запросил я, боясь завысить планку. Зара же прыснула сдержанным смешком услышав мой запрос. Преувеличил или приуменьшил?

— Вон горшок на столе, бери сколько надо, новичок, — я послушно подошел к небольшому керамическому горшочку среди его собратьев с выросшими из них ростков и заглянул внутрь. Глаз безошибочно определил насыпанный порошкообразный элемент и выдал результат: «Три килограмма Боцди»!

— Ого… — проморгавшись, выдохнул я.

— Если ты не знаешь природу вещей, не надо стесняться — лучше спроси.

— Да, спасибо, — сказал я и в наглую сгрёб двести грамм в отдельную баночку для порошковых реагентов. Даже не заметив, что сделаю это без манипулятора в разрез игровой логики. — А откуда он у тебя?

— Я тебе по секрету скажу, что это крайне неприличный вопрос для Флоров, новичок. Ты просто знай, что его создают такие как я и все. А вот как? Не скажу, помучай фантазию, — она сладко потянулась, под ярким светом. — Это все, или надо еще чего-то?

— Нет, спасибо. Я пойду.

— Или, новичок, иди, — ответила Зара, прикрывая глаза.

Да, вот уж воистину, не знаешь — спроси. Пока я шел до своей комнаты-каюты, мой извращенный больной мозг перебрал сотни вариантов, как Флоры создают этот органический элемент и почему это вдруг неприлично! По совести, половина из предложенных на рассмотрение вариантов были совершенно непечатными. Правда есть у меня подозрение, что даже они не совсем понимают, как его делают. Вот наверняка — он просто появляется в инвентаре и все. Даже на форуме об этом только разговоры и никакой конкретики — теория заговора, блин.

Так! Я собрал все необходимое и неожиданно понял, что мне чего-то не хватает — причем не менее важного, но это никак к биохимии не относится. Мне не хватало тары! А где у нас тара? Скорее всего в мусоре. А главный мусорщик на этом корабле — Никита.

Сходил к Хаммеру, но обломался, так как Ник подобным не располагал. Более того он попытался оскорбиться, за те подозрения, которые я на него взвесил, а потому он отправил меня к Ворку. Конечно — Коля на сортировке конечно же колбами большого объема располагает… ага. Однако, когда я добрался до Николая, он мне все равно помог, хоть и не так как я рассчитывал:

— Я вот сейчас ни черта не понял. Чего тебе надо? — Коля присел и подставил ко мне свое маленькое ухо.

— Да блин, мне нужна стеклянная колба сферической или полусферической формы и все.

— И конечно же ты решил, что я тут лампочками торгую, да? — он пошутил, но на миг наши лица наверно были одинаковыми… Лампочка! Вот тот сосуд, который отлично бы подошел. Коля прочел эмоции с моего лица и покачал головой. — Ламп у меня нет, сразу говорю, а то что есть — не отдам. У нас почти все что было, реквизировала Зара.

— Это мне известно…

— Доступ разрешен!

— Зара, ты уж извини, я на минутку. У тебя нет ламп свободных или сгоревших… Не самих ламп, а лампочек, внутренние, вкручивающиеся которые! — выпалил я едва вошел в комнату Флоры. Хозяйка помещения сидела около столика и расчесывала волосы, но на мой крик обернулась и даже задумалась.

— Я могу дать тебе одну лампу. Но на время. Ты понимаешь, да? — она кивнула в сторону одновременно работающих осветительных приборов.

— Да, но думаю, что это того стоит. Какую взять можно? — я уже стоял у стола и ждал указания на конкретную жертву. Мне лично это было безразлично, главное получить хотя бы одну.

— Любую возьми, но до отлета пожалуйста верни. Их сложно найти даже на рынках, другие Флоры их тоже раскупают, — я понимал зачем они ей, но сейчас внутри меня была буря, кровь исследователя кипела и требовала срочной реализации задуманного.

— Спасибо! — я схватил ту, что ко мне была ближе. Далее сам от себя не ожидая, наклонился и чмокнул Зару в щеку, после чего выбежал из каюты.

Что ж, я по крайней мере попытался. Хотя кого этим теперь можно успокоить? Создание хитрого элемента достаточно высокого уровня мне оказалось по зубам, и уже вторая попытка увенчалась успехом. Да затратно, но ведь, и награда была немалой. Как бы все хорошо, но вот природу элемента я совершенно выпустил из головы. Состав сделал правильно, смешал все верно и даже подогрел грамотно, а все равно — идиот. После первого создания элемента, моя голова приняла рецепт и суть созданной сущности, и много стало намного понятнее, но поздно. Разбитую лампочку мое знание уже не спасет…

Полученная за многочасовой труд ярко светящаяся и страшно горячая жидкость, собиралась в три крупные капли, и грозила прожечь мой стол насквозь, подобно неугасающей лаве. Одна надежда, что игровая механика не позволит такому произойти. Но так или иначе, с этим надо было что-то делать, причем явно не голыми руками…

Взяв волю в кулак и воспользовавшись слабеньким манипулятором, я умудрился и собрал эти «капли смерти» в колбы. Что ж… Теперь я потерял еще и две колбы, да и манипулятор сильно повредил. Интересно, что еще мне не очень жалко?

Спустя минут десять я, наконец, нашел достойную емкость для новенькой гадости под названием «Ярил». Как чуть позже выяснилось, а я уж постарался вникнуть в суть вопроса, данный элемент четвертого уровня используется на электростанциях как катализатор температурного баланса, так как его емкостные характеристики являются просто фантастическими. По сути, «Ярил» способен греть и светиться около полугода без дополнительной подпитки в виде сложных биохимических реагентов. А посему от еще используется в отоплении особо крупных судов. Ну и, ясное дело, в оружейной отрасли. Что разочаровало, так это его всенародное описание, где говорилось, что он не редкий, воссоздаваемый, и страшно вредный, в чем я собственно и убедился.

После десятка вариантов, я нашел «Ярилу» место в рукоятке Хаммерского клинка, еще том, что я спер на пиратской станции. Как выяснилось путем проб и ошибок, Хаммеры очень хорошо работают с высокими температурами. Клинок мало того, что выдержал ярость гадкого «Ярила», так еще и сразу заглотил обновку как Апгрейд:

— Улучшенный откидной Огненный нож Хаммера. Плюс два к силе и пять к точности! Дополнительная характеристика — плюс пятьдесят единиц урона огнем. Десятипроцентный шанс на возгорание цели. Урон от пламени — пятнадцать единиц каждые три секунды, три такта подряд.