Оно мне было дано, но мой авторитет в семье был подорван. «Москва слезам не верит» – это известно, но Москва и дряблости не выносит и презирает, когда дело не доводится до конца.

ВЛАДИМИР ПАВЛОВИЧ РЯБУШИНСКИЙ

Владимир Павлович был человеком весьма разносторонних интересов, увлекался европейской философией, что не мешало ему вместе с братьями работать в Товариществе мануфактур «П. М. Рябушинский и сыновья» и Банкирском доме «Братья Рябушинские», преобразованном в 1912 году в Московский банк.

Важно отметить, что братья Рябушинские постоянно искали новые сферы бизнеса для вложения своих капиталов.

Россия не только вывозила волокно, но и обладала замечательными льняными фабриками. Среди них одно из первых мест и по размерам, и по качеству товара принадлежало Ново-Костромской мануфактуре, вотчине именитейшего рода Третьяковых <…> С Третьяковыми мы были в дружбе, и когда наше банковское дело (Московский банк) стало расти, то само собой как-то вышло, что мы в союзе с Третьяковыми начали становиться как бы льняным банком.

ВЛАДИМИР ПАВЛОВИЧ РЯБУШИНСКИЙ

На самом деле Рябушинские решили вникнуть в весь технологический процесс. «На местах лен скупался через банковские отделения. В договоре о создании Торгового дома отмечалось, что в сферу его деятельности входят “скупка, сортировка и продажа льна, пеньки и их производных, устройство и содержание заводских складов и льнообделочных заведений и льночесален и всякие другие операции со льном”. Очистка сырья и сортировка происходили на специально созданной фабрике в Ржеве, отсюда волокно направлялось прядильным предприятиям»[148].

Владимир Павлович не зря отмечал, что братья были дружны с Третьяковыми. В интересах дела они вместе с Третьяковыми создали специальную компанию – Российское акционерное льнопромышленное общество (РАЛО). Они обратились к Сергею Николаевичу Третьякову и сказали: «Если вы не пойдете с нами, мы пойдем отдельно. У нас деньги, у вас фабрики и знание, вместе мы достигнем многого»[149].

А возглавить дело братья предложили Сергею Сергеевичу Смирнову, племяннику «водочного короля» П. А. Смирнова: он стал директором-распорядителем РАЛО, и предприятие начало процветать. Во всяком случае, если в первый год фабрика принесла 200 тыс. рублей убытка, то к 1917 году марка РАЛО была признана первоклассной на внутреннем и на внешнем рынках, контролируя около 20 % российского льняного бизнеса.

В своей книге «Москва купеческая» П. А. Бурышкин пишет о В. П. Рябушинском так: «Владимир Павлович был в правлении Московского банка и много занимался общественной деятельностью, участвуя в тех же учреждениях и сообществах, где был его старший брат. Но сверх того, он был гласным[150] Московской городской думы, но городскими делами занимался сравнительно мало; очень интересовался “Утром России”, где мы с ним довольно часто встречались»[151].

* * *

Когда началась Первая мировая война, Владимир Павлович добровольцем ушел на фронт. Высочайший Манифест о войне с Германией был подписан 20 июля 1914 года, и уже на следующий день 41-летний Рябушинский явился на призывной пункт. Он не имел специального военного образования и записался в армию простым солдатом. На свои личные средства он организовал подвижной автоотряд при штабе 25-го армейского корпуса, но уже 2 августа его отправили на фронт. Его зачислили добровольцем в 12-й гренадерский Астраханский полк, и он участвовал во всех боях в составе войск 25-го корпуса, был свидетелем ярких побед и обидных поражений наших войск в Восточной Пруссии. За отличие в бою у Красностава в Галиции 17 августа 1914 года Владимир Павлович получил солдатский Георгиевский крест 4-й степени. Затем его перевели в 25-й мортирный артиллерийский дивизион, где он стал прапорщиком, а потом – ординарцем начальника штаба корпуса.

Но служба ординарцем, видимо, не была по сердцу Владимиру Павловичу, он выразил «желание служить в строю», и его откомандировали к месту штатного служения.

Приказами по войскам Владимир Павлович Рябушинский был награжден орденом Святой Анны 4-й степени с надписью «За храбрость» и орденом Святого Станислава 3-й степени с мечами и бантом.

16 июля 1915 года он был ранен в бою при деревне Борек ружейной пулей в грудь навылет и эвакуирован в тыл. 9 сентября 1915 года его произвели в подпоручики. После выздоровления его вновь отправили в действующую армию, и он там удостоился ордена Святой Анны 3-й степени с мечами и бантом.

В 1916 году Владимир Павлович Рябушинский служил в разведывательном отделе штаба IV-й армии в качестве переводчика (он владел в совершенстве латынью, греческим, итальянским, французским и английским языками), и 20 октября 1916 года он получил орден Святого Станислава 2-й степени с мечами.

В марте 1917 года Владимир Павлович был командирован в Петроград для выражения приветствия Временному правительству. Вернувшись, он был прикомандирован для несения службы к 14-й артиллерийской бригаде на должность офицера 6-й батареи. 28 июля он был награжден орденом Святой Анны 2-й степени с мечами. Он был ранен в бою и как возвратившийся после ранения в строй получил право на ношение золотой нашивки на рукаве шинели и мундира.

26 октября 1917 года В. П. Рябушинский был назначен начальником разведки в своей бригаде, а 21 декабря того же года он был уволен в продолжительный отпуск «впредь до увольнения вовсе от службы». Сделано это было по его же заявлению от 18 декабря 1917 года: «Расстроенное здоровье лишает меня возможности продолжать военную службу, поэтому прошу уволить меня от службы. Постоянное место жительства Москва, Кудринская Садовая, дом № 6. Подпоручик Владимир Павлович Рябушинский»[152].

Как конституционный монархист, в 1917 году Владимир Павлович поддержал выступление генерала Л. Г. Корнилова, а в 1918 году – Белое движение. Он даже участвовал в ноябре 1918 года в совещании в Яссах, созванном русскими деятелями для встречи с дипломатами Антанты для организации борьбы против большевиков, в 1920 году в Крыму состоял экспертом экономического совещания при генерале П. Н. Врангеле.

Митрополит Вениамин (в миру И. А. Федченков), в свое время глава врангелевского военного духовенства, потом вспоминал, как в Крыму в 1920 году к нему вдруг пал в ноги офицер с большой темно-русой бородой: «Владыко! Я не принадлежу к господствующей церкви! Я старообрядец. Но почитаю и православную иерархию. Благословите! Моя фамилия – Рябушинский…» А потом он каким-то срывающимся голосом сказал: «Владыка! Мы погибаем!.. Мы такие же большевики, как и они!»[153]

* * *

Осенью 1920 года В. П. Рябушинский покинул Россию через Крым. Он не без труда добрался до Парижа и там основал общество «Икона» (учредительное собрание состоялось 24 июня 1927 года). В этом обществе Владимир Павлович много лет был председателем, а в 1953–1955 годах – почетным председателем.

Владимир Павлович Рябушинский был человеком глубоко религиозным и собирал древнерусские иконы.