и тон у него сменился, став сочувствующим, — мои разведчики передали мне, что люди незнатных кровей боятся. Боятся, что правители выдадут ваших дочерей вместо своих. Можете за это не переживать. — И морда показала клыки. Видимо, у фриранцев это считалось за улыбку. — Если такой обман вскроется, то король и род, который пошёл на обман, будут уничтожены. — Внизу на площади кто-то всхлипнул. То ли от облегчения, то ли от ужаса… — Через два дня, когда я заберу дев и ваши правители присягнут мне, будет проведена проверка, — продолжал он. — И если обман вскроется, деву вернут обратно. А виновные… — сделал он паузу, — как я уже сказал, лишатся головы.

Изображение пошло рябью и растаяло, оставив над площадью пустое серое небо.

Я же стоял и переваривал.

С одной стороны, этот расчёт был хорош, чего уж там. Горх одним ходом перетягивал на свою сторону простонародье. Объявлял себя защитником слабых от произвола знати. Любой нищий, у которого есть дочь, теперь будет смотреть на захватчика чуть менее враждебно. Мол, обезьяна-то, может, и не так страшна, раз обещает не дать продать мою кровиночку вместо баронской.

С другой стороны… он только что лишил всю знать Греи единственной лазейки. Я ведь видел, к чему всё шло. Сэм правильно сказал о том, что сильные откупятся слабыми. Подсунут под нож дочерей простолюдинов и мелкой обедневшей знати. А теперь этому не бывать. Теперь каждый НОВЫЙ король трижды подумает, прежде чем мухлевать, потому что цена ошибки — его собственная голова.

— Хитро, — сказал я вслух, чувствуя, что уже не один стою на стене.

— Что хитро? — спросил Мишель, выходя из тени.

— Да всё это, — я кивнул наверх. — Он только что отрезал знати путь к отступлению и заодно купил себе любовь черни.

Мишель сделал глоток из моей кружки, скривился и поставил обратно. Видимо, взвар ему не понравился.

— То есть теперь девушек всё-таки придётся отдавать по-честному, — прищурившись сказал он.

— Выходит, что так.

Брат помолчал, глядя вниз, на площадь, где люди расходились мелкими кучками, переговариваясь вполголоса.

— Афина… Лена… Ты сможешь на это смотреть? — спросил Мишель.

Я промолчал. А что тут говорить? Дочери Сэма подходили под условия Горха идеально. Молодые, знатной крови, нетронутые. Ровно тот товар, который обезьяна потребовала тысячами от каждого правителя.

— До них не дойдёт, — сказал я. — Если Олег потребует привести их на остров Измаль… — я замолчал и посмотрел на Мишеля. Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга, потом он хищно усмехнулся.

— Значит, род Ирвент будет оплакивать короля Олега, — сказал он.

— Думаю, что так и есть. — Я сделал паузу. — Ибо зачем мне сила, если ей не пользоваться.

Мы пошли к лестнице, и Мишель спросил меня.

— Как думаешь, мы победим?

— Тебе соврать? — спросил я.

Мишель покачал головой.

— Да-а, глупый был вопрос.

— Брат, мы обязательно что-нибудь придумаем, — сказал я.

— А что тут можно придумать? Мы ведь даже не знаем сколько кораблей висит над нашей планетой.

— «Сис, — обратился я, — скажи, мои щиты выдержат выход в открытый космос?»

— «Да», — коротко ответила она.

— Всё в порядке? — спросил меня Мишель.

— Да, — ответил я, добавил. — Думаю, я ненадолго отлучусь. — И показал наверх. — Слетаю разведать что да как.

— Уверен? — спросил меня Миша.

— Да. Думаю, давно следовало это сделать.

Он кивнул, после чего я прошёл в сад, остановился у старой яблони и стал накладывать чары.

Сначала активировал конструкты иллюзорных чар. Потом чары скрыта, поверх рассеиватель ауры, гаситель тепла и другие. В конце отрастил крылья и установил кровавыйбарьер.

После чего взлетел.

— Ускорение — ускорение — ускорение, — и моя скорость стала очень высокой.

Когда воздуха стало заметно меньше, я остановился, и прислушался к телу.

— «Давай», — скомандовал я сам себе и активировал новую серию чар.

Кокон вокруг тела. Подпитка кислородом, полученная благодаря воздушным чарам, затем тепловой контур… защита от перепада давления.

Потребление маны подскочило. Я следил за ним краем сознания, как за стрелкой, и с облегчением понял, что не критично.

А потом я поднял взгляд…

Грея осталась внизу, подсвеченная с одного края. Была бы ситуация иной я обязательно полюбовался бы этим зрелищем.

Также я увидел в лучах Саи то, ради чего лез сюда.

Эскадру.

Сотни кораблей виднелись на орбите Греи.

От мелких, размером с дом, до туш, которые я и сравнить-то ни с чем не мог.

Один огромный корабль стоял отдельно. И он был размером почти со спутник Греи.

И что-то мне подсказывало, что принц Горх сидит именно там.

Самый большой, самый защищённый, в глубине строя. Всего на миг я подумал, а не наведаться ли к Горху в гости? Но быстро выкинул эту мысль из головы. Фриранцев на орбите было несколько миллионов. И если я сунусь на флагманский корабль, уже вряд ли оттуда выберусь.

Вдруг из ближайшего корабля высыпали истребители.

Я сразу заметил их. Была надежда, что они вылетели на плановый облёт, но вместо этого быстро пошли в мою сторону, разворачиваясь веером.

— «Меня засекли», — догадался я. Вся моя многослойная маскировка, оказалась бесполезной.

Я не стал тратить время, развернулся и пошёл вниз, к Грее, прикидывая на ходу, сколько у меня маны на драку в безвоздушном пространстве и насколько это паршивая затея.

Истребители нагнали меня легко. Поравнялись по бокам, взяли в коробочку.

Я напрягся, готовясь бить кровавыми иглами, и тут место пилота у ближайшего истребителя стало прозрачным.

За стеклом, или что там у них вместо стекла, показалась голова.

Обезьянья морда. Он смотрел прямо на меня сквозь броню своей машины, и я смотрел на него. Несколько секунд мы просто пялились друг на друга через пустоту.

Потом он покачал головой.

Медленно, отрицательно, из стороны в сторону. И поднял руку, ткнул пальцем вверх.

Я не сразу сообразил, а когда сообразил, буквально чертыхнулся. Мне грозили пальцем. Мол, подсматривать нехорошо, малыш, иди домой.

В этот момент морда за стеклом сделала ещё один короткий жест в сторону планеты… и все истребители, кроме одного, развернулись и полетели обратно в космос.

Оставшийся истребитель пристроился мне в хвост и держался ровно, не стреляя, не прижимая, просто следуя. Я понял, что меня провожают.

Лететь в Виндар с