– И чем ты будешь заниматься в России? Сможешь тут жить? Зарабатывать?

– Смогу. Может дом вам новый спроектирую. Хотите?

– Мой дом меня устраивает. И моя семья устраивает. Устраивала.

– Это до того, как вы перестали их дубасить…

– Так, – поднимается Ася. – Мам, было очень вкусно. Можно нам список гостей которые были на свадьбе.

Отец Аси провожает нас гневным взглядом, а мне плевать, я забывать не собираюсь.

– Ты охренел! – толкает меня эта ведьма, глазами сверкает. – Зачем ты это сказал?

– А что? Смотрю, вы быстро забыли каким ублюдком он был!

– Пять лет прошло, он никого больше не тронул, он сделал много добрых дел и искупил свою вину! Нормальные люди умеют прощать, а ты до сих пор обиду на себя держишь. Поэтому и на других злишься…

– На тебя не злюсь…

– Ооо, а это вранье. Тебя бесит, что ты постоянно хочешь меня.

На лице такое торжество, словно она познала мою душу…

– Бесило… Но порой если не можешь сопротивляться. Надо наслаждаться, верно? – хватаю ее за рубашку на груди мятую от того, что мы творили среди деревьев.

– Список,– толкает она меня и бумажкой трясет. – Давай делом займемся.

– Одно другому пока не мешало.

Ася глаза закатывает и идет в комнату. В ту самую, где она стояла возле зеркала в охренительном свадебном платье. Такая красивая, что внутренности скрутило. Но даже такая, раздраженная и сосредоточенная она мне нравится. Она садиться на кровать, разворачивает тетрадь, а я комнату ее оглядываю. Больше похожа на гостевую. Тут только рисунки ее. Раскраски.

– Ты тут не часто бываешь.

– Да ты мастер дедукции. Как зовут жертву.

– Эм, – заглядываю в дело, которое скачал себе на телефон. – Жанна Игорова.

– Она недавно школу закончила. Дочь местного продавца. Да, она была на свадьбе.

Следующие пару часов мы выясняем подробности того как уехала Жанна и с кем. Вспомнил отец Аси, когда мы спросили его. Последним. Он как раз рубил дрова, но быстро передал топор мне.

– Она с отцом уехала. Он совсем расклеился после ее смерти..

– Мне так жаль… Ее убили, – судорожно сглатывает Ася… Как тех девушек… С кем на свадьбе она общалась? Может, танцевала с кем – то? Не помнишь…

Толян хмурит брови. Я бы даже сказал, что он вспомнил, но говорить не собирается.

– Ась, куда ты лезешь? Мало тебе в прошлом досталось? А ты куда смотришь?

– Я рядом. Пусть развлекается.

– Эй! Я не развлекаюсь! Пап, начали убивать девушек, как в прошлом. Потом было наше похищение. А если снова оно будет. Того человека ведь так и не поймали!

– Вас это никак не касается, Ась. Живите, детей рожайте, раз уж сошлись. Но не лезьте туда, куда не стоит.

– А вы что – то знаете об этом?

– Я знаю только то, что если ковырять коровью лепешку она начнет вонять. Ну кто так дрова рубит. Ась. Ну что за немощный.

– Да я больше вас нарубил! Вы даже замахнуться нормально не можете.

Ася в раздумьях уходит, а я еще пол часа соревнуюсь с ее отцом. Мне сложно это признать, но выглядит и общается он как вполне адекватный человек. Может и правда терапия помогла?

Ищу Асю дома, но ее нет. Выхожу во двор и слышу смех где – то за домом. Иду на задний двор и замечаю Асю с сестрой и парня ее. Они смеются и играют в карты. Жарят хлеб… Даже обидно, что я еще не вхож на этот праздник жизни. Такой простой и радостной…Я уже и забыл, как хорошо можно проводить время без секса и выпивки.

– О, у нас новый игрок, – кивает Леша и раскидывает карты снова… В эту игру я Асю научил играть. Мы рубились часами. В конце она даже начала выигрывать. Она помнит, мельком стреляет в меня глазами, а я вспомнил, что когда мы играли, она же сидела обнаженной, не имя возможности прикрыть свою сладкую пизденку. Ася поднимает взгляд. А там отражение моего собственного безумия. Такого же горячего как вспотевшие ладони, что тру о ткань джинс.

– Ребят может вам в комнату пойти, уединиться – смеется Ирина, а Ася толкает ее. – Задумалась просо.

– Да понятно о чем. Я до сих пор помню, как она про тебя все уши мне прожужжала. Тогда еще в школе. Сначала ненавидела, а потом…

– Ира! Давай я расскажу Леше как ты следила за ним и его бывшей девушкой. М?

– Ася!

– О, я бы послушал. Учитывая что ты ее и разоблачила, – усмехается школьник.

– Она тебе изменяла. Как тебе вообще можно изменять.

– Малыш… Ты просто космос.

– Меня сейчас стошнит от этой ванили, – Ася фыркает, а я угораю. Ну что за лапочка. Нежность ей не нужна. Только грубый, сочный трах, когда даже деревья дрожат от возбуждения.

– Сдавай, Демьян, хорош на меня пялиться. Сегодня тебе все равно ничего больше не обломиться…

– Поспорим?

– А вы в школе тоже вместе были? – спрашивает Леша этот, не зная когда остановиться.

– У меня ощущение, что мы с Асей были всегда. Как единое целое…

Ася поднимает бровь.

– Это заразно что ли? – жжет взглядом. Сам понимаю, что переигрываю. Но как же нравится видеть эмоции на ее бледном личике. – Ир, а помнишь Жанну? Ты с ней общалась? Блондинка такая…

– Не особо, а что?

– Она с кем – то общалась на свадьбе? Не помнишь?

– С вашим первым женихом, – вдруг говорит Леша, смотря в свои карты. – С Ремезовым. Она как поняла, что он свободен, сразу в оборот его взяла. А что?

Глава 22. Ася

– Ремезов, точно, – этот горе детектив идет за мной в комнату. – Мне он никогда не нравился.

Смех рвется из меня толчком. Не, ну какая все – таки удобная позиция. Пусть и через пять лет, но переобулся. Да и то только потому что ревнует… Ревнует же?

– Серьезно? Да ты всю школу ему чуть ли не поклонялся. Именно Ремезов придумал прозвище про свинопаску, а ты подхватил. Из – за него ты со мной и отказался дружить? Или тебе память отшибло?

– Я мальчишкой был, хотел влиться в коллектив.

– И вот тоже… Он тут всю жизнь живет, лесные массивы как свои пять пальцев знает.

– Я три года с ним дружила, была в романтических отношениях, – на этих словах взгляд Демьяна, который практически толкает меня в комнату, запирая ее на ключ, резко меняется. Из веселого и озорного он становится глубоким и темным. Почти демоническим. Тоже мне… Отелло. – Никогда за ним