти препятствия и проскользнуть незамеченными мимо патрулей. Только отсутствие улик не смогло доказать правящей семье нашу непричастность к поставкам. В результате мы были вынуждены ежемесячно сдавать отчеты и по первому же требованию предоставлять грузы на проверку. Но даже все эти меры не помогли королю повесить на нас контрабанду, вот с того момента и начались угрозы. Сперва еще вменяемые: убить, порезать. А потом стали грозиться меня выкрасть, изнасиловать, после чего по кускам отправлять отцу. У нас сдали нервы, и мы написали ноту протеста. Не помогло. В игру вступил принц со своей ручной армией новых аристократов, которые с его рук, словно свиньи, готовы есть. А когда я пошла к королеве на поклон с просьбой избавить меня от ненавистного брака, она ответила, что моей жизнью сможет распоряжаться только та, кто сменит ее. Лицемерная мразь! Едва удержалась, чтобы не нахамить и не послать ее в бездну. Нельзя так просто рушить свою репутацию.
— Вот это уже больше похоже на правду, — подтвердила я.
— Короче говоря, — графиня откинула за спину прекрасную алую прядь, — королевская семейка обложила нас со всех сторон. А когда прошел слух, что одна из представительниц старой аристократии займет место королевы, отца чуть не запрыгал от счастья. Вы моя последняя надежда. Если откажетесь помочь, то у меня действительно не останется другого выбора, кроме как утопиться или повеситься после похорон отца. Я не вынесу жизни в рабстве у ручной болонки принца. Лучше свести счеты с жизнью и завещать все «Белой розе». Я тут вас прекрасно понимаю, и самое главное, в отличие от остальных, отговаривать не стала бы. Зачастую смерть оказывается гораздо милосерднее жизни. Но сейчас разговор не об этом, а о моей просьбе. Готовы ли вы принять меня вашей фрейлиной, даровать мне свободу и возможность быть рядом с любимым герцогом?
— Леди Разана, мне приятно слышать от вас столь лестные слова, — я поймала ее за подбородок. — Но теперь вы подумайте, готовы ли променять шантаж для королевского рода на слепую преданность мне. Если я скажу прыгать с утеса в море — вы должны прыгнуть, скажу идти и лечь в постель к послу — пойти и лечь? Предать саму себя в обмен на титул и деньги, подавив гордость. Неважно, что у вас там за уговоры с главой тайной канцелярии. От вас потребуется безоговорочное подчинение моим приказам. Если понадобится, вы сотрете из жизни страны даже Аугуса. Хорошенько взвесьте все «за» и «против» перед тем, как дать мне ответ и согласиться на место фрейлины.
— Я согласна на все, моя королева, — в глазах собеседницы вспыхнул безумный огонек.
— Тогда вы отныне моя фрейлина.
Магия приняла мои слова, и предки нас благословили.
— Спасибо, — поклонилась девушка, — я не подведу вас, моя госпожа.
— Завтра поговорим, — сказала я, — сегодня мы празднуем.
— До свидания.
И, больше не задерживаясь в комнате, она ушла.
Интересный вечер. С каждым часом я узнаю все больше нового о принце и его свите. Ничего удивительного, что страна катится в бездну к демонам, если знать, на которой она держится, настолько сильно ненавидит собственного правителя. Как бы король ни старался сместить старую аристократию, с новой у него ничего путного не получится. Многие, находящиеся сейчас в комнате, столетиями занимались делами своего рода, приумножая его славу.
Приглашенные разделились на группы, в каждой из них вовсю шло
