всегда, Максим признается, что у нее был такой человек, но в какой-то момент это ее не удержало. «Он сказал мне: „Нужен человек, которому можно позвонить. Почему ты мне не позвонила?“ Я не успела».

Но с группой поддержки шансов больше, не оставайтесь один на один с проблемой, обращайтесь за помощью.

Не все люди вас поймут, я часто встречала реакцию из серии «Ты чо, какой ты алкоголик, не придумывай ерунду». И действительно, теста на алкоголизм как бы нет, нельзя сдать кровь или другие жидкости и получить четкий результат: «Да, вы алкоголик». Мне кажется, еще и поэтому многие люди долго живут в отказе. Я видела интервью с одним знаменитым человеком, который много раз появлялся в общественных местах и на мероприятиях в состоянии сильного опьянения и, возможно, под веществами, срывал проекты, но продолжает говорить, что у него нет проблемы, он просто «устал». Я надеюсь, что он успеет обнаружить свою зависимость и признать ее до того, как будет поздно.

Но теста и правда нет. Так что первый, самый сложный шаг – это признать, что есть проблема, перед которой ты бессилен. Это сложный шаг для тревожных, контролирующих себя людей. Сдаться, признать, что ты не главный и ничего не контролируешь, – страшно. Поэтому я безмерно уважаю тех, кто нашел в себе силу и смелость признаться в своей борьбе с зависимостями. Я перечислила в этой главе далеко не всех, их гораздо больше, а в англоязычном пространстве и тем более, но и в русскоязычных медиа и интернете я все чаще встречаю эту историю, а главное, не вижу волны хейта в ответ. Обычно поклонники понимают и благодарят за откровенность.

Это важная перемена. Если замалчивать проблему, она только разрастается.

Для себя я определила так: если алкоголь мешает вашей жизни, из-за алкоголя вы нарушаете договоренности, пропускаете встречи, дедлайны, планируете все мероприятия, исходя из того, будет ли там алкоголь, отдыхаете вы только со спиртным и без него не испытываете тех ощущений, которые дает вам алкоголь, – возможно, у вас есть проблема. Попробуйте прожить без алкоголя, например, месяц. В англоязычном интернете есть такой челлендж: Dry January – «Сухой январь». Я узнала о нем в книге «Sober diaries» (в переводе – «Не винный дневник. Как я перестала пить и начала жить») британской писательницы и блогера Клэр Пули. Оказывается, не только мы в России и странах СНГ страдаем от переизбытка еды и спиртного на Новый год, британцы и американцы тоже с радостью подхватили челлендж Dry January, чтобы разгрузиться после рождественского сезона. А многие благодаря Сухому январю обнаружили, что у них, оказывается, есть проблема с алкоголем.

Я надеюсь своими текстами поднять тему зависимости и еще услышать историю о том, как кто-то из читательниц поменял свою жизнь и свои отношения с алкоголем. Вот для чего на самом деле я написала эту книгу (муа-ха-ха-ха-ха, вы раскрыли мой коварный план).

Вопросы для саморефлексии

• Какие истории о зависимости есть в вашей жизни? Чему они вас научили?

• Как вы определяете, есть ли у человека зависимость?

• Что вы думаете, когда слышите, что публичные люди признаются в своей зависимости? Зачем они делают это, по-вашему?

Истории женщин

В своей книге «Bossypants» Тина Фей рассказывает, как она ходила на воркшоп Розалинд Вайсман, автора нон-фикшен книги «Queen Bees and Wannabes»[11], на которой впоследствии была основана книга и фильм «The Mean Girls»[12]. Розалинд проводила воркшопы и встречи с женщинами на тему самооценки и уверенности в себе, и одним из заданий было: напишите на листочке тот момент, когда вы почувствовали и поняли, что вы становитесь женщиной.

Тина пишет:

«Мы записали свои ответы и делились ими сначала в парах, затем в больших группах. Группа женщин была разнообразной в расовом и экономическом отношении, но ответы были очень схожими.

Почти каждая впервые осознала, что становится взрослой женщиной, когда какой-то чувак сделал по отношению к ней что-то гадкое.

„Я шла домой с балета, и парень в машине крикнул мне: 'Красавица, садись, подвезу'“, „Я присматривала за своими младшими кузенами, когда мимо проезжал парень и кричал: 'Вот это задница!'“

Примеров типа „Впервые я почувствовала, что я женщина, когда мама и отец пригласили меня на ужин, чтобы отпраздновать мой успех в команде по дебатам“ практически не было. В основном мужчины кричали всякую ерунду из машин. У вас что там, есть специальный патруль, посланный, чтобы сообщить девочкам, что они вступили в период полового созревания? Если да, то он отлично работает».

Тина Фей со свойственным ей юмором показывает, что часто наши истории как женщин начинаются со странного. И истории других женщин вокруг, когда мы растем, – странные. Мы слышим, что говорят о женщинах наши значимые взрослые и не можем это не впитывать и не делать частью своего восприятия того или иного пола.

Я помню из детства и юности истории о женщинах-героинях, например о Зое Космодемьянской, или о придуманных хулиганках, например о Пеппи Длинныйчулок, или о трагической и героической жизни Марии Кюри.

Еще я помню, как случайно услышала разговор мамы с дальней знакомой, ту бил муж, и мама пыталась как-то ее поддержать, а знакомая оправдывала мужа и говорила, что он так только когда выпьет, а вообще он замечательный мужчина и любит их с дочкой, а синяки можно и замазать.

Помню историю про директора нашей школы, чей сын умер от передозировки, и все в районе шептались: «Ну конечно, променяла сына на работу, недосмотрела…»

В общем, какие-то однобокие истории, либо слишком бытовые, либо слишком осуждаемые, и я вообще как-то очень долго не задумывалась, что женщины бывают (и были всегда) где угодно, в любой сфере жизни.

А еще все время было ощущение, какое-то неуловимое, где-то в воздухе, что это как бы такой мир мужчин, и мы тут в гостях. Все герои учебников – мужчины, большинство героев книг по школьной программе – мужчины, экскурсии в музеи со школой – про мужчин. Даже памятники в России – мужчинам. Из 2 397 памятников, официально зарегистрированных у нас в стране, всего 60 – женщинам.

Много лет я изучаю истории женщин и теперь примерно на любую тему могу рассказать парочку историй, а иногда и назвать десяток имен женщин, которые попадали в ту же ситуацию, или которые ее предотвратили, или которые что-то говорили про нее. И однажды меня спросили:

«Настя, как думаете, а что объединяет