— Подавлять ребенка – это жестоко, – резко кинул Ирман, и в ответ на его слова мелкая еще сильней взбрыкнула, меня выгнуло дугой, я не сдержала крика.

— Ты идиот, Ирман, провоцируешь ее. Если ты не успокоишься, мелкая, то убьешь это тело, и сама погибнешь так и не обратившись. У Надежды хватит сил тебя удержать и не дать выйти, но твои брыкания могут убить вас обоих. Не заставляй применять к тебе силу.

Мелочь уже ни на кого не реагировала, а рычала и брыкалась, ломая мне кости.

Деймон с Ирманом переглянулись, вдвоем частично обратились и рыкнули на нее. Мелкая дракошка мигом затаилась.

— Она привыкнет к вашему рыку и перестанет реагировать, – прохрипела, приходя в себя.

— К этому невозможно привыкнуть, – мотнул головой Деймон. – Когда вы вырастете, точнее ваша драконица, потом у вас будут дети от другого дракона, то вы это поймете. Увидите на своем опыте.

— А у вас типа уже есть дети?

— Нет, – попытался пояснить Ирман, – но мы с детства помним этот рык родителей. К нему невозможно привыкнуть и приспособиться. Правда, и родители пользуются им не все время, а только когда ребенок не слышит и не хочет подчиняться, и при этом может навредить сам себе. Как у вас сейчас. Она могла убить вас обеих. Как вы себя чувствуете?

— Больно, тело болит.

— Ирман, зови целителя.

Пока Этьен работал с моим телом, слышала скулеж мелкой. Она только сейчас поняла, что сделала и себе больно. Я специально попросила не убирать боль, чтобы мелкая прочувствовала всю прелесть сломанных костей, и как это, когда их сращивают. Следующие пару дней я лежала пластом. А мелочь пыталась подлизываться. Говорить она пока не могла, но вот эмоциями пыталась задобрить меня. Я лежала почти не реагируя на нее. Потом не выдержала и сказала ей:

«Чего ты хочешь? Обернуться сейчас все равно не сможем. Ты даже знаешь по каким причинам, одно – это магическое и физическое истощение. Другое – это то, что ты не поддаешься контролю, а это опасно».

Мелкая прислала мысль, что пока я не обернусь, она не сможет взрослеть.

— Физически может и не можешь взрослеть, но голову в работу ты можешь включать уже сейчас. Давай, чтобы ты меня начала понимать, я тебе покажу свою историю. Заодно, может, поймешь, почему нам перекрыли возможность полететь в империю драконов.

Мелкая радостно заурчала, хорошая история ей была интересна. Кажется, начинаю учиться с ней взаимодействовать. Стоит помнить, что она еще маленький ребенок, и ведет себя соответственно.

Показ моей истории занял несколько дней. Я периодически проваливалась в сон. О чудо, мелкая проказница слушала и смотрела мои воспоминания с большим интересом. И даже когда все кости срослись, и я восстановилась, драконица перестала пытаться взять власть в свои маленькие загребущие лапки.

Решила воспользоваться моментом и слетала в гости к Роме. Показала мелкой Александра и объяснила ей, что он это реинкарнация моего первого супруга. Ощутила одобрение от малявки. Саша тоже с интересом посмотрел на меня, особенно когда глаза у меня изменились. А вот в мою «сокровищницу» пришлось брать с собой и всю охрану. Драконы оценили и руками ничего не трогали. Мелкая пришла в восторг от украшений и дала ощутить, что их маловато. Я только тихо фыркнула и села писать дневник.

— Мало ей украшений. По-моему, тут ценность в другом, – озвучила я свои мысли ни к кому конкретно не обращаясь.

— Почему именно в этом дворце тайник? – спросил Дейман.

Пожала плечами, а через время ответила:

— Наверное, потому что я его больше, чем любой другой воспринимаю как отчий дом.

С мелкой врединой старалась общаться, как с ребенком, и постоянно себе напоминала, что она маленькая. Проходило время, а я все еще не замечала развития ее умственных способностей. Задала этот вопрос своим «нянькам».

— Так это закономерно, вы же не обращаетесь, и она не может развиваться.

Я только и могла, что зажмуриться и с силой сжать кулаки. Это было плохо, я теперь ближайшие пару сотен лет буду соседствовать с маленьким ребенком, который не развивается ни умственно, ни физически. Обратилась к богам за советом.

«Это даже к лучшему, тебе будет нескучно».

Услышала ответ Энии и поняла, что это своеобразный юмор.

Спарринговать приходилось учиться заново, потому что мелкая отвлекала своим испуганным писком и злобным шипением. Деймонд с Ирманом были не в восторге от моих тренировок. Больше воспринимали меня ребенком.

— Бесите, – бросила я резко, – если не нравится, можете не смотреть. А мне еще пару сотен лет тут жить, и я должна уметь постоять за себя. Мелкая может просто забиться в угол моего сознания и не отсвечивать. А я не могу так сделать. И кто-то из нас двоих должен уметь постоять за нас обеих. И пока она не может защитить себя, это должна делать я.

— У тебя много охраны, два дракона и три волка, – раздраженно выдавил Деймон.

— Это просто замечательно. Но есть нюанс: когда охрана рядом, обычно все хорошо. Но стоит охране отвлечься, или с охраной что-то случится, или я банально почему-то останусь одна…

Деймон раздраженно зарычал на меня. Мелкая сразу забилась в угол. А я только выгнула в удивлении бровь.

— Женщина, бесишь!

— Я бы попросил к императрице соответствующие отношение, – зло рыкнул Артур, стоя в дверях тренировочного зала.

— Артур, не мешай разборки устраивать, – легкомысленно отмахнулась я. – У Деймана давно не было женщины, а во мне он видит только ребенка.

— Бабушка!

— Что?! Я взрослая женщина и мне тоже хочется ласки порой. А вот некоторые просто бесят. И да, я не спорю, он мне нравится, – показала пальцем на Демона.

Дракон сконфуженно посмотрел сначала на меня, потом на императора.

— А во мне видят только ребенка, – сказала тихо, – и, боюсь, я сама не смогу быть с мужчиной, когда кто-то мелкий подсматривает.

Артур удивил нас своей реакцией, он просто рассмеялся.

— Что ты, прости господи, ржешь? – строго спросила у внука.

— Иду мимо, слышу рык, думал тебя тут обижают. А у вас семейные разборки.

— Какие, к черту, семейные разборки, даже намека на симпатию, – выдала раздраженно, бросила Эндрю свой шест и пошла прочь из зала.

— Бабушка, – позвал