немногое, в масштабах всего ледяного катаклизма, случившегося здесь. Но вокруг места, где был вход в карман, наступила настоящая весна. Слякоть, глубокие лужи, мокрый снег… и пение птиц! Вот уж кто бы мог подумать, что они так быстро среагируют на потепление. Их наверняка в Сокольниках и не было, улетели в более тёплые районы. Но как только стужа отступила, начали возвращаться.

Сама гора заметно просела. Нет, не растаяла, а как будто немного съёжилась, как сугроб под ярким солнцем.

Но самое удивительное было не это. На плоской вершине, там, где был невидимый отсюда кратер, возвышался какой-то бугор. Торчала какая-то шишка. И я ни секунды не сомневался, что это Иггдрасиль. Началась трансформация, и туша Карачуна из горизонтальной крабовидной лепёшки начала вытягиваться вверх. Процесс только-только зарождался, но то, что он идёт, приятно грело душу. Значит, всё в порядке, значит, моя программа работает!

Антон, как и обещал, до ухода вернул мне пустую поясную сумку и клюшку. По его словам, клюшка теперь была гораздо прочнее, можно сказать вечной. Шейный платок занял своё место на мне, и, надо сказать, я почувствовал себя значительно спокойнее. Успел уже к нему привыкнуть и оценить эффективность.

Также я забрал свой кожаный рюкзак, в котором было много всякого по мелочи. Дублёнку, естественно, брать не стал, сдал в гардероб. Мне сказали, что она будет там ждать моего возвращения. Ведь уже и зима не за горами… эх, дожить бы!

На мне была кожаная куртка, прихваченная из квартиры Ани. Она тоже вчера сильно пострадала, но была за ночь очищена чьими-то заботливыми руками. Забыл спросить, кто это сделал и не поблагодарил. Куртка была почти как новенькая!

Алиса тоже накинула чёрную кожаную короткую куртку. Это было хорошо, потому что в своём чёрном обтягивающем комбинезоне она смотрелась эффектно, но слишком вызывающе. Я бы вообще предпочёл, чтобы она ходила в плаще… но поди, убеди её! На моё предложение она только хмыкнула и даже не удостоила ответом.

— Вы смотритесь прямо парочкой! — умилительно сложив руки на груди, сказала Амина.

Я укоризненно на неё взглянул, но говорить что-то было бессмысленно.

Мы направились к выходу из парка.

— Мы на рыбалку, скоро вернёмся! — помахала рукой остающимся здесь Алиса.

И ей я тоже ничего говорить не стал. Хочется им шутить, что уж тут поделаешь. А то, что зачастую это совершенно неуместно… не понимают. Не видят берегов. Но ведь это не делает их плохими людьми? У каждого есть какие-то раздражающие черты характера. Я тоже не исключение… правда, все меня так захваливают, что я и сам иногда перестаю воспринимать себя адекватно. Нужно быть с этим поосторожнее и не впадать в эйфорию. А то гордыня она такая, опутает, и не выберешься потом.

Как раз об этом ночью говорила Снегурочка…

Шокированный этой мыслью, я остановился и потряс головой.

Стоп! Никакая Снегурочка ничего мне ночью не говорила, это был просто сон!

Но он вспоминался мне настолько ярко, как будто это было на самом деле.

— Забыл что-то? Или, наоборот, вспомнил? — со смехом сказала Алиса.

— Да нет, просто превращаюсь постепенно в чудика, — улыбнулся я, — последствия жизни в постоянном стрессе.

— Отлично! — сказала Алиса, — может быть, хоть немного ко мне приблизишься по уровню! — и она заливисто рассмеялась.

— Ну, ты-то придуриваешься, а я на самом деле чудить начинаю!

Я обернулся. Все, кто вышел нас провожать, а там было больше десяти человек, продолжали стоять и смотреть нам вслед. Я ещё раз им помахал, поправил рюкзак, поправил сумку на поясе и клюшку и зашагал вперёд более быстрым и уверенным шагом.

— Э-э-э-э! Куда полетел? — возмутилась Алиса, догоняя меня.

— Вот чего-чего, а летать я, к сожалению, так и не научился! — сказал я.

— Да? А говорят, что вчера летал, ещё как! — сказала Алиса.

— Вчера летал, только вот полёт этот был неуправляемый и вполне мог закончиться моей смертью. Повезло, что я ещё жив! — сказал я.

— Да ты вообще везунчик! Тебя ведь уже не раз хоронили, а ты всё время возвращаешься, — сказала Алиса, — удивительно просто!

— Да, — согласился я, — удивительно! И когда-нибудь это везение закончится. Не окажется рядом человека, который сможет вытащить меня с того света и ку-ку! Нет больше Алика. А ведь тогда, на реке, когда мы с Водяным бодались, меня Рита спасла…

Сказав это, я задумался.

— Ну всё, погрузился в ностальгические воспоминания! — сказала Алиса, — ладно, наслаждайся своим прошлым, не буду мешать.

Она замолчала, и некоторое время мы шли молча.

— Смотри-ка! Снежинка почти полностью развалилась! — сказал я, указывая на здание, где находился раньше «логотип» Карачуна… или того, кто его прислал. Так, наверное, будет вернее.

— Какая снежинка? — удивилась Алиса.

— Вот там, видишь дыру в доме? Там была огромная снежинка, — сказал я, — а сейчас от неё одни огрызки остались. Развалилась почти полностью!

— Ну, так лето же, какая снежинка! — рассмеялась Алиса, — несезон!

— Да уж! — вздохнул я.

Мы дошли до выхода из парка и направились к метро «Сокольники».

— Знаешь, — сказала Алиса, — я дорогу, по которой мы сюда пришли, практически не помню. Частенько в кармане находилась, а когда нет, было не до того, чтобы по сторонам смотреть. Мы же удирали от чёрных. Боялись, что они нас снова куполом накроют. И всё никак не могли оторваться. Тоже была целая эпопея!

— И в такой напряжённый момент Рита от вас ушла? — удивился я, — так она же могла к этим самым чёрным и попасть!

— Могла! — не стала спорить Алиса, — но, правда, ушла она в момент некоторого затишья, когда мы думали, что смогли оторваться. Это потом снова на чёрных наткнулись. Так что у Риты был шанс проскочить. Да и вовсе не обязательно её с нами бы стали связывать!

Мы прошли мимо метро, перешли дорогу и углубились в застройку.

— Здесь я ножками шла, поэтому помню, — сказала Алиса, — дальше будет сложнее, но зато я помню место, где мы с Ритой разбежались. Тебе же именно оно важно, сам путь роли ведь не играет, да?

— Да, — кивнул я, — сам путь не важен.

Там, где мы сейчас шли, было уже совсем тепло. Снега и льда было мало, поэтому земля и здания прогревались довольно быстро. Вообще, было полное ощущение, что мы если и не из зимы, то, по крайней мере, из ранней весны идём в лето. Прямо ножками проходим через сезон. С каждой минутой и погода, и окружающая обстановка становились всё более и более летними.

Я поймал себя на мысли, что рядом с Алисой чувствую себя спокойно и уверенно.