На всякий случай проверил, можно ли вообще слить «Ярил» из клинка. Оказалось, что это проходит без каких-либо проблем, если не считать очень горячую рукоятку и красное от нагрева лезвие проблемой. Пришлось спрятать клинок в инвентарь, ну то есть в сумку. Хоть там это оружие переставало обжигать мне конечности. Ладно, я этого избегал, но видимо придется идти с повинной к Заре… Или все же у меня есть еще один шанс? Хм…

— Сергей! Что это⁈ — едва не подавившись моим именем, произнесла Зара, с выражением крайнего изумления, на зеленой мордашке.

Вопрос был двоякий, так как я стоял перед ней в одних трусах с перекинутой через плечо сумкой и держа свою форму в качестве изолятора между мной и бутылкой из-под Хаммерской водки. Бутылка светилась ни грамма, не уступая всем лампочкам Зары вместе взятым, но при этом она еще и грелась как атомный реактор.

— Подарок, — стиснув зубы и понадеявшись, что вопрос касался бутылки, процедил я и не спрашивая разрешения вбежал в комнату девушки. Быстро оглядевшись, закинул злую емкость в горшок с Боцди — ну не придумал я ничего лучше! Руки уже ныли немилосердно, ожогов избежать не получилось, но хоть не разбил я эту прелесть по дороге и никого не заляпал…

Пока я осматривал уже изрядно потемневшие ладони, порошковый Боцди растаял подобно воску, начав при этом очень приятно, но излишне навязчивопахнуть. Запах мне чем-то напомнил утро в бору, когда туман поднимается не выше человеческого роста и скрывает подножия сосен, где тихо загнивает редкая палая листва вперемешку с иглами сосен. Не знаю почему, но именно этот момент из моей прошлой жизни возник передо мной, когда я вдохнул неведомый аромат.

— Это прекрасно… — тихо, почти выдохнув, просипела стоявшая сзади меня девушка, нисколько не обращая внимания на мою обнаженку. Не знаю, что у нее в этот миг было в голове, но я ее взглядов не разделял — ладони еще горели как после пяти часов с лопатой.

— Ну не знаю… Ярил, отвратительная штука, в планах было что-то более аккуратное, а не вот это… — указав на бутылку, мерно плавающей в растаявшем Боцди, произнес я. Хотя стоило мне это сказать, как я понял, что говорю это скорее для себя — Зара меня все равно почти не слышит.

— Какой приятный свет, теплый и близкий. Сережа, где ты его достал? — Флора повернулась ко мне и словно в душу заглянула своими бездонными и опьяненными глазами. Надо сказать — красивыми такими глазами.

— Это было не легко… И да, я твою лампу… в общем лопнула она, — и опять, смотрю на нее и понимаю, что не слышит она слов, просто спросила, я что-то ответил — и ей этого достаточно.

— Лампы — это ерунда, забирай хоть все! Этот свет во сто крат лучше! — Зеленая девушка улыбнулась, сделал уверенный шаг ко мне и совершенно невзирая на мое удивление, ухватила меня за лицо и поцеловала прямо в губы, да довольно грубо при этом. А когда она отстранилась, я перестал для нее существовать. Зара отвернулась и подошла к новому подарку, который действительно своим светом откровенно унижал остальные осветительные приборы на столе. Я же ощутил себя лишним в этом помещении и повернувшись, молча вышел из чужой комнаты в смешанных чувствах. И стоило двери за мной закрыться, в ушах загремели фанфары:

— Внимание! Вами получено редкое достижение: «Бескорыстие». Вы совершили дар без желания получить за него прямую выгоду. Чистое и бескорыстное сердце никогда не останется без внимания кармического равновесия мира! В награду Вам дарованы пять единиц характеристик, совершенно бескорыстно!

Ого… я раза два перечитал сообщение, прежде чем закрыть его, а затем довольно хладнокровно вложил новенькие характеристики в Энергетику, пока никто не передумал и не отобрал щедрые дары. Что ж, одно доброе дело сделано, надо и остальных уважить, ведь пока я при делах — меланхолия мне не страшна! Где там Никита с Колей? Меня кажется звали на вечеринку!

— Вы только посмотрите кого серые черти приперли! Ты где пропадал, монохромный? — свесившись из махины Голиафа, беззлобно подначил меня Хаммер, перепачканный какой-то маслянистой субстанцией.

— У Зары был, свет прокладывал новый… — я осмотрел наполовину разобранный Голиаф и невольно кивнул, оценивая масштаб проделанной работы. — А вы тут прям не скучаете.

— Вот ведь Кэп нашелся! — раздался грубый голос из кабины. — Электрик-очевидность, блин! — из кабины появилась клыкастая пасть Ворка и уставилась на меня. — Батарейки сзади.

— Понял… — медленно кивнул я и бочком начал обходить боевую машину и двух грязных пришельцев, пока они меня не поколотили.

Дальнейший ремонт шел уже споро и весело. Отчего все нервничали я понял довольно скоро — Голиаф был не просто кормушкой этой команды, он еще был очень старым и довольно хрупким, что неминуемо накладывало свои требования к ремонту. Ник изящно ругался, Коля иногда ломал детали и инвентарь, я позорно проигрывал энергосистеме старого Голиафа. Управился весьма условно, а с батареей вообще ничего сделать не смог — не мой уровень, не мои знания. Так и минули три часа, после которых Коля смачно выругался и покинул наш с Ником мир. Дальше дело техники — машину собрали, грязь и смазку вытерли, инструменты убрали, сели у ног боевой машины и выдохнули. Если когда-то труд сделал из обезьяны человека, то и сейчас, он из меня сделал что-то оформленное. Ник повернул ко мне свою чумазую голову и спросил:

— Какие планы на вечер? — я молча вынул из сумки восемь химических колб и положил все между нами. Ник молча поднял одну, попытался оценить, но не сумел. Затем он открыл ее и принюхался. Затем кивнул и подмигнул мне. — Отличные планы.

— Фирма веников не вяжет! — ухмыльнулся в ответ я и взяв вторую склянку, открыл ее и поднес к колбе Никиты. — За нас!

— Не чокаясь, — улыбнулся Ник и мы залпом выпили по стопке Хаммерской водки.

Затем еще было пару тостов, и наконец мои запасы алкоголя закончились. В голове не на шутку зашумело, а в глазах откровенно поплыло, зато в голове как легко было… Ник тоже блаженствовал, это было видно. О чем он думал я не знал, но в какой-то момент он молча засунул руку в свою сумку и медленно вынул карточку с координатами миссии. Я невольно зацепился за нее взглядом и идентифицировал.