С Румией, — повторил Иван. — Алеевой. То есть она Осокина теперь.

Я тупо молчала, пытаясь переварить адское совпадение, и он принял это за поощрение к продолжению.

— Мы зимой случайно встретились. У нас в новостях сюжет был о блогерах, ее тоже снимали. Ну и…

— Ты — и Румия, — повторила я едва ли не по слогам и прикрыла лицо рукой.

— А что тебя так удивляет? — обиженно спросил Иван. — Для разнообразия я хочу пожить с женщиной, которая меня любит.

«Что, до сих пор?» — хотела спросить я, но вместо этого сказала совсем другое. То, чего говорить точно не собиралась.

— А тебе не приходило в голову, Ваня, что я тоже могла бы полюбить тебя, если бы ты не давил так, с самого начала? Ты меня выдушнил всю. Выморозил все чувства, которые у меня к тебе были. Ничего не осталось. Полный ноль.

Он смотрел на меня с недоумением. Как будто не понимал, о чем это я.

— То есть, получается, во всем виноват я? — спросил сухо.

Бесполезно! Я и раньше пыталась до него достучаться. Как лбом об стену.

— А они что, с Тимом в разводе? — спросила вместо этого, прекрасно зная, что это не так.

— Пока нет. Договорились подождать, пока сын окончит школу. Но живут давно как соседи. Разведутся, тогда и поженимся.

— Ну и флаг в руки. — Я пожала плечами и добавила про себя: и паровоз навстречу.

Уже одного того, что Румия подобрала Ваньку, было бы достаточно. Нет, я не была собакой на сене и, наверно, даже обрадовалась бы, женись он снова. Но Румия? Точно в таком же шоке я была, узнав когда-то, что она вышла замуж за Тима. Все тот же триггер, только в профиль. Как будто снова макнули мордой в ту же лужу.

Да, одного этого было бы достаточно, но угораздило же Даньку познакомиться с их сыном! И теперь все запуталось в такой клубок, что попробуй размотай! Интересно, а Тим в курсе?

Я попыталась вспомнить наш разговор в кафе, то, что он говорил о Румие.

Да, собственно, почти ничего. Так, вскользь — что она видела меня в полиции. Что ей не понравится, если узнает, что наши дети встречаются. А, да, еще что поженились по залету. Больше ничего.

Может, знает. А может, и нет.

Спросить? Или лучше не стоит?

Глава 25

Глава 25

Дарина

Выходим из кафе, и Ринат снова берет меня за руку. Мне так это нравится. Все новое и такое… просто необыкновенное.

— Куда пойдем?

Мы просидели в «Буше» почти два часа, но все равно времени еще много. Хотя я понимаю, что оно пролетит мгновенно. Лучше не дразнить гусей, вернуться до десяти.

— Не знаю. Давай просто погуляем. Люблю центр. Так хотела бы здесь жить. Вышла из дома — и все рядом. И вообще… это Питер. А мы как будто в области. Завидую тебе. По-хорошему.

— Я тоже не представляю уже, как жить в спальнике, — соглашается Ринат. — Хотя мы на Моховую переехали, когда мне было пять. Хорошо помню дом, садик. На «Елизаровской». Дом похож на твой.

— Боже, я в том районе вообще никогда не была.

— Я с тех пор тоже ни разу. Мои ведь жили раньше рядом с тобой. Когда в школе учились. Отец с бабушкой потом переехали. Бабушка умерла, мы жили в ее квартире. А потом умер прадед, мамин дедушка. У него было две комнаты в коммуналке на Моховой. Мои квартиру на «Елизаровской» продали, выкупили третью комнату. Получилась отдельная.

И как он рассказывает что-то, мне тоже нравится. Голос у него такой интересный. Низкий, уже почти мужской, но иногда вдруг срывается, и тогда Ринат смущается. Правда, делает вид, что нет, но я все равно замечаю.

— А если твои разведутся, что тогда? Придется эту квартиру разменивать?

— Не знаю, — вздыхает он. — Жаль будет, я ее люблю. Хоть и собираюсь отдельно жить, все равно.

И тут мне приходит в голову жуткая вещь. Не такая, конечно, как если бы мы вдруг оказались братом и сестрой, но тоже мрак.

— Слушай, Ринат, а что если они… ну, моя мать и твой отец…

— Ты хочешь сказать, что мои из-за твоей матери могут развестись? — Он останавливается и смотрит на меня, чуть прищурившись.

— Да нет, не думаю. — Я мотаю головой, как будто отгоняю эту мысль. Как осу. — Она ведь его только сейчас нашла.

— Ну это она так сказала.

— Нет. У нее точно никого нет. Стопудово. Она никуда не ходит. И вообще какая-то… зачуханная. Я не о том. Ну вот смотри, если твои родаки правда разведутся, что если твой отец с моей матерью замутят? Ну, по старой памяти?

— Не знаю, Дан.

Похоже, эта мысль ему не особо нравится и обсуждать эту тему он не хочет. Судорожно думаю, как перейти на какую-нибудь другую, но в этот момент к нам подходят две девчонки в спортивных костюмах, абсолютно одинаковые, явно близняшки.

— Привет, Ринатик, — говорит одна из них, и обе с любопытством таращатся на меня.

Не могу сказать, что это мне нравится.

— Привет, — улыбается он. — Вы куда?

— На Манежку, там движ будет. Моб танцевальный. Не хотите?

— Ну не знаю. Познакомьтесь, это Ира и Вита из моего класса. А это Дана, моя девушка.

Мне понравилось, как это прозвучало. Четко. И как будто с гордостью.

Девчонки переглядываются.

— Привет, — говорит мне Ира-или-Вита. — Ну так что, идете? Или у вас свои планы?

— А что за моб? — Мне любопытно: танцевальный — это наверняка интересно.

— Наша студия устраивает. Мы будем танцевать, а кто хочет — может присоединиться.

— Пойдем? — спрашиваю Рената. — Давай, а?

— Ок, — кивает он.

Девчонки идут впереди, тихонько переговариваясь, мы за ними.

— Всем раззвонят теперь, — тихо говорит Ринат и обнимает меня за плечи. — Ну и хорошо.

Я бы тоже не отказалась, чтобы мои одноклассники его увидели. Может, еще и увидят.

В сквере на Манежке полно народу, колонки надрываются чем-то забойным, так, что сразу хочется танцевать. Ира с Витой идут к группке парней и девчонок, которым что-то говорит женщина лет тридцати, очень красивая, стройная, с