потребовалось. Подручные взвились с колен с расторопностью зайцев, вцепились в скулящего Лэй Ба и резво поволокли грузную тушу вдоль торгового ряда, слушая его заплетающийся бред о том, как он всех убьет за выболтанные секреты.

С позорным уходом верзилы базарная площадь погрузилась в тотальный вакуум. Местные обитатели, сбившиеся в плотный круг, глазели на тщедушного мастера, который педантично выравнивал сбившуюся стопку талисманов, прекрасно понимая, что перед ними очутился хищник колоссального калибра.

Идиллию разрушил пронзительный визг.

Расшвыривая растерянную публику, на перевернутую бочку взгромоздился взлохмаченный даос, а благообразный ученый застолбил место по соседству.

— ВЗГЛЯНИТЕ ЖЕ, СМЕРТНЫЕ! — завопил Честный Чжао, вскинув худые руки к дощатым сводам яруса. — Разве я не говорил вам⁈ Разве я не кричал на всех углах⁈ Истинный Дракон скрывается на дне этого рынка! Ученый Хао — мастер, чья духовная чистота способна очищать скверну одним прикосновением! Вы видели, как он праведно наказал того, кто уже третий год берет с вас тройной налог⁈ Вы видели этот поток Добродетели⁈ Его талисманы не просто сушат бельё, они ОТВОДЯТ БЕДУ!

Его соратник Искренний Ли важно щелкнул веером и ткнул концом прямиком в расстеленную рогожу.

— Сегодня цены на эти священные артефакты должны взлететь до небес! Ибо их коснулась рука Мастера, постигшего суть Кармы! Кто не купит талисман Мастера Хао сегодня — тот добровольно пускает проклятия в свой дом! Подходите, не толпитесь! Четыре серебряных монеты за лист!

Недавний ступор зевак треснул по швам. Люди, только что дрожавшие от мысли о пролитой крови, смекнули выгоду владения вещью из-под пера такого чудовища, и базарный инстинкт смел любые остатки рациональности.

— Четыре серебряных⁈ Я даю пять! Пять!

— Продайте мне два! Заверните пожалуйста! У меня лавка проклята, только Мастер Хао поможет!

Чжао срывал связки, ловко разогревая спрос и выступая стихийным аукционистом, а тем временем Ли мягко соскользнул с возвышения и обогнул покупателей, чтобы оказаться у самого края прилавка Мина. Спекулянт из Секты Девяти Добродетелей буквально светился от профессионального восхищения тем, как филигранно приезжий мастер провернул дело.

— Ох и шикарная работа, брат, — Ли подмигнул и доверительно склонился к столешнице. — Чистая, бескомпромиссная классика. Знаешь… тут за углом есть одна отменная харчевня. Лучшая утка в сливовом соусе на всём нижнем ярусе. И сдается мне, нам есть о чем поговорить. Я угощаю.

Из-под полей съехавшей шляпы Мин равнодушно обвел взглядом вопящую толпу, яростно сыплющую серебром на ткань, после чего остановил взор на физиономии переговорщика, позволяя фальшивой болезни окончательно выветриться из своей осанки.

— Сливовый соус? — хмыкнул начертатель. — Звучит неплохо. Я как раз проголодался.

Глава 9

Утка в сливовом соусе

Харчевня «Благополучный Феникс» торчала среди покосившихся лачуг Нижнего рынка ярким бельмом. За плотными шелковыми ширмами с журавлями гости отдыхали на резных стульях из красного дерева, совершенно не рискуя пропахнуть кислятиной рыбных потрохов и потом портовой рвани, которая обычно набивалась в забегаловки ярусом ниже. Благодать.

Для Лу Мина под блеклой личиной чахоточного книжника Хао этот ужин превратился в скоростное уничтожение припасов. Жестокий прорыв сразу пяти меридианов перекроил его изнутри, отчего тело требовало восстановления скудных ресурсов и жрало энергию с прожорливостью степной саранчи. Обычный смертный после подобных издевательств над собственной анатомией лежал бы пластом под капельницами из лечебных отваров. Но двадцать один активный канал работал алхимической топкой. Мясо, тесто и жир мгновенно превращались в жизненные силы.

На столе давно выросла шаткая башня из пустых бамбуковых тарелок. Мин не останавливался. Его деревянные палочки выщелкивали куски еды с тарелок так проворно и безошибочно, словно он отрабатывал сложный фехтовальный комплекс на живом противнике.

— Воистину, пути Дао неисповедимы… — сипло выдавил Искренний Ли. Парень нервно сглотнул, наблюдая за отрыванием очередной утиной лапы.

Местный повар знал свое дело. Хрустящая шкурка блестела под лампами, густой сливовый соус медленно полз по разрезам, и Мин вгрызался в это великолепие без малейшей пощады к сухожилиям. Горячий жир скользнул по подбородку. Юноша слизнул каплю и залпом опрокинул в себя целую пиалу обжигающего жасминового чая, чтобы протолкнуть прожеванный кусок дальше в желудок.

Следом настала очередь карамелизованного батата. Юноша развел палочки, подцепив пару золотистых кубиков прямо из раскаленного масла, отчего в воздухе повисла липкая паутина из жженого сахара. Кристаллы патоки таяли на деснах густым жаром.

Они сидели за этим столом едва ли дольше времени сгорания половины ароматической палочки, а Мин усердно доскребал уже шестое блюдо. Половые в сбитых фартуках носились от кухни к окну, физически не поспевая за темпами опустошения тарелок.

Честный Чжао и Искренний Ли замерли напротив. Вся былая наглость базарных пройдох испарилась из их осанок, оставив лишь натянутую настороженность людей, которых заперли в одной клетке с голодным медведем. Когда на твоих глазах щуплый студент голыми руками крошит ребра вышибалам шестого уровня, а затем жрет за десятерых здоровых мужиков, невольно начинаешь пересчитывать собственные грехи.

Мин отправил в рот очередную паровую булочку Сяолунбао, проглотив вытекший пряный бульон, и наконец посмотрел на собеседников. Сутулый книжник Хао внешне выглядел безобидной кляксой. Вот только острота его скрытого взгляда рвала эту дешевую иллюзию в клочья.

— Похлебка здесь отличная, — выдавил Мин с наигранной слабостью в горле, перехватывая кусок свинины. — Но вы потащили меня в зал не ради медитаций над чужим аппетитом. У меня время жестко конвертируется в чернила, а чернила приносят звонкую монету. Выкладывайте суть.

Честный Чжао аккуратно свернул веер. Его аура уплотнилась, полностью меняя атмосферу за столом.

— Брат Хао, — Чжао наклонился через столешницу, почти переходя на шепот. — Наша секта Девяти Добродетелей ставит искусство качественного развода повыше кулаков. Твой контроль голоса и физиологии потрясает, скрываешь осанку ты просто изумительно для своих лет. Любой был бы обманут.

Искренний Ли мрачно перебил напарника:

— И все же у тебя дыра в защите, Старший Брат. Виной всему Пилюля Тысячи Лиц.

Кусочек маринованного редиса застыл на полпути к открытому рту.

— Базарная шелуха для трусливых мужей и загулявших наследников, — сокрушенно вздохнул юноша. — Кости она перестраивает, это факт, и цвет кожи меняет исправно. Вот только Ци твоя торчит наружу как уши кролика! Для рядового уличного практика ты книжник. Но сунься на рамку городской формации или попадись на глаза старику с Ядром — вычислят, и моргнуть не успеешь.

«Выходит, патриарх Син Юань учует меня по первому выбросу», — спокойно резюмировал юноша, отправляя редис в рот.

Сидящий внутри флакона Владыка Звездного Предела угрюмо помалкивал. Древний дух наверняка бы влез с издевкой, а его молчание лучше всего