благодарность от жителей, — безразлично ответил белокрылый, и обернувшись ко мне хмуро произнес, — если что-то потребуется — дай знать.

Не о вещах он сейчас говорил. Ему не хотелось оставлять меня наедине с Юджином, но и повода остаться не было.

Это так… мило.

— Они прониклись, — подхватил Юджин, — ты молодец, нашла малявку. Отец тоже велел выразить благодарность

— Я польщена.

Кивнув на прощание Даррену, я ушла во двор.

За калиткой надрывно скрипнула старая телега, и Светлый уехал, а вот новый гость протиснулся за мной, хотя его и не звали.

— Как тут грязно, — он брезгливо сморозил нос.

— Было хуже. В мое отсутствие здесь хорошо постарались вандалы

— Ужас. Я слышал, что усадьбе досталось, но не знал, что все так плачевно.

Врал. Я точно могла сказать, что надпись «потаскуха» на торце здания он выводил своей рукой, и вонючая кошка в шкафу — его рук дело.

— Ерунда, — улыбнулась я, — ничего непоправимого. Будет еще лучше, чем прежде.

Он тоже улыбался, только улыбку перекосило. Не нравилось ему, что у Лилии не было ни слез, ни сожалений.

Я же смотрела на него и никак не могла понять, что нашла она в нем? Или настолько наивна и глупа была, что позволила себя обмануть? Он него же за версту разит слабостью, подлостью, жадностью. Варрах таких на цепь сажал и заставлял ради миски помоев ползать на пузе.

Юджин принюхался:

— Вкусно пахнет. Угостишь?

— Нет

Получив прямой отказ, он растерялся, на миг не удержав маску благодушного парня.

— Нет?

С деланным сожалением я развела руками:

— Ничего не осталось. Даррен прожорлив.

Про Охотника говорить не стала.

— Его значит накормила…

— Он мне помог, и я как хорошая хозяйка была обязана накормить его ужином.

— Позвала бы. Я тоже помог, — надменно обронил он

— Хорошо, идем. Работы еще много. Пока ты делаешь, я приготовлю ужин и тебе.

Бросаясь громкими словами, Юджин не ожидал продолжения, и теперь не знал, как выкрутиться

— Уже темнеет…

— Боишься темноты? — насмешливо поинтересовалась я, — или глава Эберли не разрешает тебе гулять так поздно.

Он вспыхнул

— Лилия! Я не узнаю тебя!

— Много времени прошло, Юджин. Той Лилии больше нет.

Я заместо нее. К несчастью для тебя.

Если голову пронырливого Охотника мне хотелось насадить на пику, то этого скормить псам.

Вожак, крутившийся неподалеку, в ответ на мои кровожадные мысли облизнулся и одобрительно закрутил обрубком хвоста.

— Когда ты такая, мое сердце бьется еще быстрее, — выдохнул Юджин, пожирая меня взглядом.

— И что?

Мои вопросы ставили его в тупик и выводили из себя.

— Как ты можешь быть такой жестокой и равнодушной? Лилия, которую я знал, была нежной, как утренняя роса, и ласковой, — Юджин провел кончиками пальцев по моей щеке.

Дурой она была.

Его присутствие утомило меня. Я отстранилась:

— Уходи. И больше не появляйся. Тебе здесь не рады.

Кивком указала на калитку, но вместо того, чтобы послушаться Юджин схватил меня за плечи и прижал к стене:

— Разве не видишь, что я по тебе схожу с ума?

— Пока я вижу только пустомелю.

Кот на крыше подобрался, готовый в любой момент обрушиться на голову неприятному гостю. Псы тоже насторожились и ждали моей команды, чтобы разорвать.

— Глупая, — сжал плечи еще сильнее, — я простил тебя. Слышишь? И то, что на другого променяла, и что отравить пыталась

— Замуж я не по своей воле вышла, да и яд в твой стакан не моя рука сыпала. И ты это прекрасно знаешь.

У него дернулась щека, но он продолжил нести бред:

— Люблю тебя, как и прежде. Хочу снова быть с тобой, несмотря на все, что ты сделала, — еще и целоваться полез.

Демоны редко отличались брезгливостью, но Юджин ничего кроме омерзения не вызывал. Я оттолкнула его.

— Пошел прочь.

— Лил!

Уверенный в своем превосходстве, он не понимал по какому хрупкому льду ходит. Что мне достаточно пальцем пошевелить, и от него ничего не останется.

Псы были готовы, но мне хотелось выпроводить его самой.

Я проскочила под рукой этого недотепы, даже не поморщившись выдрала клок злющей крапивы, и когда Юджин снова потянул ко мне свои лапы — наотмашь хлестнула его по лицу

Он завопил:

— Ты что…

Хлестнула еще раз. Попала по рукам, которыми он пытался прикрыть полыхающую морду и груди в широком вырезе рубахи.

— Да как ты смеешь?!

Хлестнула еще раз и еще. Куда придется.

Злая перезревшая крапива жалила через одежду. Ничтожная боль, но изнеженный Юджин попятился, прикрывая то лицо, то грудь.

— Прекрати немедленно.

Я спустила псов.

Они набросились с лаем и рычанием, не кусали, но хватали за одежды и трепали из стороны в сторону. Послышался треск ткани, и половина штанины осталась в пасти у вожака

Я тут же хлестнула по открывшейся коже.

— Хватит! — рявкнул он, но его голос потонул среди воя и рычания, — прекрати!

Один из псов ухватил его за рукав и вырвал его из поймы.

— А-а-а, — Юджин завопил и бросился наутек.

Не воин. Не мужчина. Слабая, никчемная тряпка.

— Больше не возвращайся

— Ты пожалеешь об этом! Слышишь? Пожалеешь! — он неуклюже карабкался на взволнованного жеребца.

Я шугнула его, и конь взвился на дыбы, а потом, брыкаясь и накручивая хвостом, понесся прочь

— Стой! Скотина! — сын главы города бессильно потрясал кулаками, но взбудораженный жеребец уже умчался.

Прокричав ему вслед проклятия, Юджин снова обернулся ко мне:

— А ты… ты…

— Что я? — поудобнее перехватила крапиву.

— Ты все равно будешь моей!

Оставалось лишь гадать, для чего ему так сильно потребовалась девушка, которую в прошлой жизни они с папашей чуть не извели.

Глава 30

Разделившись с гостями, я смогла спокойно заняться делами.

Теперь, когда мужчины разобрали основной завал и под навесом красовалась ровная поленница дров, мне оставалось лишь убрать опилки и мусор, оставшиеся на месте обрушившегося сарая.

Я потратила на это остаток вечера, а заодно снова жгла хлам. Куча в саду постепенно убывала, а вместе с ней отступало и ощущение запущенности. Усадьба избавлялись от старья, освобождая место для новой жизни.

К полуночи псы снова заволновались. Их звонкий лай разорвал тишину, но в нем не было ярости, как в случае с Охотником, и лютой злобы, как на Юджина.

Они звали меня, но угрозы не было.

Псы вились на пригорке, вокруг трех стройных берез, и подойдя ближе я увидела очередного гостя. Прижавшись спиной к среднему стволу, на меня таращилась та самая девчонка, которую я вчера ночью вытащила из леса.

— Опять сбежала?

Она не ответила. Уставилась на меня исподлобья, как