Михайлович Воронцов был отозван обратно в Москву сразу после того, как собственноручно поднял на флагштоке перед зданием ООН имперский бело-сине-красный триколор вместо советского флага, а на его место заступил старый соратник товарища Лаврова Виталий Чуркин. Мягчайшего дипломата, замешанного во множестве капитулянтских соглашений горбачевской эпохи, на передовом рубеже сменил солдат своей страны, способный в нужный момент врезать по столу правом вето и на хорошем английском не стесняясь резать правду-матку в глаза американской прессе. И по югославскому, и по любому другому вопросу необходимой информацией я его обеспечу. Будет что рассказывать журналистам на брифингах.

Самая главная правда жизни заключается в том, что все усиливающиеся западные, то есть ооновские, санкции только разжигали межнациональный конфликт на руинах Югославии. Почувствовав себя брошенными, преданными и окруженными со всех сторон, сербы лишь ожесточились и перешли к тотальной войне без правил, потому что об их попранных правах при принятии решений на Совете Безопасности ООН никто и не вспоминал. Целью наложенных санкций было приведение этого народа к покорности, чтобы он даже не думал возражать и сопротивляться своему унижению и уничтожению. Даже вполне умеренные политики в таких условиях впадают в крайний национализм, ведь он кажется им единственным путем для выживания их народа, а это, в свою очередь, только увеличит внешнее давление.

Когда-то, совершенно добровольно, я принял на себя обязанности защитника сербской нации, и от этой тяжкой ноши не отказываюсь. Однако это не значит, что я могу одобрить любые этнические чистки, кем бы они ни производились, или просто закрыть на них глаза. Моя защита не означает потакания мерзостям, однако платить по счетам будут не рядовые сербы, хорваты и бошняки, а потерявшие берега политиканы и непосредственные исполнители их преступных приказов.

Начинать тут следует с выяснения истоков и причин антисербской политики хорватских властей. Ведь если бы эти деятели просто провозгласили независимость, но сохранили культурную автономию сербов в районах компактного проживания, и не стали изгонять их из государственного аппарата, никакой гражданской войны просто бы не случилось. Или тут имел место заказ со стороны внешних сил, которым такая война была необходима для демонстрации своего доминирования в мире, или… хорватская нация неизлечимо больна национализмом в его крайней форме.

Было уже дело, когда усташеское государство Анте Павелича (верный союзник Адольфа Гитлера) объявило всех сербов государственными рабами и проводило в жизнь программу, в соответствии с которой треть сербов предполагалось уничтожить, треть изгнать и треть окатоличить, превратив в хорватов. И вот ведь что удивительно: Нюрнбергский трибунал этого явления просто не заметил, а потому не осудил. Причины такой политической слепоты и забывчивости необходимо выяснять в мире пятьдесят третьего года, однако могу предположить, что тут не обошлось без Иосипа Броз Тито, который на завершающем этапе войны охотно принимал у себя родных по крови перебежчиков-усташей.

Впрочем, в настоящий момент подобные исторические изыскания могут иметь только академическое значение, а если рассматривать вопрос с точки зрения практики, то в Загребе требуется провести операцию «Визит Каменного Гостя», взять за причиндалы господина Туджмана и депутатов Сабора, и сдать их на опыты в ведомство Бригитты Бергман. Но это только полдела. Одновременно необходимо установить контакты c сербскими лидерами, в первую очередь, с Добрицей Чосичем, Радованом Караджичем и Воиславом Шешелем. Последние двое без контроля сгоряча способны наломать столько дров, что всем сербам хватит лет на сто. А еще надо будет собрать на небольшой конференции королевичей Джорджи из пятнадцатого и девятнадцатого годов, чтобы натыкать их носом в гнусные последствия хватания земель с несербским населением.

«Постой, Серегин, — шепнула мне энергооболочка. — Ты не забыл, что королевич Джорджи в доступных тебе мирах существует не в двух, а в пяти экземплярах? Того, что живет в мире бывшей русско-японской войны, беспокоить и в самом деле незачем, а вот братья-близнецы из сорок второго и пятьдесят третьего годов будут тебе как раз в тему. Считаю, что их присутствие на задуманной тобой конференции будет строго обязательным».

«Каюсь, забыл, — подумал я в ответ. — Ни в том, ни в другом мире я с этим человеком не общался, потому что к тому не было прямой необходимости».

«А теперь такая необходимость возникла, — отрезала энергооболочка. — Старшие версии королевичей Джорджи — люди опытные и много пережившие, а потому способны не только выслушать то, что ты им скажешь, но и дать хороший совет и тебе, и своим младшим воплощениям. Тот, который из пятьдесят третьего года, был даже довольно близок с Иосипом Броз Тито, пока ты не оформил того по первой категории».

«Понятно, — подумал я. — Сделаем так. Сначала я заберу из их миров младшие воплощения этого человека, а потом мы вместе сходим в сорок второй и пятьдесят третий год».

«Вот это правильный подход, — подтвердило мое второе я. — Прыжки через ступеньку в таком ответственном деле совершенно неуместны».

И прежде мне было понятно, что кровавый блудняк на Балканах необходимо решительно прекращать в любом случае, а после беседы с энергооболочкой я укрепился в этом мнении. Однако и вопроса Восточной Европы, проданной Горбачевым Западу за миллиард марок «компенсации», с меня никто не снимал. Поскольку обещание о нерасширении НАТО на восток оказалось чистейшей воды обманом, то и я имею право со всей возможной решимостью открутить все обратно, вместе с некоторыми слишком умными головами, и даже продвинуть имперскую зону влияния по самые Нидерланды, а может, и дальше. Говорил же я мистеру Бушу, что восточное полушарие — не их половина мира, значит, придется претворять в жизнь и эту позитивную программу. Янки, гоу хоум. Вот только начинать операции на этом направлении стоит только после того, как НАТО всеми четырьмя копытами, без санкции Совбеза ООН, попробует влезть в югославскую бойню. А что они это сделают, тут и к гадалке не ходи.

16 июня 1942 года, 15:35 мск. Белград. Дом экс-королевича Георгия Карагеоргиевича

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи

Королевичей Джорджи о том, что у меня к ним есть семейное и в то же время государственное дело, я заблаговременно известил через связные портреты. Забрав на «Неумолимый» сначала одного брата-близнеца, потом другого, я коротко объяснил им поставленную задачу, после чего мы вместе, одна нога здесь, другая там, шагнули в Белград сорок второго года.

А в том мире в разгаре весенне-летняя кампания Красной Армии. С Румынией, например, уже покончено. Случайно это убогое государство после Крымской войны зачали, и так же по случаю ликвидировали.