только мотаю головой. Пусть Артем видит, что я сильная и независимая женщина, хоть мне и пришлось обратиться к нему за помощью.

Я уже готова молиться всем Богам, когда мы наконец добираемся до конюшен. И как только мы с Леей умудрились так далеко забраться?

Артем отправляет их в стойло, хрипло ругая Лею, которая в ответ только смотрит с вызовом и фыркает.

— Ты купил ее… В подарок?

Не удерживаюсь от этого вопроса.

— Кажется, ее норов совпал с твоим. Таких нельзя дарить. Они сами выбирают себе хозяина. Или… Скорее, друга.

— Да. Мне приятно, что ты оставляешь им свободу. Ай!

Мимо быстро проносится какая-то тень.

Я шарахаюсь в сторону и почти таки падаю. Артем меня подхватывает, но слишком поздно. Кажется, я успела таки подвернуть ногу.

— Испугалась?

Артем наклоняется надо мной совсем низко.

Его глаза сверкают, а в глазах настоящее беспокойство.

— Это новая охрана. Осматривают территорию. Ищут слабые места и устанавливают камеры.

Он прижимает меня к себе.

Грудь у обоих вздымается просто ходуном.

Артем обхватывает пальцами мой подбородок, наклоняясь к моим губам…

— Эй. Мы не на публике. И не перед журналистами, — успеваю едва выдохнуть, но его губы уже накрывают мои.

Неторопливо и одновременно жадно. Медленно, тягуче, заставляя всю кожу вспыхивать ударами тока. Сочно. Страстно. Так, что из меня вышибает дух.

— Ты права, — хрипло выдыхает Артем, отстраняясь. — Пока здесь никого нет из чужих. Но скоро будут. Нам же нужно потренироваться!

— Ах, ты…

Мне хочется его ударить. Вот правда.

Но Артем ловко перехватывает мою руку.

— Пошли.

Насмешливо произносит, и…

Одним рывком подхватывает меня, перебрасывая через плечо!

— Артем!

Я пытаюсь ударить его ладонью, но он предупреждающе рычит с крепко сжимает мое бедро.

Мы подходим к освещенному дому.

Замечаю, как переглядываются охранники и прячут усмешки, опуская головы.

Зато домоуправительница ахает и провожает нас с удивленным видом, пока Артем заносит меня на второй этаж.

— Дай посмотрю.

Он опускает меня на постель, зажигая в комнате свет.

Хмурит брови, наклоняясь над моей ногой.

— Такими темпами все не просто поверят, что мы с тобой по-настоящему пара. А еще и начнут говорить о наследниках, — я усмехаюсь, забывая о том, какой многолетний лед стоит между нами.

Сейчас так легко…

А воздух просто искрит.

Особенно когда Артем берет мою ногу.

Пробегает пальцами до самого низа легко сбросив с нее обувь.

— Нам этого и нужно, разве нет?

— Ай!

Я вскрикиваю, когда Артем чуть сильнее нажимает.

— А так? Больно?

Он сосредоточенно рассматривает и ощупывает мою ногу. Как будто всю жизнь только этим и занимался.

Мурашки взрываются по всей коже, когда Артем проводит по моей ноге рукой. Своими сильными, но сейчас такими нежными пальцами…

— Ох… Да! Здесь тоже.

— Ничего страшного. Просто растяжение. Я видел много травм, могу понять сразу. Нас ведь учили не только драться, но в первую очередь определять свое состояние и уметь помочь самим себе. Тут обойдется мазью и повязкой. Но если хочешь, я позову врача.

Наверное, позвать кого-то со стороны было бы логичнее.

Отдаваться во власть рук Артема сейчас для меня просто пытка! Нереальное испытание!

Я вся горю, а по телу рассыпается мелкая дрожь…

Но и ведь не беспокоить же врача по такой ерунде!

— Не нужно. Я тебе доверяю, — выдаю раньше, чем успеваю понять, что сказала.

Артем на миг замирает.

Медленно поднимает голову и прожигает меня черным взглядом.

— Хорошо, — кивает наконец. — Я сейчас. Только схожу за аптечкой.

— Артем!

Я вскрикиваю, когда он поднимается и я могу разглядеть его получше.

Его тело возвышается надо мной. По сути, я упираюсь глазами в его живот.

— Что там?

Резко тяну просвечивающую ткань рубашки.

— О. Боже. Мой.

— Ерунда!

Артем резко отстраняется, поправляя одежду.

— Ничего особенного. Не обращай внимания.

Он разворачивается, чтобы уйти, но я не отступаю.

Морщусь, когда приходится встать на ногу от боли.

Но уверена, ему еще больнее.

Потому что то, что я успела рассмотреть… Просто ужасно!

— Артем. Постой. Покажи мне.

Рывком расстегиваю его рубашку.

Вернее, просто дергаю ее края в стороны.

— Боже. Это Булатов?

Живот. Грудь. Все в ужасных ссадинах и кровоподтеках.

— Это нужно обработать! Артем! Что он тебе сделал?

— Сказал же. Ерунда.

Артем дергается от моих рук, как от ядовитой змеи.

— Мелочи.

Крепко сжимает челюсти бросая на меня полыхающий взгляд.

— Объясни мне пожалуйста. Что случилось. Я должна знать. Ведь это касается и меня!

— Ложись в постель, Оксана.

Артем выдыхает сквозь сжатые зубы.

— У нас скоро свадьба. Ты собираешься на ней хромать?

— Нет, — дергаю головой.

Боже. А он еще и нес меня на руках в таком состоянии!

— Но я должна знать! Понимаешь? Это же не мелочь.

— Хорошо.

Артем шумно выдыхает, усаживаясь на край кровати. Заставляя меня устроиться рядом и вытянуть ногу.

— Наверное, ты правда должна понимать степень опасности. Чтобы больше такого не повторилось и мне не пришлось тебя искать. Булатов попытался совершить на меня покушение. Ничего особенного. В мою машину просто врезалась машина его людей. Не он лично. Такие прячутся по своим норам и выползают только чтобы нанести решающий удар. И когда уверены в собственной безопасности. Его человека, который был за рулем, мы допросили. Сейчас он у моего отца. Но где Булатов, мы до сих пор не знаем. Мне кажется, он и сам толком не в курсе, где его босс.

— А дом моего отца? Неужели Булатов с ним расстался?

— Там полно его людей, но самого Булатова там нет. Уверен, он в столице. И может быть даже ближе, чем мы думаем. Ты должна быть предельно осторожна, Оксана. Он может появиться где угодно. Прикинуться курьером. Или прохожим, спрашивающим дорогу. Или водителем такси. Поэтому. Без моего ведома, а лучше без меня лично вообще ни шагу. Никуда.

— Хорошо, Артем. Я поняла. Еще раз прости, что втянула тебя во все это.

— Эй.

Артем с силой сжимает мою руку.

Наклоняется к моему лицу, и я шумно сглатываю, чувствуя, как бешено, просто сумасшедше колотится сердце.

— Ты ни во что меня не втянула, Оксана. Даже без твоего звонка, если бы я узнал о таком, не остался бы в стороне. Обязательно бы вмешался.

— Спасибо.

Резко отворачиваюсь, обхватывая себя руками.

Он снова кажется мне совершенно идеальным. Как когда-то, когда я в него так безумно влюбилась. Больше жизни.

Сильным. Смелым. Уверенным и справедливым.

Как же он мог так поступить тогда со мной? Или все это просто обманчивая личина?

Артем уходит в ванную и возвращается с аптечкой.

— Должно помочь. Если через