Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Следы были очень хорошо различимы. В отдельных следах было видно, что человек шел или босой, или в одном хлопчатобумажном носке, так как отпечатались пальцы стопы…
Ниже всех был виден один след в ботинке. Очень хорошо отпечатался каблук и пяточная часть, а промежуточная часть не отпечаталась».
Из допроса Масленникова:
«Следы видны на ограниченном участке склона под палаткой… 8 пар следов, 9-я пара была спорной, так как следы «набежали» друг на друга. Я склонен считать, что здесь были все 9 пар следов, этого же мнения придерживались и другие товарищи по поискам».
Из допроса прокурора Темпалова:
«Внизу от палатки, 50–60 м от нее, на склоне я обнаружил 8 пар следов людей, которые тщательно рассмотрел, но они были деформированы ввиду ветров и колебаний температуры. Девятого следа установить мне не удалось, и его не было…
Следы показали мне, что люди шли нормальным шагом вниз с горы… Куда шли следы, в том направлении строго были и обнаружены пять трупов замерзших студентов».
Сам Темпалов подтверждал, что по следам легко устанавливалось направление поисков группы Дятлова. При этом Слободина между Колмогоровой и Дятловым нашли лишь через неделю. Из пятерых найденных человек его травмы были самыми серьезными.
Казалось также странным, что вниз по склону от палатки группа Дятлова двигалась организованно, потому что, разобрав вещи группы, следствие определило: палатку разреза́ли ножом изнутри в нескольких местах, что свидетельствовало о паническом бегстве из нее. Эта разница в поведении дятловцев была в высшей степени непонятна.
Фотография отпечатка ботинка на склоне
Значит, причина паники была связана с палаткой и с событиями внутри и вокруг нее.
Вновь, как и в других случаях, следствие проигнорировало свидетельства присутствия посторонних людей на месте трагедии, а именно наличие отпечатков ботинок на склоне.
Об этом утверждал на допросе капитан Чернышов, отмечая очень хорошо отпечатавшийся каблук и пяточную часть.
Были и еще свидетельства наличия следов в ботинках.
И Масленников в черновиках к радиограммам за 28 февраля, 1 марта тоже пишет: «Один человек был в ботинках, остальные в носках и босые».
Собственно, имеются и фотографии отпечатков ботинка на снегу.
Все, что следствие в связи с данным фактом смогло сделать – это сменить в документах число найденных в палатке пар ботинок с девяти на восемь, еще не зная, что и у оставшихся четверых дятловцев ботинки не будут обнаружены.
А ведь были и еще находки, о чем 7 марта в штаб поисков радировал Масленников: «В 450 метрах под палаткой найден зажженный фонарь, в 20 метрах от палатки кусок сломанной лыжи».
Очень важной уликой является эта сломанная лыжа. В должное время, собрав всю информацию, вернемся к подсчету лыж группы Дятлова.
Все найденные трупы Темпалов фотографировал. Но, по обыкновению, без привязки к местности, не делая замеров, при этом в документах прокурор-криминалист постоянно путался в расстояниях. Собственно, так же им снималась и палатка, а найденные вещи – без приведенного масштаба.
Следователь Иванов также, несмотря на квалификацию криминалиста, причем с правом преподавания данного предмета после прохождения соответствующего обучения (подобных специалистов было мало в то время), ничем не помог старшему коллеге, который, конечно, и сам знал правила и нормы ведения следствия.
Протоколы Темпалов и Иванов вели безалаберно, не уделяя должного внимания поискам и самому расследованию, лишь периодически наезжая к месту трагедии.
Характерно само свидетельство Темпалова в документах следствия: «За это время на месте происшествия побывали криминалист Свердловской облпрокуратуры Л.Н. Иванов и прокурор г. Ивделя».
Тела погибших дятловцев поднимали на перевал к вертолетной площадке для транспортировки в Ивдель. Из первой четверки сначала вывезли только три трупа, тело Кривонищенко еще какое-то время находилось у Кедра. Останки Слободина на следующий день после нахождения первым рейсом вертолета также отправили в Ивдель.
Прокурор Темпалов передал по рации в штаб в Ивделе, чтобы для вскрытия трупов направили опытных судебно-медицинских экспертов из Свердловска.
К этому времени следствие разобрало оставшиеся в палатке вещи, ранее также переправленные в Ивдель, где они находились в камере хранения аэропорта.
Радиограмма Масленн икова и Неволина в штаб с места поисков
Осмотр вещей показал, что на четверых оставшихся туристах достаточно одежды для выживания. Выдвигалось и предположение, что они могли уйти сравнительно далеко от места, где погибла пятерка товарищей на склоне и у костра. Хотя передвижение по глубокому снегу без лыж крайне затруднительно.
Масленников передал в штаб в Ивделе: «Наиболее сильная часть группы Дятлова обнаружена, значит, все остальные тоже здесь. Надо искать под снегом».
К 8 марта 1959 года поисковики исследовали всю площадь возможного нахождения трупов, но остальных участников группы Дятлова не обнаружили.
Вторая версия следствия. Манси
Об обстоятельствах гибели группы Дятлова в документе, имеющемся в Уголовном деле, привычно для этого дела не подписанном никем из следователей, есть попытка размышления о причинах смерти пяти туристов, помимо установленного факта, что все найденные люди замерзли.
По заключению экспертизы палатка была вспорота изнутри ножом несколькими ударами. «Это свидетельствовало о том, что выход из палатки был крайне поспешным, не допускавшим ни минутного промедления.
Туристы, имеющие такой опыт, как участники группы Дятлова, ясно понимали, что покидание палатки в полураздетом виде в условиях предположительного отсутствия видимости ночью, шквального ветра и низкой температуры означает гибель».
И следствие сделало начальный правильный вывод:
«Следовательно, причиной, вынудившей туристов покинуть палатку, мог быть только страх перед немедленной смертью».
Только обвинение было сформулировано неверно.
Можно было сделать разные выводы, что за опасность грозила дятловцам, из-за которой они покинули палатку, но прокурор Темпалов по подсказке старших товарищей решил, что на туристов напали и потом убили их манси.
Этот малочисленный северный народ проживает в том числе на Северном Урале, промышляя охотой и рыбалкой. В те времена манси пасли и разводили оленей на таежных пастбищах. По данным архивов 1959 года, в Ивдельском районе было, отчасти кочевых, 44 семьи, в общей сложности 176 человек.
Манси тогда, в основном, были язычниками по вере. В тайге у них были святилища, где они совершали обряды, принося в жертву богам оленей.