– Поцелуй меня, ну же…

– Асенька, блядь…Если ты сейчас не остановишься, я тебя отсюда не отпущу, нахрен… Выебу».

Боже Боже Боже…

Импульсы бегут стрелкой вниз… Диктуют, что мне делать. Руководят процессом…

– Выебу, выебу… Выебу, – звучит на ухо снова и снова… Я таких слов раньше и не слышала в жизни. Мне никто не говорил подобных вещей. Я всегда думала, что это пошло, а сейчас… У меня ощущение, что я готова сутки напролёт это слушать… И отвечать…

– Выеби… Хочешь – выеби… Кирилл…

Нет, нет… Нет… Что я несу вообще…?! Мамочки…

Что-то острое нарастает… Я чувствую, как поджимаю пальцы на ногах… Чувствую, как меня накрывает чем-то… Пыхчу себе под нос, уткнувшись лбом в кафель… И трогаю себя, направляя струйки душа прямиком на пульсирующий участок… Кажется, что сейчас взорвусь.

Дышу громко и надсадно. Ощущаю, как тяжесть в животе начинает превозносить меня… Как внутри нарастает огромный шар, который вот-вот разлетится на части прямо внутри меня… И когда это происходит, я распахиваю глаза, глядя на то, как вода стекает с моей головы… По груди и животу… Как движется пространство. И как меня всю потряхивает после этого… Оргазма.

Я кончаю с мучительным стоном, пытаясь сдержать лишние звуки… Прикусываю губу…

Не знаю сколько так ещё стою, но вместе с водой из глаз бегут и слёзы, напоминающие мне настолько безобразно я только что себя повела…

С трудом я начинаю чувствовать тело снова… Быстро закутываюсь в халат и наматываю полотенце на голову, возвращаясь в постель…

Снова хватаю телефон, а там вижу ещё одно новое сообщение…

«Спокойной ночи, моя послушная девочка. Завтра в то же время в аудитории. Надень юбку покороче. И не опаздывай…».

Сразу две главы. Листаем

Глава 20.

Ася Замкина

Утро встречает меня стыдом и головной болью. Не от алкоголя – от мыслей. От воспоминаний. О том, что делала с ним и о том, что делала после… С мыслями о нём в душе… Боже… Я – ужасный человек…

Целый час ворочалась в постели, прокручивая в голове вчерашний вечер: жаркие губы Кирилла, его руки, запах кожи, смешанный с неоновым дымом бара… И этот поцелуй в машине… Такой жадный, такой настоящий. У меня никогда раньше такого не было… Я просто горела вместе с ним.

А теперь надо в универ. К Роме.

Я предательница...

На кухне стоит ледяное молчание. Мама косится на меня, поджимает губы. Вчера я вернулась пьяная, еле на ногах держалась. Хорошо, что отчим не видел, он бы точно устроил скандал на весь дом. Объясняя мне моё место и то, какая я неблагодарная дура…

– Будешь сыр? – спрашивает мама без интонации.

– Нет, спасибо, – бормочу, наливая себе кофе.

Мы перекидываемся обрывками фраз: «Соль передай», «Уже поздно, не опоздай». Всё сказано сквозь зубы. И я тороплюсь поскорее уйти отсюда.

В универе прячусь в туалете перед парами. Хочу умыть лицо. Мерса его не видела – уже хорошо. По правде говоря, и не желаю больше видеть.

– Что? – вздрагиваю, услышав восторженный смех лучшей подруги со стороны…

Она улыбается во весь рот и смотрит на меня так подозрительно… Отодвинув ворот моей блузки, прикрывает ладонью губы и хихикает.

– У тебя засосы, подруга… У‑у‑у… Кто оставил?! Морозов?

Я тут же напрягаюсь… Смотрю в зеркало, отодвигаю волосы… И замираю.

На шее огромный багровый след. Не засос. Засосище…

Я чувствую, как к глазам подступают слёзы. Всё. Конец. Теперь все увидят. Все поймут… Особенно Рома и…

– Ась, ты чего? – Лизка мгновенно меняется в лице. Подходит, обнимает. – Ну и ладно. Ну и плевать… Ты что…

Она стягивает с себя кофту с высоким воротом, натягивает на меня.

– Вот. Так никто не увидит. Рассказывай…

Я всхлипываю, вытираю слёзы.

– Это случайно вышло… Я не хотела… Ничего с ним нет и быть не может!!!

– Да хоть бы и было, – пожимает плечами Лизка. – Я бы не осудила.

Её слова греют, но не убирают тяжесть в груди. Я не знаю, что мне делать. Я будто в мгновение стала худшей версией себя. Внутри всю колотит… Я еле справляюсь с этим давлением внутри… Но мне хочется… Хочется раскрепоститься, как вчера. Потому что именно вчера я ощущала себя живой… За весь последний год впервые…

Мы выходим из туалета, потому что я не хочу опаздывать на первую пару…

А в коридоре меня ловит Рома. Обнимает со спины, прижимает к себе.

– Привет, солнце. Ты какая‑то бледная. Всё хорошо?

Я не знаю, куда себя деть. Хочется вырваться, но нельзя. Нельзя показывать, что внутри всё горит от стыда…

– Да, – выдавливаю улыбку. – Просто не выспалась.

И в этот момент мимо проходит Кирилл.

Он нарочито резко задевает Рому плечом, словно пытается демонстрировать мне свою власть надо мной…

– Ходи аккуратнее, слышь, – цедит ему сквозь зубы.

Рома сжимает челюсти в ответ, но молчит. Думаю, он его боится. А Кирилл даже не оборачивается… Только бросает на меня короткий, обжигающий взгляд, от которого я задыхаюсь.

Пары проходят как в тумане.

Но на репетиции я повторяю движения, а мои мысли где‑то там – в неоновом баре, в машине, в этом поцелуе. Сама не понимаю, как так получается… Я вспоминаю и танец выходит совсем другим. Более сексуализированным, что ли… Даже девчонки замечают это… Лиза так вообще ржёт надо мной, подстёгивая.

– Пилона не хватает…

– А вам не кажется, что так эффектнее?

Подруга склоняется к моему уху.

– Кажется, душа моя, только не у всех есть любовник, чтобы это повторить…

Я тут же шикаю на неё, а она хихикает.

– Шучу… Шучу!

– Давайте немного добавим раскрепощенности… Я только сейчас поняла, что мы тут на записи как роботы… Чётко – да, но… Нет остроты… Вообще ничего нет. Мы не чувствуем друг друга…

Телефон вдруг вибрирует. Сообщения от Кирилла:

«Ты избегаешь меня?».

«Не будь ссыкухой. Я думал, ты решила для себя что‑то. Тебе нравится жить так? Ничего не чувствуя, словно собака на поводке? Я жду тебя в девять в аудитории. Дам время. Красивую юбку надела…».

Сердце стучит быстрее. Я хочу ответить. Хочу сказать «нет». Но вместо этого молча кладу телефон в сумку.

Мы танцуем дальше… Что-то начинает получаться гораздо лучше… Мне нравится. Я впервые чувствую от танца отдачу. Не просто