этим хвостом я не собирался. Не хватало ещё, чтобы город снова сходил с ума при виде железной птицы над крышами. Поэтому, пройдя облака и нащупав знакомый зелёный массив к западу от стен, я пошёл на снижение и приземлился на широкой поляне посреди леса.

Истребитель сделал то же самое.

Машина почти без звука опустилась метрах в тридцати, заглушила двигатели. Я убрал крылья, сбросил большую часть чар, оставил только щит наготове и стал ждать.

Люк откинулся.

Из него выбрался пилот в сером скафандре. Шлем он снимать не стал. Спрыгнул на землю, выпрямился, и я обратил внимание, что мы почти одного роста. Тем временем он поднял обе руки, развернув ко мне открытые ладони. Показывая тем самым, что без оружия.

Я медленно поднял свои в ответ.

— О чём ты хотел поговорить? — спросил я.

Судя по сузившимся глазам, обезьяна меня не поняла.

Пилот склонил голову набок, потом поднял руку на запястье. Там у него крепилась плоская штука вроде наплечной панели, только на предплечье, и показал мне один палец.

— Подождать что ли просишь? — произнёс я. — Ну, давай подождём.

Я стоял посреди поляны напротив инопланетянина в скафандре и думал о том, что моя жизнь окончательно сошла с рельсов. Ещё несколько лет назад я был обычным человеком в обычном мире. Теперь вот веду переговоры с обезьяной из космоса в лесу под Виндаром.

Пилот потыкал в кнопки на панели. Та пропищала и мигнула голубым.

— … слышишь меня? Проверка. Слышишь?

Я невольно дёрнул бровью.

— Слышу, — сказал я.

Обезьяна за стеклом шлема кивнула.

— Хорошо, — сказал он. — Я хотел поговорить, князь Арес.

Разумеется, меня удивило то, что он знает кто я такой. Было глупо думать, что они знают имена всех жителей Греи.

— Внимательно слушаю, — отозвался я.

Пилот шагнул чуть ближе. Я напрягся, но он остановился, заметив это, и снова показал ладони.

— Наши сенсоры показали, что ты самый сильный человек на этой планете, — заговорил он. — А наша разведка следила за миром всё это время.

— Ну ещё бы… — сухо сказал я.

Обезьяна никак не отреагировала на сарказм, продолжила.

— Наша разведка сделала вывод. Ты прекрасно подходишь на роль того, кто сможет возглавить правление Греи.

— «Им был нужен наместник», — понял я.

— Возглавить, значит, — медленно проговорил я.

— Под властью Империи, — уточнил фриранец. — Ты получишь защиту, положение и власть.

— А что взамен? — тут же спросил я.

Некоторое время фриранец молчал, как вдруг забрало шлема открылось, и я смог рассмотреть лицо обезьяны.

Глава 10

Морда обезьяны была почти неотличима от той, что я видел над городом. Лоб высокий, кожа тёмно-серая, в мелких складках у глаз. И глаза умные, в которых читалось превосходство.

Он смотрел на меня без страха… как смотрит человек на товар, который ему предстоит оценить.

— Взамен покорность, — сказал он. — Никаких мятежей, попыток навредить и беспрекословное исполнение воли императора.

Я немного помолчал, обдумывая его слова.

— А нет такого варианта, при котором ваши корабли сваливают от нас и оставляют нас жить свободными?

Обезьяна посмотрела на меня.

— Ты сам понимаешь, что это невозможно, — ответил он. — Ваша планета, согласно нашим сведениям, последние несколько лет вела войны одну за другой. — Он сделал паузу. — Ресурсы, земля… разумные. Вы сражались за это… за этим же и мы пришли к вам.

Вот тут я внутренне напрягся, хотя лицо постарался держать беспристрастным.

— Ты слишком хорошо осведомлён, — сказал я. — Неужели промышляете похищением людей ради информации?

— Нет, — спокойно ответил фриранец. — Мы никого не похищали с Греи. Однако скрывать не стану, ведь рано или поздно это вскроется. У нас есть пленные химеры, что могут обращаться… как вы их тут называете, в драконов.

— «Зараза», — мысленно выругался я.

Теперь всё стало на свои места.

— Теперь понятно, — покачал я головой, — как вы узнали о местоположении Греи.

— Да. Это было непросто. — Он чуть склонил голову набок, и в этом движении мне почудилось что-то почти человеческое. Я ждал продолжения, но его не последовало.

Мы немного помолчали.

— И что нас ждёт? — спросил я. — Можешь сказать?

Фриранец усмехнулся. Точнее, оскалился… верхняя губа поползла вверх, обнажая клыки. Я уже понял, что у них это вместо улыбки, но всё равно зрелище было не из приятных.

— С твоей силой, уверен, ты можешь ощутить ложь, — сказал он. — Поэтому я скажу немного. Чем лучше ты будешь исполнять свои обязанности, тем лучше будет отношение к тебе. И, быть может, ты сможешь когда-нибудь выбраться отсюда и переселиться в центральные миры.

— И зачем мне этого хотеть? — спросил я.

Он наклонил голову, будто не сразу понял вопрос.

— Как я уже говорил, ты силён. А сильная искра как у тебя, наделяет не только способностью оперировать энергией, но и увеличивает силу, выносливость, интеллект. — Он сделал короткую паузу. — Я уверен, что ты прекрасно осознаёшь, что ваша планета нам интересна только её жителями.

Я нахмурился, а фриранец, словно не замечая этого, продолжал говорить.

— Наша империя ведёт много войн, и одарённые смогут занять места в нашей армии.

— «В качестве мяса», — подумал я.

И ведь не надо было быть провидцем, чтобы это понять. Я слишком хорошо помнил, как оно бывает. У меня в прошлой жизни просвещённые европейцы веками гоняли колониальные войска по своим войнам. Британцы тащили на фронт людей из Восточной Африки, из Кении, отовсюду, куда дотягивались. Сначала вроде как добровольцы, за паёк и обещания. Потом квоты, потом местным вождям спускали разнарядку, и те уже набирали народ не по доброй воле. Под нож шли неугодные, бывшие рабы, те, за кого некому было заступиться. И что-то мне подсказывало, что у фриранцев всё будет точно так же. Жители Греи для них, по сути, расходник.

Вот только теперь в роли вождя, которому спустят разнарядку, предлагали побыть мне.

— Заманчиво, — скривившись сказал я.

Обезьяна не уловила сарказма. Или уловила, но решила не реагировать.

— А что с девушками? — спросил я.

Это меня волновало больше всего остального, чего уж скрывать. Афина, Лена. Тысячи дев, которых Горх потребовал от