кожаную куртку поверх коричневой туники и мешковатые коричневые штаны, – прислонился к стойке бара.

– Мне бы вашего темного, сэр, – ответил он. – Вы хозяин таверны?

– Да, – кивнул Милчер. Мы с женой здесь хозяева. – Он подмигнул мужчине. – А наше темное, как говорят, лучшее во всем Менсандоре. Я и сам его предпочитаю.

Хозяин отвернулся, чтобы наполнить чашу, и мужчина мог спокойно осмотреть таверну. Сегодня вечером «Серый гусь» был полон. Народ шумел, но шумел как-то возбужденно.

Что-то витало в воздухе, сгущаясь, как дым из трубок посетителей. Постукивали кувшины с элем, мужчины пили и разговаривали, но какими-то нервными голосами. Это Ронсар понял, как только вошел – в воздухе чувствовалось тревожное возбуждение. Как будто люди собрались в ожидании чего-то, с одной стороны желая, чтобы оно произошло, а с другой надеясь, что пронесет.

Ронсар не опасался, что его узнают. Он не был здесь завсегдатаем, и вообще не жил в Аскелоне, так что вероятность встретить знакомых была совсем невелика. Ронсар повернулся к Милчеру, который как раз ставил кувшин на стойку.

– Странное настроение у людей сегодня вечером, а?

– Точно. Уже два вечера, – Милчер согласно кивнул.

– А что так?

– Ты что, далеко был, любезный? Похищение же! И король меч потерял! – Милчер закатил глаза и наклонился ближе. – Вокруг такое творится, я тебе скажу! Не иначе как что-то злое на пороге. Людям стоит почаще оглядываться, если ты понимаешь, о чем я.

– Я слыхал о похищении, – сказал Ронсар, отхлебывая из чаши, – а вот про меч короля мне не рассказывали. Об этом не знаю.

– О! Так ведь это самое главное! – воскликнул Милчер. Он подался к собеседнику с видом человека, выдающего тайну, которую все скрывают. – Видишь ли, королевский меч исчез. Никто не знает, как и где. Говорят, королю теперь конец. Без меча он не выстоит.

– Подожди, ты имеешь в виду Сияющий?

– Ну да! Я тебе о нем и толкую! – Он повернулся к напарнику за стойкой. – Отто! Иди сюда. – Долговязый парень подошел и благосклонно оглядел Ронсара.

– Чего, отец?

– Отто, расскажи-ка этому человеку о королевском мече.

Отто не стал упираться; в последние дни он только тем и занимался, что рассказывал желающим подробности тех отрывочных сведений, которыми обладал. Конечно, он их слегка приукрашивал, чтобы придать рассказу дополнительные краски.

– Да, это серьезное дело, – покивал Ронсар, выслушав сына корчмаря. Плохо. Очень плохо. Хорошо, что я не король.

– Его рыбу уже разделали, как говорится. Не думаю, что ему долго быть королем. Сейчас только об этом и говорят.

– Я пока не слыхал, – посомневался Ронсар для порядка.

– Все только начинается. Вчера вечером заходил к нам один белобородый с севера, из Обри. Он сказал, что люди там боятся нового бога короля-дракона – этого его Всевышнего. Достают припрятанное оружие, собираются свои храмы защищать.

– Как защищать? От кого?

– Да от короля же! Говорят, король-дракон послал людей, чтобы разрушить храмы. – Отто со значением кивнул, его круглое лицо сияло от удовольствия, что попался такой неосведомленный слушатель.

– Да, я тоже такое слышал, – вставил Милчер.

– И кто же такое рассказывал?

– Да вот, вчера здесь был, он и рассказывал. Может, опять зайдет, подождать надо только, он попозже приходил. Отто, он же говорил, что еще зайдет, если в Аскелоне задержится? – Милчер поискал глазами в толпе. – Сейчас не вижу, наверное, попозже придет.

Ронсар взял свой кувшин и сказал:

– Ради такого дела подожду. Хочу сам послушать, что он скажет. Предупредишь меня, когда он придет?

* * *

К затерянному городу они вышли уже на закате. Красный камень Декры мерцал в багряных сумерках, его изящные шпили и башни поднимались к темно-синим небесам. Казалось, что город упал прямо с неба, да так и остался зачарованным чудом.

– Никогда не видела ничего подобного, – проговорила Эсме, переводя дух. – Это… это какая-то другая красота.

– Совсем не похоже на города, которые строим мы, – ответила Брия. – У Арига была своя особая архитектура.

– С тех пор, как я была здесь в последний раз, люди много сделали, – сказала Алинея. – Впрочем, это давно было. Но Квентин говорил, что работа идет быстро.

Они подъехали к воротам, уже закрытым на ночь. Но тут же из маленькой калитки выглянул мальчик, и снова исчез. Приезжие услышали его голос и-за ворот:

– Посетители! Открывайте ворота! Посетители!

Они подождали совсем немного. Ворота со скрипом открылись. Их встретил пожилой сутулый человек. Он с улыбкой провел их через ворота и сказал:

– Мы не ждали гостей этой ночью, а то бы я не стал закрывать. Входите, входите. Добро пожаловать в Декру!

Путешественники спешились, радуясь твердой земле под ногами. Привратник закрыл ворота и поспешил к ним.

– Вы издалека, добрые люди? – поинтересовался он.

– Из Аскелона, – ответила Алинея.

– Надеюсь, в Аскелоне все благополучно? Вы много проехали, устали, наверное. – Он по-доброму посмотрел на них, радуясь, что путники принеси вести из остального королевства. – Я послал мальчика за старейшиной. Уверен, он захочет принять вас как следует.

Послышались голоса; вернулся все тот же мальчик, а за ним шел человек в длинной мантии. Его сопровождали еще несколько горожан, оставивших свои дела ради встречи посетителей.

– Алинея! Брия! Рад снова вас видеть! Вот уж сюрприз, так сюрприз! Нас посетила королева, – сообщил он окружающим. А с ней – королева-мать!

Алинея пыталась вспомнить имя старейшины. Брия поняла, что мать в затруднении.

– Мама, ты, конечно, помнишь старейшину Джоллена?

– Да, разумеется, я хорошо его помню.

– Прошло немало времени. Я удивлен, что ты меня помнишь! Впрочем, не так уж давно ты нас навещала. Ты совсем не изменилась, все так же прекрасна. – Старейшина любезно поклонился дамам. – Знаешь, Брия, если бы мать не стояла рядом с тобой, немудрено было бы перепутать. Вы очень похожи. Цветы из одного букета. Кстати, о цветах. – Он подмигнул принцессам и поклонился. Принцессы захихикали.

– Вы льстите нам, сэр.

– Никакой лести, моя королева. Это правда. – Его взгляд обратился к Эсме, стоящей рядом. – А вы, должно быть, та самая прекрасная Эсме, о которой говорили так много хорошего.

– Я польщена, сэр, и весьма впечатлена, ведь