— Давай сменю тебя, — предложил Костя.

— А че ты? Давай я! — влез Марат.

— Ты уже покрутил, — получил заслуженное от Вити.

Плюнув, я резко крутанул антенну вправо и услышал хоровое:

— О-о-о!!!

— … Надои колхоза Дрокино благодаря новым доильным установкам… — полился из динамика спокойный, размеренный, жизнеутверждающий голос диктора.

Закрыв окно и дуя на замерзшие руки, я вернулся к телеку. Картинка мутная, с рябью, но у Шилова телек показывал не лучше. Полагаю, это нормально для Красноярска.

— Девчонки! — заорал Марат.

Почти сразу скрипнула дверь:

— Чего орешь, полоумный? — раздался Людин голос. — Гнев тети Клавы на нас навлечь хочешь?

— Мы телек сделали! — ответил рыжий.

— Телек? — удивилась Люда.

Дверь закрылась, и вскоре открылась снова. Немного шагов по коридору, и к нам заглянули девушки.

— Фига себе! — оценила Марина.

— Откуда? — изумилась Надя.

— Ого, — интеллигентно удивилась Ирина.

— Так вот чего вы тут сверлили и долбили, — догадалась Люда.

Дамы вошли в кухню, и мы ввосьмером немного постояли у чуда техники.

— А че не в комнату? — спросила меня Марина.

— Там от учебы отвлекать будет, — ответил я.

— Ой, а то ты учишься, — фыркнула Надя. — У всех сессия, а Сомин в обход сдал и по турнирам катается.

— Турнир тебе не баловство! — одернул ее Витя. — Сама-то по четыре часа против КМСов играть пробовала?

— Стоп! — вытянул я руки. — Витя, давай будем отличать дружеские подначки от ругани.

— Спасибо, мой герой, — саркастично ухмыльнулась мне Надя.

— Не благодари, язва, — ухмыльнулся я в ответ.

— Чайник поставлю, — пошел к раковине Витя.

Люда тем временем успела подойти к Косте, и они уселись за стол, взявшись за руки. Марина посмотрела на телек, потом — на стены рядом и прошлась взглядом до окна:

— А шнур от антенны где?

— А вон, — указал я на угол стены и пола. — Плинтуса потом на место поставим.

Пришлось оторвать.

— Не поставите — будет худо! — раздался со стороны коридора голос вахтерши.

Дамы поздоровались с тетей Клавой, а мы с ней уже виделись, когда просили инструменты и давали честное слово, что «курочить» ничего не будем.

— Знаем, теть Клав, — заверил я ее. — Все будет в лучшем виде.

— И окно обратно ватой заткните! — велела она.

— Заткнем, теть Клав, — пообещал Витя.

— Две с половиной минуты, — сообщил Костя.

— Сомина показывать будут? — догадалась Марина.

— Чуть-чуть, — кивнул Костя.

— Жалко, что не цветной, — рассмеялась Люда. — Такую рожу в цвете смотреть нужно!

Посмеялись.

— Мы чай пить собираемся, давайте с нами, теть Клав? — пригласил Витя.

— Надулась уже, — отмахнулась вахтерша, опускаясь на табурет. — Так на Сомина посмотрю.

Остальные расселись, а Марат сбегал в комнату за девятой табуреткой. Экран показывал репортаж о битве коммунальных служб с недавним снегопадом.

— Минутная готовность, — поведал Костя.

— Хорошо показывает, лучше моего, — похвалила тетя Клава. — Внуки подарили в прошлом году, а я и не смотрю толком — глаза болят.

— Давайте вам тоже антенну покрутим, — предложил Виктор.

— Вы лучше плинтуса на место прибейте, — посоветовала она.

— Прибьем, теть Клав, — пообещал я.

— А теперь — большой репортаж Павла Губарева о зональном шахматном турнире, — подвел диктор.

Ребята и девчата затаили дыхание, а я начал ощущать неловкость.

На экране — заснеженное здание ДК Горького.

— К большой радости шахматистов Сибири, профессионалов и любителей, в Новосибирске прошел зональный турнир, собравший сильнейших игроков региона, — затарахтел знакомый голос из-за кадра.

В мои времена картинка бы уже раза три сменилась или хотя бы помигала, а здесь ДК на экране сменился панорамой играющего в шахматы зала только сейчас:

— В напряженной борьбе столкнулось почти три десятка спортсменов, — продолжил «закадр». — Среди них — уроженцы Новосибирска, Красноярск, Иркутска и других городов нашего сурового края. Принявшие участие в турнире отметили образцовый уровень организации и высочайший уровень конкуренции. Отдельного упоминания заслуживает финал…

Картинка сменилась, показав общий план финальной игры — справа мы с Шиловым, в центре — судьи, слева — демонстрационный стенд с «трансляцией» игры.

— … В котором столкнулись единственный в Сибири мастер спорта Юрий Михайлович Шилов и молодой кандидат в мастера спорта, Юрий Алексеевич Сомин, уроженец Маганского Подсобного хозяйства и студент первого курса филологического факультета Красноярского педагогического института. Напряженнейшая борьба мастера спорта и деревенского самородка продлилась больше двух часов, и закончилась победой Сомина.

Телек показал крупный план доски. Позиция правильная, но рука, которая переворачивает Шиловского короля принадлежит кому-то из журналистов. Показав «переворот», телевизор явил нам турнирную доску:

— По итогам турнира первое место занял мастер спорта Юрий Михайлович Шилов. Второе место занял Сомин, показавший уверенную и зрелую игру на протяжении всего соревнования. Нашей съемочной группе удалось взять у него послематчевый комментарий.

А вот и я, на фоне демонстрационного стенда, потный и взъерошенный.

— Причесался бы хоть! — успела заметить тетя Клава прежде, чем журналист успел задать экранному мне вопрос.

— Юрий, поздравляем с победой в финальной партии. Насколько сложной для вас получилась эта встреча?

— Спасибо, — поблагодарил экранный я. — Партию я бы охарактеризовал как «изматывающе сложной». Здоровый образ жизни в шахматах нужен не меньше, чем в подвижных видах спорта. Вон — как мышь взмок, — повернулся, показав мощное пятно пота на пиджаке, и развернулся обратно. — От всей души благодарю Юрия Михайловича за эту битву на истощение.

— Вы довольны итогом турнира?

— Недоволен, — заявил я. — И останусь таковым до турнира, в котором займу первое место.

— У вас есть замечания к организации турнира или соперникам? — на всякий уточнил журналист.

— Ни единого — мое недовольство направлено исключительно на мой уровень игры. Надеюсь, мой уважаемый тренер, Юрий Михайлович, продолжит со мной заниматься — прогресс, без ложной скромности, у меня есть.

Общие планы турнира смыли меня с экрана:

— Зональный турнир в Новосибирске подтвердил высокий интерес советских тружеников к шахматам, а Юрий Сомин получил приз зрительских симпатий — телевизор «Изумруд», врученный ему рабочим коллективом Новосибирского завода «Сигнал».

— А это че не показали? — удивилась Марина.

—