Мне необходимо получить официальное подтверждение статуса ведьморожденной для оформления наследства. Но Палата Арканных Дел требует собрать тридцать восемь различных документов за две недели. И это… — я запнулась, подбирая слова, — практически невыполнимо. Без связей и влияния.

— Тридцать восемь, — повторил Рейвен, и бровь его слегка приподнялась. — Крамвелл превзошла саму себя. Обычно она ограничивается двадцатью пунктами. Вы ей сильно не понравились, леди Эвелин.

— Видимо, — сухо согласилась я.

Он помолчал, постукивая пальцами по подлокотнику. Вертикальные зрачки слегка расширились, потом сузились.

— И вы решили обратиться ко мне, — наконец сказал Рейвен. В его тоне послышалась ирония. Или сарказм? Сложно было понять. — К дракону, с которым едва знакомы. Весьма смелое решение.

— У меня не было особого выбора, милорд. Вы — единственный в Миствэйле, к кому я могу обратиться. И единственный, кто может реально помочь. Драконам редко отказывают в административных вопросах.

— Льстите, — усмехнулся он.

— Констатирую факт, — парировала я.

Его губы дрогнули в подобии улыбки. Ван Кастер поднялся из-за и подошёл к окну, засунув руки в карманы брюк.

Я невольно залюбовалась его силуэтом на фоне пылающего заката. Широкие плечи, узкая талия, длинные ноги, безукоризненная осанка. В груди болезненно сжалось сердце. Так и хотелось подойти, обнять и положить голову на его плечо. Но если бы я так сделала, Рейвен знатно бы обалдел. Да и не было в нём того, что было в Алексе. Несмотря на внешнюю схожесть и движения, в Алексе чувствовалось тепло и нежность по отношению ко мне. В то время как ван Кастер сейчас казался мне холодным и колючим, и подойти к нему близко я бы не согласилась ни за какие коврижки.

«А вот тут ты сама себе противоречишь, — хмыкнул внутренний голосок. — Ты же ведь всё же пришла просить помощи. Считай, уже приблизилась».

Я нахмурилась. Рейвен стоял, глядя на порт, где суетились грузчики, разгружая очередное судно. И чем дольше он молчал, тем сильнее меня снедало мучительное чувство неуверенности. Исподволь возникло ощущение, что меня специально изводят, чтобы проверить, как долго я готова терпеть ради своей цели. Словно дёргают за чувствительные ниточки, и я, связанная собственной безысходностью, не могу ничего поделать. И это чувство мне ой как не понравилось.

— Вы знаете, леди Эвелин, — медленно заговорил он, не оборачиваясь, — драконы не делают ничего просто так. У нас всегда есть свой интерес.

Горло словно обмотали колючей проволокой. «Сейчас он откажет, — я старалась не выдать нарастающую панику. — Вежливо или не очень пошлёт меня к чёрту, и всё. Конец. Придётся само́й бегать по инстанциям».

— Так что вы хотите взамен? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

Рейвен обернулся. В свете заката его глаза, казалось, светились изнутри — золотистые искорки плясали в зелёно-серой радужке.

— Хороший вопрос, — произнёс он задумчиво, медленно приближаясь. — Сам пытаюсь на него ответить с той самой ночи, когда вы появились в моей постели.

Он остановился в паре шагов от меня. Я запрокинула голову, чтобы смотреть ему в лицо.

— Обычно, — продолжил Рейвен тихо, — когда ко мне в постель забираются женщины, я прекрасно знаю, чего они хотят. Деньги. Статус. Брак. Защита влиятельного покровителя. Всё предельно ясно и просто.

Он наклонился ближе, упираясь ладонями в подлокотники моего кресла. Я инстинктивно вжалась в спинку.

— Если вы сейчас предложите переспать с вами, я плюну вам в лицо и прокляну до десятого колена, — прошипела я, скорее от страха, нежели со злости. И хотя сама идея не казалась такой уж отвратительной, но мне очень не понравилось, что ван Кастер загоняет меня в угол.

Брови недоумённо взметнулись, будто Рейвен услышал нечто абсурдное. А потом он рассмеялся. Да так громко, что я оказалась сбита с толку его реакцией.

— Право же, бесподобно! — он отошёл от меня и сел обратно в кресло. Отсмеявшись, он наклонил голову набок и продолжил: — Не в вашем положении ставить условия и угрожать. Хотя сама идея переспать неплоха. Особенно сейчас, когда ваши волосы вернулись на своё законное место. Пожалуй, я бы не отказался воспользоваться ситуацией.

Издевается! Натурально и самым сволочным образом издевается! Вот уж не зря Карл предупреждал меня, что драконы — ещё те мерзавцы. Никогда не упустят шанса проявить своё высокомерное отношение к другим.

Но самым болезненным оказалось разочарование. Чем больше я узнавала ван Кастера, тем сильнее понимала, насколько он отличается от моего мужа. Просто небо и земля!

— Если бы я соглашалась на подобные предложения каждый раз, когда прошу помощи, то давно бы стёрлась, — холодно отчеканила я и поднялась с места. Мне стоило огромных трудов не выдать обиды, которая клокотала в груди. — Спасибо, что уделили время, милорд.

— Сядьте, миледи. Мы ещё не закончили разговор.

Я нехотя опустилась обратно в кресло. Несмотря на спокойный тон Рейвена, стало ясно, что дважды он повторять не будет. И лучше согласиться дослушать его, чем потом с ошалевшими глазами искать пятый угол. А чутьё подсказывало, что ван Кастер был именно из тех, кто может заставить искать тот самый мифический угол, если ему что-то не понравится. «Арбузер несчастный!» — хмуро подумала я и поджала губы.

— Слушаю, — только и всего сказала я, не скрывая своего неудовольствия.

— У меня только одно условие, — отозвался Рейвен, перебирая пальцами по подлокотнику кресла, будто наигрывая только одну ему известную мелодию. — Я помогу вам. Но взамен я хочу знать, кто вы на самом деле. И советую говорить исключительно правду.

Глава 4.2 Разговор с драконом (продолжение)

«Так я тебе и рассказала правду, ага», — саркастично подумала я, пока смотрела в непроницаемое лицо Рейвена. Чтобы в довесок к моим нынешним проблемам добавилась ещё одна. В виде холодной камеры в Тёмном Замке с крысами размером с небольшую собаку и допросами с пристрастием.

Несмотря на то что в изученных мною за последние недели кодексах и законах не было ни единого слова о попаданках из других миров (видимо, законодатели не предусмотрели такой экзотический казус), что-то мне отчётливо подсказывало: лучше об этом держать язык за зубами. Крепко-накрепко.

Даже если Рейвен не отправит меня сразу в застенки, то излишняя честность могла существенно мне осложнить жизнь. Например, он мог использовать информацию для шантажа.

— Тогда позвольте внести ясность, милорд, — тщательно взвешивая каждое слово, произнесла я, непроизвольно сжав пальцами набалдашник трости. — Я пришла просить помощи. С документами. Ничего более. Никаких скрытых мотивов или попыток вас соблазнить.

Рейвен скептически хмыкнул. Но промолчал, продолжая сверлить меня взглядом.

Он смотрел так пристально, что я всерьёз занервничала. Ладони под кружевными