нужно было думать о том, возможно, что она выберет не меня. Потому что тогда у нее просто не было выбора. А теперь? Теперь вокруг нее столько мужчин крутится, что к ней не прорваться. А ведь она даже не смотрит в мою сторону. Будто меня не существует. И это бесит и сводит с ума одновременно. И я не знаю, что с этим делать.

Та, блть, сколько раз бывало, что крутятся женщины вокруг меня. Сколько раз я с усмешкой наблюдал, как они чуть ли не из штанов выпрыгивают, стараясь понравиться мне. И теперь, когда есть девушка, с которой я по-настоящему хочу быть, она не обращает на меня внимания. И все, что приходит в голову, — это подойти к ней, закинуть ее на плечо, увезти к себе в квартиру и не выпускать из спальни.

— Алина, не уезжай без меня. Я тебя подвезу, — говорю ей, когда, наконец, получилось поймать момент, когда возле нее никого нет. Она кивает. И тут же ее снова приглашают на танец. А я даже не успеваю рот открыть. Я не привык к такой конкуренции! Нет, не так. Я совсем не привык к конкуренции. Да что же это такое?!

За своими мыслями я теряю ее из виду. Ищу, но не нахожу. А когда выхожу на улицу, замечаю, как она садится в такси и машина, мать ее, трогается с места. Да что же это такое?! Что не так с этой девчонкой? Запрыгиваю на водительское кресло своей машины и еду за машиной такси. Ну и получишь ты у меня, когда догоню!

Глава 24. Алина

От танцев и каблуков, к высоте которых я не привыкла, ноги начали болеть. Да так сильно, что я просто не могла этого больше терпеть. Я не привыкла к мужскому вниманию, особенно в таком количестве. Казалось, что каждый приглашенный на мероприятие мужчина считал делом чести потанцевать со мной. Вначале я робела, но страхи очень быстро притупились, уступив место удовлетворению от ощущения себя особенной. Да, сегодня я чувствовала себя красивой, и это было приятно. Я упивалась этим ощущением. И, хотя целью было позлить Володарского, я очень быстро забыла об этом, просто наслаждаясь атмосферой и повышенным ко мне интересом со стороны мужского пола.

К слову, я бы просто забыла о существовании Володарского, если бы он сам не напомнил о себе, предложив подвезти домой. Но, когда я вышла и поняла, что больше танцевать просто не могу, его поблизости не оказалось. Да и как это будет выглядеть? Вот подойду к нему и скажу "отвези меня домой"? Да, наверное, он скажет, что ему еще надо переговорить с теми и с этими — как это обычно бывает на подобных мероприятиях. Он всегда так делает, а я всегда жду его, словно тень, следуя за ним. Но сегодня я была не готова ожидать его. Стоя на каблуках, от которых уже начало ломить ноги, чувствовала себя не настолько сильной, чтобы быть его преданной ассистенткой, как это было раньше. Вышла из здания и запрыгнула в стоявшее поблизости такси.

По дороге я думала о том, как все же приятно чувствовать себя красивой женщиной. Да, я боялась снова попасть в ситуацию, когда мужчина предаст меня. Но одновременно и не боялась. Будто у меня выработался на такое иммунитет. Если раньше мне казалось, что повторения этой истории я просто не вынесу, то теперь, когда я приучила себя думать, что отношения с Володарским не навсегда и приняла это, мне было совсем не страшно. Обычно психологи советуют изменить свое отношение к проблеме. Наверное, вот это и произошло — я изменила свое отношение к проблеме, снизив важность фактора серьезных намерений со стороны мужчины. Раньше я наивно думала, что, если любовь, то навсегда. А теперь, в отношениях с Володарским, я поняла, что можно просто наслаждаться близостью, не думая о завтрашнем дне и не строя планов на будущее.

И ведь я по-настоящему наслаждалась этими отношениями. Он был великолепен в постели, каждый раз доводил меня до экстаза. Было ли мне жаль, что это временные отношения? Я не знаю. Просто старалась не думать об этом. Однако, привязаться к нему я себе не позволяла. И это совсем не значит, что мне все равно, когда я раз за разом наблюдаю, как на него вешаются женщины, считающие его своей собственностью. Меня эти женщины раздражали и вызывали чувство брезгливости.

Такси подъехало к дому, я попросила водителя остановить возле подъезда. Расплатившись с водителем, выхожу из машины. Иду к подъезду, но едва успеваю схватиться за дверную ручку, как сильные мужские руки подхватывают меня и закидывают на плечо. От неожиданности я не сразу начала сопротивляться. А когда хотела закричать, меня поставили на ноги, и я увидела разъяренное лицо Володарского прямо перед собой. Он открыл двери своей машины и затолкал меня на заднее сидение. Обошел машину и сел на заднем сидении рядом со мной.

— Олег Максимович, давайте завтра поговорим. Я очень устала, — говорю, дергая дверную ручку. Но мужчина, перегнувшись через меня, захлопывает двери, не давая мне выйти. И я почти физически ощущаю волны гнева, которые исходят от него.

— Почему ты не дождалась меня? Я ведь сказал, что отвезу тебя, — говорит он вроде бы спокойно, но я улавливаю, что ему очень трудно сдерживаться. — Я чуть с ума не сошел, когда ты уехала. Почему, Алина? Я настолько тебе противен?

— Я натерла ноги, — отвечаю тихо.

— Что? — его брови ползут вверх, и он почти выкрикивает свой вопрос.

— Я много танцевала, а эти чертовы босоножки натерли мне. Я не могла больше терпеть боль. А ждать вас, стоя в этих босоножках, не было сил. — Я понимаю, что объяснение на уровне маленькой девочки, у которой ножки бо-бо. Но сейчас я так сильно устала, что мне все равно, что он обо мне подумает.

Володарский уставился на меня, как на нечто неизвестное науке. Потом перевел взгляд на мои ноги. Наклонился и подхватил их за лодыжки, закинул себе на колени. Снял босоножки, и я облегченно выдохнула. Он смотрел на мои ноги, которые были растерты до крови, слегка поглаживая ранки большим пальцем. И, хотя у меня очень болели ноги, я не посмела остановить его или что-то сказать. Было в этом его действии что-то слишком нежное и интимное.

Мужчина протянул руку под переднее сидение и достал аптечку. Я молча наблюдала за ним, пока он доставал перекись водорода