актерскую подачу вопроса, он слегка ослабляет хватку, и я сразу же убираю руки за спину. Для пущей уверенности, что больше Кристиан не возьмет мои руки, опираюсь ими, отклоняясь назад.

— Я же вижу на твоем лице застывший вопрос. Пока у нас такие пляски и разговоры по душам практически под луной, говори, что придумал. Сейчас разберемся со всеми душе-изливаниями, а потом забудем этот вечер, как страшный сон.

— А если я не хочу забывать, раз ты все знаешь, то …, — заигрывающе говорит Кристиан, и дергается уголок его губы. В голосе появляется слишком много обаяния и чарующего бархата. Его глаза светятся красным, переполненные чувствами и желанием.

Ну, ты ж моя кокеточка! Вон, оказывается, сколько граней в тебе неизведанных! А то охотник — злой, бессердечный, жестокий. А ты вон какой на самом деле.

Усмехаюсь я сама про себя. Интересная ситуация ведь случилась. Когда еще я увижу Кристиана не только живым и искренним, но и стесняющимся и флиртующим. Причем в самом, что удивительно, хорошем смысле. То есть без пошлостей.

— Нет! Я против! — Сразу же бьется в истерике Ванесса.

— То что? — Спокойно спрашиваю я, прикидываясь дурочкой.

— Мы можем помочь друг другу укротить этот огонь, — Метафорично выражается он, чем позволяет мне не менять своей стратегии.

— Но я тебе не говорила, что все взаимно. Это у тебя какие-то непонятные чувства. Я вполне определенная дама.

— И что ж ты не в родовом поместье своего возлюбленного, определенная ты моя, — ухмыляется Кристиан с издевкой в голосе.

Я, понимая, к чему все идет, резко вскакиваю с дивана. Вторая попытка сбежать из комнаты точно должна быть обречена на успех. Но Кристиан, опережая мои действия, рывком хватает меня за талию и подтягивает к себе. Падаю. И вновь оказываюсь на диване. Кристиан не теряет ни секунды, он быстро меняется со мной местами, ограничивая движения моих ног своими. И я оказываюсь вжатой в диван под весом охотника. Он держит меня за запястья, прижимая, не давая возможности выбраться.

Кажется, история повторяется.

— Кристиан! — Кричу я, но голос срывается на хрип. — Я же не сказала тебе …

Но мужчина не дает мне договорить. Точнее, я сама замолкаю, когда он склоняется все ниже, а глаза выражают практически наглядное, наполненное картинками, намерение совершить ошибку.

— Все видно по твоим глазам, — переводит он стрелки своим сбивчивым раскаленным дыханием и низким тембром.

М-да… Видимо, с пошлостями я так зря … поторопилась с выводами.

Глава 26

Преждевременно вычеркнув пошлости, я слишком расслабилась. А зря. Теперь на меня смотрят два хищных взгляда, готовые ринуться в бой, только прозвучит хоть малость не отрицательный ответ.

— Не знаю, что ты придумал, но все совсем иначе! — Извиваюсь я в попытках освободиться. Но Кристиан слишком крепко держит меня и не готов отступать от намеченных целей добиться желаемого.

— Арина, дочь облезлой псины, отпусти Криса!

Кристиан опускается ниже.

— Я не держу! И сама ты псина. Кусок псины. — Слишком увлекаюсь я взаимными комплиментами с Ванессой.

Дыхание Кристиана опаляет шею. Кровь разгоняется внутри организма, тело разгорается изнутри.

— Я начинаю считать. Если все это недоразумение не прекратится, то в стазисе у меня месяц проваляешься!

Кристиан губами касается моей шеи. Я не могу работать на два фронта. Кристиан не слушает, Ванесса угрожает. Приходится быстро сделать выбор в сторону решения большей проблемы. Хотя над этим нужно было думать лучше.

— Если еще хоть раз будет стазис, то о свободе можешь забыть!

Кристиан проводит по моей шее языком. Тело само по себе изгибается от интересных ощущений.

— Нашла, чем пугать! — Словно слышит какой-то нелепый вздор, прифыркивает ведьма.

Кристиан слишком увлекается процессом, начиная покусывать шею.

— Я найду способ создать портал и вернусь в свой мир, а тебя просто-напросто сотрет из страниц истории, потому что там магия не существует.

— Нет такого способа, — берет на слабо ведьма.

— Пойду к Афродите, и посмотрим, — иду я ва-банк, не придумывая ничего более весомого. Но это действует, Ванесса отступает. В отличии от Кристиана.

Он отпускает одну мою руку, и освободившейся своей зарывается мне в волосы. Его губы касаются моих щек, безответных губ…

— Развлекайся! Но всегда помни, что я люблю месть, — в крайний раз угрожает она, причмокивая от удовольствия и предвкушая эту расплату, и уходит в тень.

Теперь наступает очередь Кристиана, чтобы отстать от меня. Но оказывается слишком поздно.

Обе мои руки свободны. Беги — не хочу! Вот только я сама не замечаю, как начинаю отвечать на действия охотника. Пока спорила с Ванессой — обхватила его спину, успела изменить характер поцелуя на активный.

— Кристиан, — задыхаясь от своих же чувств, шепотом произношу я. И это не звучит, как «отстань от меня», а скорее подталкивает его к действию.

Охотник срывает с меня одежду, продолжая жадно впиваться в мои губы. В промежутках поцелуев, когда мой рот на долю секунды оказывается свободным, я шепчу:

— Не надо … Остановись …

Но все звучит слишком неправдоподобно. Я сама же не верю своим словам. Судя по всему, Кристиан тоже.

Он освобождается сам от последних сдерживающих оков, и делает то, что я считаю ошибкой. Стон вырывается из груди, а потом… я бесследно теряюсь в этом мире, царапая широкую мужскую спину.

Второй раз оказывается лучше первого. Разница оказывается в чувствах и эмоциях. И сейчас они у меня в голове откликаются шумом, заполняя все пространство.

Я обездвижено лежу на Кристиане, пытаясь поймать размеренный сердечный ритм и успокоить дыхание. Его грудь служит для меня подушкой, рука, лежащая вдоль моей спины, — стеной.

— Я все понял, — нарушает Кристиан тишину. Он делает вывод, понятный только ему. — И меня устраивает такое положение вещей.

Я лишь тяжело вздыхаю, понимая, что время откровений закончилось, и теперь мне никто ничего не станет объяснять.

— Он все знает, — тут же звучит голос Ванессы. Она говорит так, словно что-то задумала, и наверняка ее план мне не понравится.

— Кажется, только мне ничего не известно, — вздыхаю я, мысленно отвечая ведьме.

— Ты должна убедить Кристиана, скорее провести ритуал. Полная луна взойдет на небе через три дня. Месяц до следующего полнолуния ждать нельзя.

— А можно это сделать без него?

— Нет! — Рявкает Ванесса.

— Он может не согласиться.

— Милочка, это не мои проблемы. — Стервозно произносит она и добавляет, — и кстати, твоя идея с совращением Кристиана была хорошей. Признаю, ты была права. Теперь он охотнее станет тебе помогать.

— Ванесса, я не планировала …

— Бла, бла, бла-а. Все, я ушла. Помимо тебя у