показывая глазами на молодого. Принимаю молчаливые извинения, тем более что ситуацию спровоцировал сам. Седому, похоже, очень интересно, когда его напарник поймёт довольно очевидную вещь. Видимо, по поводу ворот он его тоже не стал просвещать.

Юрий слегка присаживается в кресло и слегка оглядывается, устраиваясь слегка поудобнее.

В дверь заходит Ксения с небольшой тележкой, на которой расположен кофейные чашки. Очень быстро все расставляет на столике, ставит небольшой набор сладостей. Тут же, взглядом попросив моего разрешения, удаляется.

— Хорошо, так чего вы хотели от меня? — присаживаюсь в кресло напротив чиновников.

Юрий только пытается возмутиться, как седой чиновник жестом руки останавливает парня, и тот мгновенно затихает в кресле.

— Извините моего напарника, господин Рысев. — улыбается моей шутке седой. — Это его один из первых выходов. Тем более мы здесь не совсем официально. Точнее, не так. Официально, но цели наши чуть отличаются от декларируемых. — Немного загадочно говорит чиновник. — Позвольте вам отрекомендоваться. Коллежский советник Луцкой Константин Григорьевич, — мягко кивает головой, принимая мое негласное предложение неформальной беседы без чинов. — А это, мой недогадливый заместитель, коллежский асессор Синявин Юрий Владимирович.

Парня на секунду подбрасывает вверх с кресла пониманием. Тут же Юрий резко кивает и, неожиданно краснеет.

Машу рукой, показывая на кресло.

— Боярин Максим Рысев. — представляюсь. — Я все же не понимаю пока, чем обязан вашему визиту, господа.

Беру чашку со стола. Жестом предлагаю и господам казенным служащим присоединяться. Кивком предлагаю продолжать.

— Вы знаете, господин Рысев, — говорит Константин Григорьевич. — Прийти сюда нас в каком-то смысле заставила нужда. Мы с моим напарником в каком-то смысле оказались между молотом и наковальней.

— Я вас внимательно слушаю.

Глава 17

— Господин Рысев, только один вопрос. — слегка волнуясь, уточняет седой чиновник.

— Да, конечно, — отвечаю.

— Вы сможете передать информацию господину Игорреву либо представителю Рода Высоковых, или нет? — спрашивает Луцкой.

— Хм. — удивляюсь. — Почему вы решили, что я смогу? — интересуюсь.

— Ну, потому что вот этот дом, в котором мы находимся, — седой обводит руками комнату. — Был под стазисом. Это территория Тобольского княжества, и никто, кроме связанных с родом Игорревых или с родом Высоковых, снять стазис с него не мог. А раз стазис снят, значит, кто-то из этих Родов является не только живым, но и в то же время активным. Наши запросы за два года не дали никаких результатов, поэтому мы, безусловно, отслеживали движение по счетам обоих Родов.

— Зачем? — спрашиваю.

— Чтобы тут же узнать об активности, конечно же. — пожимает плечами седой.

— Нет. В более общем смысле, — улыбаюсь. — Зачем?

— Это мы вам тоже расскажем, если сможете, конечно же, нам помочь. Только сначала ответьте, пожалуйста, на вопрос: можете ли вы связаться либо с тем, либо с другим Родом? — просит седой.

Задумываюсь на секунду.

— Да, смогу.

— Прекрасно, — тут же выдыхает Луцкой.

В сигнатурах обоих чиновников я вижу огромное облегчение. В то же время они стараются не показывать вида.

— А в каких вы отношениях с упомянутыми Родами? — снова уточняет Луцкой.

— С Высоковыми ни в каких, а с Игорревыми… ммм… в дружеских, скорее.

— Тогда минуту. И мы расскажем что можем. И про молот… — говорит Константин Григорьевич.

— … и про наковальню, — добавляет Юрий.

Седой делает жест рукой, и Юрий опять тихо погружается в кресло.

— Для начала, господин Рысев, прошу вас получить для передачи вот эту бумагу, — Луцкой залезает в свой чемодан и вытаскивает большой лист плотной бумаги, весь пронизанный магическими прожилками и с огромной гербовой печатью, чуть ли не на пол-листа. — Здесь ничего секретного нет, поэтому прошу вас.

Выдаёт бумагу мне.

— Прошу вас, господин Рысев, подтвердить её получение, — просит чиновник.

— Каким способом? — уточняю. — В смысле… каким способом подтвердить получение?

— Активируйте печать, будьте добры, — отвечает седой.

Задумываюсь. Читаю название документа. Собственно, кроме названия, на листе только десятки мутных строчек и печать.

«Требовательный лист к Великому Роду Высоковых.» Ну, в общем, к Рысевым ноль требований. Значит, точно для передачи.

Беру боярский перстень и прикладываю к печати. Та мгновенно загорается, а на листе проступает несколько строчек. Пока не до них.

— Замечательно, — говорит седой. — Нам очень важно встретиться с любым из представителей этих Родов. Или хотя бы передать эту бумагу. Это в их интересах. Мы можем только просить вас нам помочь.

— А зачем? — ещё раз спрашиваю.

— Официально — по той причине, которая указана в бумаге. Но на самом деле там всё сложнее. Единственное, это мы можем сказать только представителю Рода. Это всё-таки финансовая тайна, — пожимает плечами седой.

— Подождите, — улыбаюсь. — Вы же ещё пока мне не рассказали ни про молот, ни про наковальню. Да и кофе пока не попробовали, — останавливаю их. — Да и пока что, я не понимаю своей заинтересованности в поиске представителей Родов. Я заключил контракт на аренду этого дома, но пока не очень уверен, что мне нужно помогать вам в просьбе. Почему мне это может быть интересно?

— Вкратце ситуация такая, что мы являемся финансовыми контролерами дел Родов Высоковых и Игорревых. В это направление Его Величеством был выделен именно наш отдел, — объясняет седой.

— Ваш? В смысле, вас двоих? — уточняю.

Седой слегка морщится, но практически незаметно.

— Да, нас выделили двоих, чтобы оперативно корректировать любые неувязки с бюджетом. Фактически мы оба и есть отдел, и мы оба — это те, кто эти счета ведём, — поясняет седой.

— Так, — говорю. — И в чём у вас наковальня? И все равно — пока никакого моего интереса не прослеживается.

— Прочтите бумагу, пожалуйста, — предлагает седой.

Смотрю на документ. Верхнюю часть я прочитал ещё изначально. Но пока не впечатляет. «Требование…» это всегда о недоимках. Но Род Высоковых все же мне напрямую никак не интересен.

Дальше всё было смутно до момента приложения боярского перстня.

Сейчас убеждаюсь, что вопрос о недоимках.

— Хорошо, но при чём тут я? — уточняю.

— Если вы дружественны этим Родам — они оценят данную бумагу. Да и, возможно, вы для них станете определенного рода спасителем в неназываемых мной сложностях, которые они, вероятно, сейчас испытывают.

— Так. А подробнее? — чувствую в этом намек на слова старикана про счета.

Сейчас бумага абсолютно чётко показывает, что требованием является уплата налогов и сборов, но не больше. Видимо, потому, что официально я не являюсь представителем Рода Высоковых. В общем, и правильно — визит в налоговую сродни визиту к доктору. Это все же не то, чем можно спокойно делиться.

— Интересная бумага, — замечаю. — А это не является нарушением тайны?

— Да, Казенная Палата часто встречается с такой ситуацией, когда нет возможности увидеться напрямую с представителями