Первый год работы Революционного трибунала подходил к концу. Несколько женских голов уже скатились с помоста гильотины. Имена Марии-Антуанетты, Корде, Ролан были уже вписаны в историю революционной кары и возмездия. Вслед за ними перед Революционным трибуналом в фримере (декабре) 1793 года предстала женщина, с которой у революции были особые счёты.

Забытая, казалось, целиком, принадлежавшая прошедшим десятилетиям, подсудимая внезапно опять сосредоточила на себе внимание Парижа. Революционный трибунал воскресил её жизнь, — этого было достаточно для смертного приговора. И смерть, как игла, прочно втянула в ткань революционной хроники нить прошлого Дюбарри.

Ей было к тому времени пятьдесят лет. Чёрное платье облегало ещё стройную фигуру и оттеняло седой парик, немного покривившийся и растрёпанный. На лице не было обычной косметики, и оно выглядело дряблым, отмеченным излишествами прошедшей бурной жизни. Двойной подбородок, немного выпуклые бессмысленные от страха глаза придавали её лицу что-то схожее с животным перед убоем, когда смерть уже занесла над ним острый нож.

Председатель Трибунала громко сказал: «Гражданка, признаете ли вы себя бывшей графиней Дюбарри?» Ответ гражданки Дюбарри потонул в вопле, раздавшемся из-за перегородки, где сидели старушки вязальщицы, кокетливые девушки из предместий и мужчины-санкюлоты: «Смерть ей! Смерть! На гильотину любовницу тирана!» Пожилые женщины, постоянные посетительницы Трибунала, возмущённо кричали, протягивали кулаки в прорехи низкой ограды, заражая своей злобой присутствующих.

Процесс начался — и жизнь, путаная, невероятная, развернулась год за годом. Казалось, что прорвался невидимый нарыв, и пополз липкий ядовитый гной. Прошедшее царствование Людовика ⅩⅤ воскресло в показаниях.

Семья Жана Дюбарри, мошенника и афериста, положившего начало «карьере» обвиняемой, проживала в Тулузе. Мать была женщиной незлой, неумной, ничем не замечательной. Отец умер, оставив семье долги, нужду и дворянский герб. Две сестры Жана, не имея приданого, к моменту события, изменившего жизнь семьи, давно перешагнули тот возраст, когда могли надеяться на выгодный брак. Для девушек-дворянок того времени безбрачие являлось катастрофой, и лучшее, что их ожидало впереди, был монастырь. Кроме сестёр Жан имел брата — неудачника, невежду и простака Гильома.

Глава семьи Жан Дюбарри был одним из типичнейших придворных Людовика ⅩⅤ. Он шулерски играл в карты, но это давало небольшой доход, крал, был груб, жесток, сластолюбив и в погоне за богатством не брезговал ничем. Жан Дюбарри избрал прибыльное дело, на котором разбогател не один аристократ Франции времени Бурбонов: работа заключалась в поставке королю женщин.

Мадам Помпадур, могущественная любовница короля, много лет держала в своих руках нити правления страной: от неё зависели назначения, смещения при дворе, внутренние и внешние дела Франции. Но мадам Помпадур приближалась к сорока годам, она постарела, растолстела, и счастье от неё ускользало. Людовик ⅩⅤ скучал в её присутствии. Женщина сообразительная и расчётливая, она прибегала ко всевозможным средствам, чтобы не получить отставки.

В дворцовом парке, как некогда при короле Солнце, Людовике ⅩⅣ, селили девушек, отобранных по указаниям Помпадур. Институт мадам Помпадур был устроен согласно всем правилам аристократических женских учебных заведений. Девушек обучали, одевали и воспитывали соответственно «вкусу короля». Обычно, чтобы не иметь соперниц, Помпадур не задерживала уже испробованные плоды, и они либо бесследно исчезали, либо отправлялись в монастырь и лишь как исключение возвращались к родным. С помощью такой организации Помпадур продержалась ещё несколько лет, но влияние её падало; предчувствуя смену фаворитки, двор от неё отвернулся. Когда в сырое осеннее утро она умерла и её гроб проносили мимо окон королевского покоя, Людовик меланхолически заметил: «Ах, мадам, какой скверный день вы выбрали для такой далёкой прогулки».

Многие придворные, помня возвышение Помпадур, пытались заполучить власть и казну в свои руки с помощью ставленницы на пост фаворитки. Развращённый и пресыщенный Людовик ⅩⅤ менял женщин, как пряжки на туфлях.

В те же годы на окраине старого Парижа был небольшой кабачок, где за кружкой славного пива, за игрой в кости просиживало часто разнообразное общество. Аристократ, ищущий сильных ощущений, преступник-профессионал, провинциал щедрый и наивный, жалобщик, тщетно обивающий пороги, монах, ремесленник — все эти люди собирались под низкими балками потолка. Шпион без труда там выманивал тайну; искренность и длинные беседы перемежались бранью и похвальбой. Несколько девиц развлекали компанию, переходя с колен на колени, спускаясь в чуланчик за несколько грошей на тряпки. Среди них красотой выделялась Жанна Бекю, прозванная Ангелом, девушка добродушная, румяная и глуповатая. Дочь трактирной служанки и монаха, она выросла среди винных луж, спотыкаясь о пьяные тела, засыпая в хмельных парах.

Мать отдала её в учение к модной портнихе, но темперамент и легкомыслие не способствовали учению. Она пришла после ряда романтических приключений в кабак, где и осталась, всегда довольная, смешливая и готовая любить. В этом-то кабачке её заметил Жан Дюбарри и соблазнился ею. Одетая в шелка и украшенная драгоценностями, Жанна была приманкой для картёжников, посещавших Дюбарри. Как созрел план сделать из Жанны Бекю, проститутки из кабачка, заместительницу маркизы Помпадур — неизвестно. Жан принялся за выполнение этой задачи с огромным пылом, понимая те выгоды, которые мог получить. Препятствием было тёмное происхождение Жанны, но ловкий Жан Дюбарри знал, как делаются титулы, и ценил их лишь как путь к обогащению. Он попросту назвал Жанну Бекю Жанной Дюбарри. Жениться на ней он не мог, так как имел жену и множество детей. Развод для католика был невозможен и скандален.

Встреча короля с Жанной была ловко подстроена в 1769 году. Жанна Бекю очаровала короля грубой простотой, невежеством и циничной откровенностью. Для неё ничто в жизни не было удивительным, люди не внушали ей ни капли почтения. С раннего детства она понимала, что именно от неё требовалось, и, не имея излишнего ума, подходила к жизни расчётливо и просто. И то, что она обошлась с королём как с любым посетителем чулана в кабачке; покорило его. Жанна оказалась острым, неизведанным блюдом. Не прошло и месяца, как Жанна Бекю уже приобрела большое влияние на короля и, следовательно, на судьбу Франции.

Но завистники и недруги Жана Дюбарри, так угодившего монарху, разнесли пикантные истории из жизни мадемуазель Жанны Ангела. Потребовалось срочно создать ей «происхождение», подходящее для звания первой фаворитки. Король обещал миллионы тому, кто покроет своим именем скандальное прошлое его любовницы. Жан Дюбарри не долго обдумывал, как спасти и не упустить золотое руно — царскую казну; выход был легко найден.

В тихой, зелёной Тулузе живёт забытая родня Дюбарри, в числе которой простофиля брат Гильом, к счастью для Жана, холостой. В золочёной карете с гербами мчится без отдыха Дюбарри по пыльным дорогам Франции из