щелчком. — Ты не заметил, сколько групп ушло за Западный перевал вчера вечером? Три отряда старших. Полное боевое построение, с ядами и разрушающими талисманами. А нам отдают их мелкие патрули на границах.

Верзила тяжело привалился животом к краю каменного парапета, оглядывая расстилающийся внизу муравейник. Второй ярус бурлил. Мимо складов маршировали вооруженные отряды, а чумазые служки бегом таскали на горбах неподъемные ящики. Обитель готовилась к затяжной битве.

— Я заметил, — тихо сказал Горн. Его пальцы сжались в кулаки, проминая кожаные ремни на цестах. — Это война, Брат Дэ. Полноценная. Старейшина Син Юань жаждет крови за своего племянника. Говорят, наши вчера ночью вырезали целую плантацию Тихих Вод. Никого не пощадили.

Он обернулся к товарищу. В выцветших от усталости глазах здоровяка нашлась глубокая желчь.

— Совсем недавно мы ели с ними из одного котла перед границей Запретной Зоны, — голос Горна просел. — А теперь наставники натаскивают нас так усердно только для одного. Еще месяц-другой, когда старшие выдохнутся, они отправят в бой нас. И нам придется проламывать им грудные клетки нашими же руками.

Дэ Шен уперся локтем в камень по соседству, гипнотизируя далекие горные хребты, где укрывались владения бывших партнеров. Серый шелк ученической формы резко захлопал на пронизывающем сквозняке.

— Выживает сильный, Горн, — сухо, без тени эмоций ответил мечник. Хотя рука, сжавшая деревянную бирку миссии, предательски побелела в костяшках. — Слабого поглотят чужие амбиции. Как говорил Лу Мин… если тебе придется ударить — не сомневайся. Иначе они не будут сомневаться, убивая нас. Таков наш путь.

Здоровяк ничего не ответил, молча слизав кровь с разбитой губы. Двое практиков синхронно развернулись и побрели в сторону пыльных полигонов, прекрасно осознавая, что впереди их ждут исключительно переломанные кости, звериная ярость старших и очень высокая вероятность получить клинок под ребро от парня в бирюзовом поясе. Время пустых разговоров безвозвратно кончилось.

Глава 10

Аромат горького апельсина

Спускаясь по выщербленным каменным ступеням к своему арендованному клоповнику, Мин по привычке сохранял сгорбленную осанку болезненного книжника Хао. Однако его сознание давно покинуло пределы физической оболочки. Духовное чутьё, питаемое безостановочно вращающейся энергией, раскинуло невидимую сеть на десяток шагов впереди, прощупывая каждый выступ и каждую щель в сырой кладке.

Мин остановился в двух шагах от тяжелой дубовой двери своей каморки.

Пожалуй, зрение обычного смертного или даже практика начальных уровней не заметило бы ничего странного. Но в глазах Мина, смотревшего на мир через призму Духовного чутья, пространство вокруг дверного косяка буквально кричало об опасности. Тончайшие, едва мерцающие нити чужой ци пересекали дверной проем, сплетаясь в сложную иллюзорно-удерживающую вязь. Нити крепились к замку и уходили куда-то под потолок, образуя ловушку-кокон. Ступи он внутрь без подготовки, и сеть мгновенно бы спеленала его, блокируя выброс энергии и лишая возможности двигаться.

«Похвальная аккуратность, — мысленно оценил юноша, изучая корневые узлы чужой техники. — Тонкая работа. Но исполнение хромает. Кто-то слишком полагается на заученные шаблоны, не понимая самой сути перетекания энергии».

После ночных пыток под руководством Владыки Звёздного Предела, когда Гу Лань вколачивал в него истинное понимание архитектуры символов, эта ловушка казалась Мину детской загадкой.

Вместо того чтобы разрушать контур грубой силой и поднимать шум, Мин поступил изящнее. Его правая рука плавно поднялась. Указательный палец, на кончике которого сжалась крохотная игла ци, коснулся центрального узла формации. Одно легкое движение — и юноша перехватил контроль над чужим плетением, замкнув управляющую нить на собственную ауру. Ловушка не рассеялась, она просто сменила хозяина.

Мин беззвучно толкнул дверь и шагнул в непроглядный мрак комнаты.

Едва его сапог коснулся досок, сверху метнулась тень. Нападающий атаковал из слепой зоны, целясь в шею двумя парализующими ударами пальцев.

Мин даже не попытался увернуться. Он лишь щелкнул пальцами.

Скрытая сеть ци мгновенно ожила, но сработала ровно наоборот, она обрушилась на своего же создателя. Светящиеся путы стянули нападавшую тень еще в полете. Раздался сдавленный девичий «ах», фигура потеряла равновесие, и Мин, совершив мягкий скользящий шаг, перехватил её за талию и запястья. Одно текучее, неотвратимое движение, перенаправляющее инерцию падения, и незваная гостья оказалась намертво впечатана спиной в холодную стену подвала.

Глухой удар прервало тяжелое дыхание.

В тусклом свете пробивающегося из коридора бледного сияния Мин наконец рассмотрел лицо своей пленницы. Фиолетовая туника, угольно-черные волосы, теперь слегка растрепавшиеся, и распахнутые от абсолютного шока карие глаза. Воровка Сонг. Девушка с Нижнего рынка, решившая вернуть свой потерянный жетон.

Их лица находились возмутительно близко. В затхлом, пропахшем плесенью подвале внезапно повис тонкий, изысканный аромат цедры горького апельсина. Мин стоял вплотную, его тело, разгоряченное работой двадцати одного меридиана, излучало ощутимый мужской жар, который резко контрастировал с ледяным камнем у её спины. Левой рукой он намертво прижал оба её тонких запястья к стене над её головой, а правая властно упиралась в кладку возле её изящной шеи, отрезая любые пути к отступлению.

Хилая осанка книжника Хао исчезла без следа. Сейчас над Сонг возвышался хищник.

Мин почувствовал, как участился пульс под тонкой кожей её запястий. Грудь девушки прерывисто вздымалась, едва не касаясь его груди. Зрачки Сонг расширились, поглощая радужку, а на бледных, алебастровых щеках стремительно расцвел густой, выдающий её смятение румянец.

— Предки свидетельствуют… — блаженно, с придыханием протянул Гу Лань в сознании юноши. — Наконец-то! Истинное Дао Инь и Ян! Не вздумай её отпускать, паршивец! Я требую созерцать эту гармонию природы! Посмотри на эту талию! А бедра? Бедра ты видел⁈

«Заткнись, старый извращенец, иначе завтра я буду варить чернила из конского навоза, как и обещал», — ледяным тоном мысленно отрезал Мин, намертво блокируя старческий энтузиазм внутри Чернильницы.

В реальности же губы юноши растянулись в медленной, по-настоящему дьявольской усмешке.

— Знаешь, — бархатисто и тихо произнес Мин, склонившись так близко, что его дыхание скользнуло по её порозовевшей щеке, — когда на Нижнем рынке говорят о «неуловимых тенях», я представлял себе нечто более… изощренное. Но вломиться в чужой подвал и попасться в собственную ловушку? Это определенно новый уровень мастерства. Вы в своей секте так выпускные экзамены сдаете?

Сонг вздрогнула. Дразнящий тон и непозволительная близость этого странного человека выбивали почву из-под ног сильнее, чем сам факт поражения. Она попыталась дернуться, но хватка Мина на её запястьях была подобна стальным кандалам. Её ци билась внутри меридианов, но подавляющая аура юноши, как каменная плита, глушила любые попытки применить технику.

Девушка гордо вскинула подбородок, отказываясь отводить взгляд. В её карих глазах закипала бессильная злоба пополам с горькой обидой,