– Нет…

Я наклоняюсь к её уху, шепчу, обжигая дыханием:

– Кого будем обманывать? Ты так потекла от меня…

Она огрызается, пытается ударить меня словами, но я только усиливаю хватку. Пальцы находят самое чувствительное место, надавливают, дразнят, будто приручают дикое животное. Я чувствую её дрожь, слышу прерывистое дыхание, и это сводит с ума. У меня уже такой стояк, что я с трудом держусь, если честно… Тянет безбожно к этой сучке. Тянет и мажет по ней… Будто нарика…

– Ну же, Асенька… Дай мне что-нибудь…

Внутри меня бушует ураган. Желание, ярость, азарт – всё сливается в один мощный поток. Я так хочу её… Пиздец просто. Прямо тут бы трахнул, если честно…

Моя ладонь скользит по её бедру, поднимается выше, проникает под ткань. Она влажная. Очень влажная. И это знание ударяет в голову сильнее любого алкоголя.

– Ты вся течёшь, – шепчу я, чувствуя, как её тело отвечает на каждое прикосновение. – Чувствуешь... Хоооочешь…

Она пытается что‑то сказать, но я снова накрываю её губы своими, не давая шанса на сопротивление. Мой язык проникает глубже, исследуя, подчиняя. Она стонет тихо, почти неслышно, и этот звук пронзает меня насквозь, пока я кружу её гладкую влажную киску… Ася прикусывает нижнюю губу, извивается передо мной на столе…

– Хотела бы поехать со мной куда-нибудь? Где мы будем только вдвоём… А?

Но внезапно раздаётся стук в дверь.

Ася дёргается, словно от удара током, вырывается, отпрыгивает, падает на стул, торопливо оправляя юбку. Делает вид, что ничего не было. Её грудь вздымается, щёки пылают, глаза блестят от слёз или от возбуждения? Хрен её знает, но у меня такая елда в штанах, что мне идти неудобно, а надо, блин…

Пиздец… Убил бы…

Иду открывать дверь, и вижу рожу ректора…

Он смотрит на нас с лёгким укором по очереди.

– У вас двоих всё хорошо?

– Да, занимаемся, – отвечаю я на нервах. Только-только уломал, блядь. Надо было так обломать мои планы…

– Кирилл, просто твой отец мне звонил удостовериться, что ты здесь… – произносит сухо. – Извините, если отвлёк. Занимайтесь.

Он уходит, а я закрываю дверь, оборачиваюсь. Даже не скрывают, блядь, что ходят за мной как ищейки…

Ася сидит, сжавшись, смотрит на меня широко раскрытыми глазами. В них смесь страха, стыда и чего‑то ещё. Чего‑то, что она сама боится признать.

– Зачем я тебе? – спрашивает тихо. – Чем ты таким занимаешься?

Я подхожу, наклоняюсь к ней, улыбаюсь…

– А ты точно хочешь это знать?

– Да, хочу…

– Зарабатываю бабки и бешу отца. Всё, о чём ты в тайне мечтаешь, детка…

Она молчит. Я слышу только её дыхание. Частое, прерывистое, которое полностью выдаёт её состояние... И я знаю, что она уже на крючке. Она меня пиздец хочет… Хотя, допустим, в этом мы с ней солидарны пока…

Я делаю шаг назад, даю ей пространство, но мой взгляд не отпускает её. Я вижу, как она борется с собой, как пытается собраться, но её тело помнит каждое моё прикосновение.

– Хочешь продолжить? – спрашиваю я, отходя к окну.

Она поднимает глаза, в них растерянность, но и что-то ещё… Что-то, что заставляет меня улыбаться.

– Я же всё ощущаю, Ася. Не надо мне врать… С ним у тебя так же? Хер поверю, малыш… Он – не твоё, – говорю уверенно и резко… – Подобные персонажи ничего кроме жалости не вызывают.

И я знаю, что она хочет продолжения со мной.

Очень этого хочет…

– Только если ты расскажешь мне всё полностью. О себе и о том, чем ты зарабатываешь, Кирилл. Только так и никак больше…

Глава 22.

Ася Замкина

Меня до сих пор колотит. И даже когда я ставлю ему такое условие, похоже, что это я у него на крючке, а не он у меня… Нужно расстаться с Ромой… Нужно всё ему рассказать. Я так не смогу. Уже не могу. Это отвратительно…

Чем я тут занималась…

Его пальцы трогали меня там… Где вчера я трогала себя сама, думая о нём. Боже…

Только его эффект был более внушительным. Я бы даже сказала ошеломляющим…

А сейчас, когда он смотрит на меня таким диким выражением лица, мне становится не по себе…

– Ты кем себя возомнила, малышка?

Слушаю его и внутри всё горит. Словно кто-то вылил горячительную смесь и поджёг. Удивительно, как Кириллу удаётся совмещать такие грубые посылы с милыми обращениями… Малышка, крошка, детка… И голос его как лезвие ножа. Буквально всегда… Так будоражит.

И я знаю, что мне с ним надо так же, иначе он не примет меня как равную… И будет относиться, как к любой другой своей давалке. Мне вот это всё нафиг не надо.

– Никем. Но условия такие. Либо принимаешь, либо нет…

– Хах… – выдаёт он, глядя на меня исподлобья. Нарочно опускает подбородок и делает этот угол обзора, от которого у меня все кишки скручивает. Только он так смотрит. Словно хищник перед броском… – Ладно… Допустим… Я расскажу. Поедешь со мной в отель?

– Поеду, – отвечаю я дрожащим голосом, пока он изучает меня со стороны.

– Прямо сейчас…

– Я не могу сейчас.

– Да мне поебать можешь или нет. Я хочу сейчас…

Я слышу, как сердце в груди тарабанит. Какой же он наглый, а… И что я вот так соглашусь?! Я не могу… Мне нужно Роме как-то объяснить, что всё кончено, потому что… Боже, да я вообще не планирую спать с Кириллом, я не смогу просто…

Хотя где-то на затворках разума звучит это его «ссыкуха».

Я чувствую, что реально так. Все вокруг мной помыкают. Требуют от меня чего-то… А по факту тело моё хочет лишь быть раскрепощённым. И оно чувствует это только рядом с ним.

– Давай так… Я позвоню сначала… и поеду с тобой.

– Ок. Не вопрос. У тебя пять минут, дорогуша, – бросает мне, отвернувшись к окну и засунув руки в карманы…

Я выхожу оттуда почти на цыпочках. Не знаю, как буду разговаривать с Ромой. Не знаю, что сказать. Мне так стыдно, но…

Это не про меня. Не моя история…

Я набираю его номер, вслушиваясь в гудки. Где-то в глубине души мне было бы легче, если бы он не взял трубку… Но, конечно, это не уняло бы моей