class="p1">Раньше мы путешествовали все вместе, втроем, а то и впятером — с дочками, — все заграничные паспорта, свидетельства о рождении, страховки и прочие документы всегда были в общедоступном месте, моему мужу не составило никакого труда забрать их — а я и не думала, что такое возможно!

Что мне теперь делать?!

Конечно, я пытаюсь отговорить его, а сама уже бегу по улице и ловлю первое попавшееся такси:

— В аэропорт, пожалуйста!

— Ты не успеешь, — фыркает в трубку Миша, который, конечно, слышал, как я говорю с таксистом.

Вот урод!

Я вдруг вспоминаю совет своего адвоката о том, что нужно записывать каждый разговор с мужем на диктофон, и быстро включаю запись звонка.

А Миша тем временем продолжает самоутверждаться за мой счет:

— Через пять минут начнется посадка. А тебе из центра ехать минимум полчаса... Можешь даже не пытаться, не тратить деньги... И потом, даже если ты приедешь — что дальше?! Тебя не пустят дальше регистрационной стойки. Будешь звать полицию и возмущаться, что родной отец увез твоего сына на отдых в Турцию?! Менты только у виска пальцами покрутят. Или полетишь за нами следом?! Ближайший рейс нескоро. Да и загранника у тебя с собой, наверное, нет. И ты не знаешь, где мы остановимся. В общем, не твори фигню. Возвращайся домой... или на работу, какие там у тебя были планы?! И не изводи себя напрасно. Мы вернемся через неделю.

Он кладет трубку.

Короткие гудки — как стрелы в мое ухо... болезненные и острые.

Я, конечно, понимаю, что он не навредит нашему ребенку, что с ним Артур будет в безопасности, что Артуру даже, наверное, понравится это путешествие посреди рабочей и учебной недели...

Но все во мне кричит: так нельзя!

Он буквально выкрал ребенка у меня из-под носа!

Разве так поступают нормальные любящие отцы?!

Ведь если бы он пришел, предложил, и мы спокойно поговорили, разве я была бы против?!

Да ни в коем случае!

Я бы с удовольствием отпустила сына на отдых и даже сама бы собрала ему чемодан!

Я была бы рада, чтобы Артур побыл с отцом, особенно сейчас, в такое непростое для нашей семьи время!

Но нет же!

Я прекрасно понимаю, что цель этой поездки для Миши — не побыть с сыном, а отомстить мне!

Отомстить за то, что подала на развод!

За то, что разрушила иллюзию идеальной семьи!

За то, что еще и сыну правду рассказала!

И я понимаю, что действительно не успею их остановить, но какая-то слепая сила, какой-то инстинкт все равно тянет меня в аэропорт...

Пока едем, звоню своему адвокату.

— Мне очень жаль, — говорит Ирина Петровна. — Но по закону он действительно не делает ничего противоправного. И вы не успеете уже оформить запрет. У вас два варианта: либо лететь за ними следом, чтобы проследить за сыном, если вам тревожно и вы считаете, что Михаил не справится, либо... просто ждать.

— А вы не думаете, что... что... — в мою голову вдруг приходит страшная, совершенно безумная мысль.

— О чем?!

— Что он останется там?! Или полетит дальше?! Что он просто выкрадет моего ребенка?!

— Не думаю... если только у вашего мужа и вашего сына втайне от вас нет второго гражданства.

— Вроде бы, нет... — бормочу, а сама уже начинаю сомневаться.

— Не порите горячку. Был бы ваш муж иностранцем — я бы сама ее порола. Потому что мужья-иностранцы после разрывов с женами-россиянками нередко увозят совместных детей заграницу и там пропадают, не выходят на связь... Но в вашем случае это скорее акт мести, желание доказать свое превосходство, свою власть... Хотел бы он украсть ребенка — не взял бы трубку. Но он взял и нарочно процитировал вам закон, рассказал в подробностях, почему вы не должны ехать в аэропорт, ведь все равно опоздаете... Нарциссическая классика. Будьте уверены: мы обязательно расскажем об этой ситуации суду.

— Спасибо, — благодарю я.

После разговора с адвокатом мне становится немного легче — но я все равно мчу в аэропорт, как будто надеюсь, что рейс отменят или хотя бы задержат...

32 глава

Пока мы едем в аэропорт, я успеваю прокрутить в голове миллион тяжелых, липких, болезненных мыслей.

Что Миша сказал Артуру, когда забирал его из школы?! Ведь до этого они не виделись две недели... две недели, которые Артур только и думал, что о разводе своих родителей!

Как объяснил, почему они поехали не домой, не на секции, не в детскую игровую, а в аэропорт, да еще и без меня?!

Вдруг мой сын напуган?!

Вдруг он сопротивлялся, отказывался, просил позвонить мне — но отец отказал ему?!

Подготовился ли Миша, собрал ли для Артура чемодан, взял ли все необходимые вещи?! Например, солнцезащитный крем?! И спрей в нос от аллергии, которая сопровождает нашего сына уже много лет?!

А как же школа?! Как Артур потом будет наверстывать уроки, пропущенные за целую неделю?! Может, они взяли с собой учебники, рабочие тетради, альбомы?! Конец апреля, важные, нужные темы по всем предметам...

Надо было спросить у классной руководительницы... но я слишком торопилась, слишком переживала...

Я и сейчас тороплюсь — даром, что уверена: все равно опоздаю.

Я и сейчас переживаю: вдруг Миша задумал что-то плохое, опасное?!

Вдруг он правда решил выкрасть у меня сына и увезти его куда-нибудь далеко-далеко, в чужие края, чтобы я не нашла?!

Ирина Петровна, конечно, сказала, что это маловероятно, что мне не нужно так сильно волноваться, но...

Как же иначе?!

Материнское сердце не на месте — и готово вот-вот разбиться.

По дороге, зайдя в интернет, мониторю табло аэропорта.

Благо, что аэропорт в городе всего один!

Жили бы мы в Москве — было бы неясно, куда вообще мчаться... В Шереметьево?! Домодедово?! Внуково?! Жуковский?!

Но и в родном Сочи есть затруднение: я не знаю, каким рейсом должны лететь Артур и Миша.

В Стамбул?! Или в Анталью?!

Оба направления — рядом на табло, соседние стойки регистрации, соседние гейты, разница во времени — всего десять минут.

Но я ведь все равно не успею, да?!

— Не успеете, — сокрушенным голосом говорит мне таксист, молодой парень, который, пока мы ехали, уже успел все понять и проникнуться моей непростой историей. — Сочувствую. Ваш бывший муж — тот еще урод...

— Увы, он еще даже не бывший, — фыркаю я горько, а сама думаю: и как при таком раскладе Миша вообще надеялся помириться?!

Разве то, что он делает, похоже на попытку