делаешь? — мне, конечно, нравится смотреть на него без рубашки. Но он и правда считает, что я стану с ним спать после вчерашнего свидания?

— Не хочу испачкать рубашку, — говорит, и начинает крутить что-то под раковиной, не пойми откуда, взявшимся, ключом. — Ты бы не стояла там, — говорит он мне. И я иду в комнату, сажусь на диван и, не зная, куда себя деть, просто сижу и жду.

— Нужно менять кран и сифон, — заключает он через полчаса, выйдя из ванной. — Я решу вопрос.

Он достает мобильный и кому-то звонит.

— Возьми все необходимое, сегодня ночуешь у меня, — говорит он мне, и я подскакиваю от неожиданности.

— Зачем у тебя? Мне и тут хорошо, — Начинаю протестовать, готовая биться за свое право ночевать дома, не на жизнь, а на смерть.

— Затем, что тут до завтра не будет воды, — говорит он спокойно, застегивая на себе рубашку.

Вздыхаю и иду собирать вещи, которые могут мне понадобиться. Мы выходим из дома и мужчина отвозит меня в свою квартиру.

— Располагайся, — говорит он мне.

— А как же работа? — спрашиваю.

— Сегодня у тебя выходной, — улыбается он мне. Машет рукой в сторону комнаты, — можешь отдохнуть, я приеду вечером. Он выходит из квартиры, прикрыв за собой двери.

Прохожу по комнатам, осматриваясь. Я уже была в этой квартире, но не особенно осматривалась. Та же спальня и ванная, вот только в прошлый раз я не заметила картины на стене в гостиной. Три полотна, на которых изображен городской пейзаж в разные времена года. Они висят друг возле друга, создавая иллюзию моментального перемещения по временам года и какие-то секунды. Надолго залипаю возле них, рассматривая цвета и мазки краски. Я не специалист в живописи, но мне очень нравятся эти картины. Даже то, что они висят все вместе, делает их не просто отдельными полотнами, а скорее живописным рассказом о быстротечности течения времени.

Перевожу взгляд на шикарный вид из панорамного окна. Все кажется таким маленьким внизу, дома, деревья, машины. С такой высоты ощущаешь себя будто в облаках, наблюдающим за бренностью бытия.

Отрываюсь от вида из окна и иду ванную. Набираю себе теплой воды и полчаса отмокаю, пока не расслабляюсь полностью. Когда выхожу из ванной, надеваю огромный махровый халат, рукава которого пришлось подвернуть. Обычно я чувствую себя неуютно в чужой квартире, но сейчас такого ощущения совсем нет. Мне комфортно и уютно.

Иду на кухню и открываю холодильник. Он забит продуктами, и я решаю приготовить ужин. Несмотря на то, что непонятно какие у нас с Володарским теперь отношения, оставлять нас обоих без ужина я не планирую.

Глава 27. Олег

Когда возвращаюсь домой, в квартире вкусно пахнет. Алина приготовила ужин и ждет меня. Приятно, когда любимая женщина ждет меня дома. Неужели простила меня? Как-то не похоже на нее, Алинка бы так быстро не сдалась.

Прохожу на кухню, достаю бутылку вина и два бокала, открываю вино, разливаю по бокалам. Алина все это время молчит и не смотрит мне в глаза. Значит, не простила все-таки. Усаживаюсь за стол. Она не пьет вино, и мне не нравится то, как она немного сторониться меня.

— Алина, ты долго будешь молчать? — спрашиваю тихо. Она поднимает на меня взгляд и тут же опускает его к тарелке. — Ты язык проглотила?

— Нет, — лаконичный ответ.

— Может, обсудим то, что случилось вчера? — еще одна попытка разговорить ее.

— Нет, — снова тем же тоном.

— Ты не хочешь вино? — меня уже начинает слегка потряхивать от этих "нет".

— Нет, — тем же тоном.

— Тебе не надоело всегда отвечать "нет"? — детский сад, блть.

— Нет, — снова тем же тоном и с тем же выражением лица "а мне все пофиг".

— Ты устала? — еще одна попытка.

— Нет, — та блть! Сколько можно? У нее талант выводить меня из себя. Поднимаюсь из-за стола, подхожу к ней и резким движением поднимаю ее и прижимаю к себе. Наклоняюсь, чтобы поцеловать.

— Нет, — слышу снова. На этот раз она смотрит мне в глаза. И я разжимаю объятия, отпуская ее от себя.

— Ты меня к себе больше не подпустишь? — спрашиваю ее.

— Нет, — снова это "нет", как ножом по сердцу.

Она выходит из кухни, а я хочу пойти за ней, схватить, сжать в объятиях и не отпускать. Но стою на месте, чувствуя себя дураком. Когда все же выхожу в гостиную, вижу ее возле панорамного окна. Она стоит ко мне спиной, смотрит на огни ночного города. Я тихо подхожу к ней сзади. Дотронуться не решаюсь, но знаю, что она почувствовала мое приближение. Ее тело всегда реагирует на меня, вот и сейчас она едва заметно вздрогнула.

— Прости меня, Алина, — говорю шепотом, склонившись к ее уху. Она шумно выдыхает.

— Дело не в том, что я обижена, Олег, — отвечает с тоской в голосе, — просто я не смогу принять твой образ жизни. Думаю, тебе нужна другая девушка. Все это не для меня.

— Я сам знаю, кто мне нужен. Мне нужна ты, я уже говорил это.

Положив руки ей на плечи, чуть сжимаю их и разворачиваю ее к себе лицом. Она не поднимает глаза, поэтому я беру рукой ее подбородок и поднимаю ее лицо. Когда встречаюсь глазами с ее синими омутами, весь остальной мир с его проблемами перестает существовать. Есть только здесь и сейчас. И только мы вдвоем. Провожу рукой по ее спине, чувствуя, как волна мурашек прокатывается по телу. Такая податливая, и такая не моя. Таким несправедливым кажется мир, когда она не моя.

Она чуть прогибается в спине, прижимаясь ко мне ближе. Ее тело всегда реагирует на мои прикосновения, и сейчас я больше всего хочу воспользоваться этим, сделать ее своей, слышать ее удовлетворенные стоны вместо этого "нет". И раньше я бы так и сделал. Но сейчас не могу. Мне слишком важно, чтобы она была со мной не потому, что вынудил ее, нажав нужные кнопки на ее теле. Это должен быть ее осознанный выбор. И сколько бы я ее не трахал, сколько бы она не стонала подо мной, все равно сбежит, сверкая пятками. Наклоняюсь и целую ее в губы, медленно провожу языком по нижней губе. Слышу ее стон, который отзывается волной жара в моем теле.

— Одно слово и я уйду, — шепчу ей в губы. Замираю возле ее лица, жду, пока она сделает следующий шаг. Рискую, ведь если она оттолкнет меня сейчас, я без нее уже просто не смогу. Но она руками обнимает меня