и путь снова свободен. Уже завернув за угол, он запоздало раскаялся, что не дал себе времени вытащить у кого-то из стражей хотя бы алебарду. Еще одна дверь — заперто…

А вот следующая распахнулась. И в коридор выглянула — кто бы мог подумать — изумленно взметнувшая брови Лавандея Орфа.

За ее покоями — женская гостиная и тупик. А здесь — о чудо! — открытая дверь. Всего лишь оттолкнуть вероломную ведьму и проскочить до спасительного балкона несколько комнат…

Увы, как раз на «оттолкнуть» инстинкты его и подвели.

А если он не рассчитает силу, и она расшибется о стену?

Брант остановился, как вкопанный, прямо перед баронессой.

А в следующий миг его дернули за рукав, толкнули спиной к стене и зажали ладонью рот.

В спасительной темноте комнаты.

ГЛАВА 9. Откровения

За закрытой дверью громыхали сапоги и раздавалась зычная мужская брань. Стражники метались по коридору туда-сюда в поисках беглеца, но Лавандея слышала только сбивчивое дыхание, обжигавшее ей ладонь, и бешеное биение мужского сердца у самого уха.

А он высокий, этот младший Лакнир. Ее макушка даже не доставала ему до подбородка. Или это потому, что Лавандея сейчас босиком, а он в сапогах?

Голоса зашумели прямо под дверью. Брант дернулся было под ее руками, но Лавандея лишь крепче навалилась на него телом, прижимая к стене.

— Тихо, — прошипела чуть слышно. — Замри. Что натворил?

— Пока ничего, — глухо промычал он ей в ладонь.

Она, запоздало смутившись, отняла руку. А он горько усмехнулся и добавил:

— Если не считать того, что разочаровал дочь его светлости Холдора.

Это странное признание отчего-то больно кольнуло Лавандею под сердцем.

— Так ты был у Ифи?

— Случайно. Я искал не ее.

— А кого?

От него пахло потом и мраморной пылью, но запах этот, мужской, терпкий, настоящий, опасно вскружил ей голову. Иначе как объяснить то, что она задает такие странные вопросы?

И, как юная девчонка, втайне надеется услышать лестный ответ.

— Леди Мирту. И леди Амелию.

Ну да. Разумеется. С чего бы ему искать Лавандею? В ее бывших покоях, после того, как она сама же и пригласила его, поманив исполнением любого желания.

— Зачем?

В дверь наконец постучали, и Брант вновь трепыхнулся. Лавандея с силой вжала ладонь в его грудь и выразительно поднесла палец к губам. А затем, отпрянув, запахнула халат, взбила и без того растрепанные волосы и попыталась придать себе как можно более сонный вид.

Приоткрыла дверь — так, чтобы та загораживала Бранта.

— Что стряслось? Что за шум вы тут устроили? — капризно протянула она.

— Простите, госпожа. Ищем злодея.

— Злодея? — удивленно переспросила Лавандея, растерянно приподняв брови. — В моих покоях? Уверяю вас: никакой злодей не прошел бы сквозь магическую защиту. Но если хотите устроить обыск…

Молодой стражник, взглянув на нее, смутился и отвел глаза.

— Простите, госпожа. Нам следовало убедиться, что вы в безопасности. Рад, что это так. Но у леди Мирты заперто, и мы думаем…

— Ломать дверь? — насмешливо перебила его Лавандея. — Не стоит. На покоях леди Мирты такое же защитное заклятие, а сама она наверняка сейчас крепко спит.

— Но служанки…

— Не могут открыть. — И Лавандея достала из кармана увесистый ключ, помахала перед лицом парня. — Никаких соблазнов для юных девиц ночью. Но чтобы ты не волновался, доблестный воин, я прямо сейчас схожу и проверю.

Дверь за собой она аккуратно закрыла, искренне надеясь, что Брант Лакнир не учудит еще большей глупости и сам не выскочит в коридор. Демонстративно прошлась босиком по холодному полу анфилады, отперла ключом соседние покои и, обворожительно улыбнувшись, скрылась внутри.

Три испуганные няньки, сбившиеся в приемной комнате перед лампой, разом охнули. Одна из них очертила над собой защитный знак.

— Не бойтесь, — закатив глаза, велела Лавандея. Что-то слишком многих сегодня ей приходится успокаивать. — Они там какого-то злодея ловят. Тут не пробегал?

— Нет, госпожа.

— Ну и ладно. Возвращайтесь в свои постели. И не вздумайте высовываться! — предупредила еще раз.

Девушки энергично закивали головами, а Лавандея, выполнив долг хранительницы порядка, вернулась в коридор и заперла дверь на ключ.

— Леди Мирта спит в своей постели. Няньки при ней. Злодеев внутри нет. Так что продолжайте искать, ребята. Как найдете — приведите хоть посмотреть, что за фрукт.

Внутренне позлорадствовав над унылым видом «ребят», Лавандея скользнула в свою комнату.

Брант Лакнир, хвала всем богам, стоял на том же месте, прижавшись спиной к стене. Какое-то время они буравили друг друга взглядами, но Лавандея сдалась первой и отвернулась, чтобы зажечь стоявшую на камине масляную лампу.

— Я все слышал. И знаю, что ты солгала, госпожа. Леди Мирты нет в ее покоях.

Лавандея хмыкнула и вновь повернулась к нему лицом.

— Любопытно, откуда ты это знаешь?

— Я был в ее спальне.

Вот так-так. А злодей-то у нас шустрый.

— Ты что же, во всех женских покоях сегодня за ночь успел побывать?

Она могла бы поклясться, что щеки Бранта Лакнира прямо сейчас наливаются краской. Жаль, полумрак и желтые блики от лампы не дают как следует насладиться этим зрелищем.

— Я искал леди Мирту. Но ее там нет.

— Разумеется, нет. Потому что она у меня.

— Что?

Удивление на его лице — ну просто загляденье. Несколько мгновений Лавандея любовалась живым, искренним выражением его лица, а затем позволила себе подойти чуточку ближе, чтобы еще разок вдохнуть запах Бранта Лакнира.

Искушающий.

— Она здесь. В этих покоях, в спальне для прислуги. Я забрала ее к себе.

Он взволнованно подался вперед — так близко, что Лавандея ощутила себя тающей свечой.

Со сладким туманом в голове вместо разума.

— Почему?

— Что почему? — не поняла она, потеряв цепочку его мыслей.

— Почему ты это сделала?

— Чтобы защитить ее от дури Ингита. А теперь мой черед задавать вопросы. Зачем ты искал Мирту?

— Чтобы защитить ее от… дури графа Холдора.

Она невольно улыбнулась — и его ответу, и этой легкой заминке в его словах. Его лицо — такое близкое, такое открытое — на миг озарила ответная