как бы дел не наворотил. Да, мы не видели того, кто за всем этим стоит, а жаль. Мне он как раз и нужен.

— Успокойся. Просто подыши. Вдох, выдох, вдох, выдох.

— Отвали. Не надо на мне использовать свои психологические методы.

— Ты не сможешь нормально вести с ними разговор, если будешь, как набитый индюк. Выдохни, Рид. Они ничего ей не сделают.

— Я как будто попал в какой-то водоворот идиотизма. Почему все от меня чего-то хотят?

— Они используют на тебе газлайтинг.

Выкручиваю руль чуть вправо, потому что какой-то идиот не пытается даже притормозить — обгоняет нас. Мне бы и самому похоже успокоится. Осекаюсь, понимая что Рид молчит, но выдыхаю на следующей его фразе, понимая, что именно его так озадачило.

— Ты прикалываешься? Я должен знать, что это ещё за хрень?

— Блин, чувак, прости, — я усмехаюсь. — Я забыл, что это не обычное слово из жизни.

— Долбанный психиатр, я слушаю тебя.

— Это вид психологического насилия. Главная задача которого — заставить человека мучиться и сомневаться в адекватности своего восприятия окружающей действительности через постоянные обесценивающие шутки, обвинения и запугивания. В твоём случае запугивания. Все это делают с помощью близких. В конечном счёте, ты сойдёшь с ума от этого и перестанешь воспринимать мир так, как сейчас, — я взмахнул руками и выдохнул. — Но Рид, тебе нужно просто принять этот факт. К сожалению, мы с тобой влипли в это по полной программе. Ты не сможешь убедить Пола, что не любишь Грейс. Он всё равно не поверит. А если и поверит, то обязательно проверит. И тут ты проколешься. Ты как открытая книга, когда она рядом.

— Говно. Я рад, что она появилась в моей жизни. Но лучше бы, когда я разобрался с этим дерьмом. Боже. Впутывать её во всё это….не знаю, как справлюсь.

— Мы справимся, обещаю. В конечном счете, всё будет так, как должно быть.

Сам не верю в это, потому что мне бы не хотелось, чтобы они узнали об Оливии. Она может и сможет сама себя защитить, учитывая, что она — огонь в человеческом обличии, не удивлюсь, если она владеет ещё всеми приёмами ниндзя и знает все языки мира. Девушка — загадка.

Вспоминаю, как проснулся утром, а она испарилась, словно сон, который я видел и не досмотрел.

Я наркоман, просто наркоман, потому что хотел забрать её обратно, утащить и прятать рядом с собой.

Но может это и хорошо, что её нет. В моей жизни сейчас много и без того дел, которые нужно решить, и, в конечном счёте, возможно, и жизни я лишусь.

Мы выходим из машины, и сразу же натыкаемся на самовлюблённого придурка с психозом первой стадии.

— Я надеялся, где-то в глубине души, что вы не придёте. Так хотелось поиграть с девушкой Рида, — Пол поднял на нас глаза и мерзко улыбнулся.

Я лишь надеюсь, что Рид дышит, как я учил.

Надо брать всё в свои руки.

— Чего ты хочешь?

— Я хочу вас, ребятки. Хочу, чтобы вы на меня работали. Но я не идиот. Я хочу предложить тебе, Рид. Сделку. Один на один. Я отстою от Грейс, а ты делаешь одно дело для меня.

— Чёрта с два. Индюк. Ты вздумал мне угрожать? — мой друг двинулся вперёд, но я встал перед ним, покачав головой.

— Где гарантии, что ты не врёшь. Что так, как ты скажешь, так и будет. Отстанешь от неё и от нас.

— Сомневаюсь, что я отстану от тебя, Райан. Это последнее дело не твоё, а его. Твоё будет чуть позже. Но да, честное слово. Клянусь.

И самое интересное, что про него я нарыл — он человек слова. И это бесит, хоть что-то хорошее в нём есть.

— Мы подумаем, — Рид развернулся, чтобы делать ноги, так как его кулаки уже покраснели от желания кому-нибудь вмазать.

— Но но но, мой мальчик. Ты решишь тут, сейчас. Безоговорочно. Я не собираюсь снова ждать ответа, ходить и маяться. Если ты не можешь сделать правильный выбор, я тебе помогу, — он махнул кому-то рукой.

К нам поднести телефон. На нём я увидел свою Оливию и Грейс, что шли по торговому центру. Что, Лив не хватило того раза, чтобы купить всё нужное? Остались бы дома, в безопасности!

Не знаю, что меня бесит, но я вдруг отчётливо понимаю, что Оливия там, с ней, с Грейс. И она в опасности, и я словно не я, как бык...

— Не смей.

— Так чья она девушка, не пойму. Или ты на рыжую запал?

Я запал на желание тебя размазать, подлая мразота.

Что я так говорил? Дышать? Что эта девочка со мной сделала? Почему я стал эмоциональным, с сильнейшими желаниями яростно отстаивать своё?

— Ты ничего им не сделаешь. Они в людном месте. Манипулировать будешь кем-то другим. Рид сказал, что подумает, значит, подумает, — я отдал телефон одному из прислужников.

— Десять минут, мальчики, — Пол вышел, сел в машину и уехал.

— Ты знаешь, где они? — я повернулся к Риду.

— Да.

Без лишних вопросов, я побежал к машине, надеясь, что Лив не придётся доставать свою пушку и сносить всем головы, потому что...ну нет.

Краем глаза уловил движение, отметив, что, видимо, Блейн успел поставить маячок на машину Пола. Лишь надеюсь, что Пол знаком с главным и приведёт нас точно в его логово.

Глава 22 "А зачем ещё жить?"

Оливия

Синяк на скуле я замазала тональным кремом, даже не кремом, а каким-то блин жирным и ужасно неприятным густым нечто. Так плотно, что когда взглянула на результат — ужаснулась. Я выглядела просто ужасно, кошмарно даже.

На моей бледной коже не осталось ни одной веснушки, а лишь бледно рыжое полотно.

В итоге смыла, оставив как есть.

Как обычно любят говорить? Ударилась об дверь?

Грейс в это поверит, она слишком наивна и добра, чтобы иметь хоть какое-то представление о том, что это такое, когда тебя бьёт собственная мать. Сара ведь была прекрасной и любящей, всегда заботилась и помогала ей. Даже если говорить о том, что она поняла Грейс, когда та рассказала ей о специфике своей работы. (Имеется ввиду то, что происходило в книге "Доверь мне свой секрет" Грейс — танцевала в клубе). Сара поняла её, приняла и даже поцеловала в щёку.

Мои родители бы не поняли, я даже не знаю...убили бы? Нет, слишком просто, но по методу моей матери — избили. И хоть папа никогда не поднимал на меня руку,