Глава 22. Алина

— Оль, поможешь мне? — спрашиваю подругу за завтраком. Сегодня суббота и вечером состоится презентация новой книги, на которой я должна присутствовать в качестве тени Володарского. Вот только быть тенью я больше не хочу.

Подруга вопросительно смотрит на меня.

— Я должна быть самой красивой сегодня вечером, — говорю уверенно, чтобы не передумать.

Подруга хлопает длинными ресницами в недоумении. Потом расплывается в улыбке.

— Ну, наконец-то, — говорит она. — Доверься мне, я профи. Будешь первой красавицей.

Задумавшись, она добавляет:

— А ты уверена? Ведь после преображения пути назад не будет. — спрашивает она.

— Уверена, — отвечаю. Боже, надеюсь, я не пожалею об этом. И сама понимаю, что нельзя стать красавицей на один вечер. Мне нужно либо полностью сменить свой образ, либо оставаться как есть. Но решение принято и назад я не поверну.

Мы быстро завтракаем и отправляемся за покупками. Первый магазин, в который меня ведет Оля, это магазин женского белья. Я-то думала, что мы просто купим платье и все.

— Ну что ты как деревня, ей Богу! — говорит мне Оля. — Правильно подобранное нижнее белье — это же половина дела.

Она выбирает всего несколько комплектов, которые я примеряю. Я не знаю, каким чутьем она угадала мой размер, но все подошло с первой примерки. Хотя Оля раскритиковала один, но все остальные были очень красивые. Мне больше всех понравился белый комплект, который комфортно сидел, и на нем не было кружева. Но Оля настояла на покупке кружевного комплекта, в котором я чувствовала себя скорее раздетой, чем одетой.

А это черное чудо, которое она нашла все в том же магазине! Я бы никогда такое не взяла, если бы не она. Оно было полностью прозрачным. Я смотрела на себя в зеркало, и в этом комплекте просматривался не только цвет сосков, но и все остальное.

Довольно окинув меня взглядом, Оля отложила все понравившиеся комплекты и велела мне одеваться. Следующей остановкой был магазин одежды. Мы выбрали очень красивое голубое платье-футляр. Не очень открытое, но и не слишком скромное из-за длины до середины бедра оно удивительным образом подчеркивало синеву моих глаз, делая их более выразительными.

Мы также купили два деловых костюма, один с юбкой и второй с брюками, джинсы, несколько блуз, футболки и пару летних платьев.

В обувном отделе мы провели больше часа. Все, что приносила мне на примерку Оля, было слишком непривычно для меня. Я уже так отвыкла от высоких каблуков, что совсем не сразу решилась встать на шпильки. Оля восхищенно присвистнула, разглядывая меня. И мы купили две пары лодочек на каблуках и босоножки.

— Сани, милый, ты нам срочно нужен, — лопочет Оля в трубку мобильного. — Буду у тебя через полчаса, целую. — Оля отключает звонок и, поворачиваясь ко мне, говорит: — А теперь быстрым шагом на выход. Мы спешим.

— Куда? И кто этот Сани? — спрашиваю подругу, пока она тащит меня за локоть в сторону выхода из магазина.

— Мой стилист. Он сотворит с тобой чудо. — Многозначительно обещает она, а мне становится по-настоящему страшно.

— Это кошмар, — вещает Сани, когда я располагаюсь в кресле парикмахера. Я смотрю на этого худого парня с макияжем на лице и серьгой в ухе, разглядываю его отражение в зеркале. — Когда ты последний раз была у стилиста, детка? — спрашивает он меня.

— Последний раз? Никогда, — отвечаю ему. И тут же слышу его обреченный вздох. Раньше не задумывалась о том, как выглядят мои волосы со стороны, а теперь мне по-настоящему стыдно.

— Милочка, — обращается ко мне Сани манерно, — за такое поведение тебя надо наказать. Это же просто преступление, так наплевательски к себе относиться. — Последнюю фразу он чуть ли не выкрикивает. И я тут же краснею.

Следующие три часа я провожу в этом кресле. Меня красят, моют голову, снова красят и стригут волосы, наносят макияж. Вначале я внимательно наблюдала за действиями Сани, но очень быстро мне это все наскучило, и я решила просто перетерпеть. Но, когда все закончилось, я была просто поражена, увидев себя в зеркале. Мои длинные русые волосы теперь были пострижены в короткое каре и окрашены в черный цвет. От этого теперь была хорошо видна тонкая шея, а черный цвет делал мою светлую кожу еще светлее, а глаза еще ярче. Зачарованно рассматриваю свой новый образ в зеркале. А когда перевожу взгляд на Сани, вижу, что он тоже очень доволен результатом.

— Теперь ты похожа на человека, милочка, — говорит он, улыбаясь.

Поворачиваюсь к нему и на эмоциях обнимаю его за шею. Он тут же смущается и отодвигается от меня. А мне так радостно и так комфортно. Я совсем не ожидала, что могу выглядеть вот так.

Оля оглядывает мой новый образ, восхищенно причмокивает.

— Да, Сани, ты мастер. Обожаю тебя. — Говорит она парню, который на ее реплику согласно кивает.

Огни возле ресторана и освещенную огромную вывеску я замечаю из окна такси, еще когда мы только подъезжаем. Расплачиваюсь с водителем и выхожу из машины. На мне то самое голубое платье и босоножки на высоком каблуке. Я чувствую себя не очень уверенно, даже мелькает мысль запрыгнуть обратно в такси и сбежать. Но, не успев подумать об этом, слышу рядом знакомый голос.

— Алина, здравствуй, — говорит Егор, подходя ко мне. — Ты очень красивая сегодня. — Он взглядом скользит по моему телу, а я смущаюсь и шепчу "спасибо". Делаю шаг, но от волнения колени трясутся, и я чуть было не падаю. Хорошо, что Егор ловко подхватывает меня, не давая упасть. Он предлагает мне свой локоть в качестве опоры, и я благодарно ему киваю. Цепляюсь в него как в спасательный круг и позволяю мужчине провести меня внутрь здания.

На презентации полно народу, в основном мужчины. Они оборачиваются на нас с Егором, разглядывают меня, и я вижу восхищение в их глазах. Но больше всего меня волнует мнение одного единственного мужчины. Того самого, который стоит в глубине зала и беседует с седым мужчиной. Он не видит меня, но я сразу его заметила. Нервно сжимаю руки в кулаки, чтобы не упасть от волнения, когда он чуть поворачивает голову в мою сторону.

Глава 23. Олег

— Олег, ты же знаешь, я всегда на твоей стороне, — говорит мне Александр Степанович, мой давний знакомый и друг моего отца, — только будь осторожен с этим проектом. — Он кладет свою ладонь мне на плечо и по-отечески его пожимает. — Я давно тебя знаю, помню еще мальчишкой.