оказался выделен и подписан каждый элемент, а также показан разрез, дан список предпочтительных инструментов для начертания (от мела и угля, до трех типов используемых чернил, а также коэффициент смешивания с кровью и эффект от него), поза наложения рук и даже мысленные триггеры для лучшего контроля вложенной маны.

— Это… это самое идеальное руководство, которое я когда-либо видела… — пораженно произнесла Авлида, — это безумие, как вы вообще смогли уместить здесь столько деталей⁈ Так подробно и понятно… да здесь и ребенок не сможет ошибиться!

«Хе, не зря я получал четверку по черчению в школе. И всю жизнь пытался скомпоновать свои заметки через Зеттелькастен и другие системы. Хм, это еще перфекционизм или уже ОКР? Тяжело жить в мире выдуманных диагнозов, хорошо, что я уже не там».

Ученики с первых парт тут же заблестели глазами и начали тянуть шеи к листку, который с благоговением держала дева Ифигения.

— Ну-ну, никогда не стоит сомневаться в таланте моих учеников! Я больше чем уверен, что найдется криворукий, хм, то есть уникальный самородок, который испортит свой ритуал даже с такой инструкцией. А теперь — прошу. Уголь вам отдаст Фаэтон, — юноша встал и с кислой миной передал снаряд в моментально вспотевшие руки Авлиды, — вот этот стол как раз служит для начертаний. Изобразите на нем круг призыва.

— А… а что мы вызываем?

— Это универсальный ритуал для большей части демонов первого и половины — второго ранга. Поторопитесь, дева Печального_Грехопадения, другим ученикам тоже нужно тренироваться, — мягко сказал ей Медей.

— Это не моя фамилия! Меня зовут Ифигения!!! — она покраснела и уставилась на него взглядом обманутой мошенниками бабки.

Никта мстительно фыркнула и открыла рот, но Парис вовремя дернул ее за руку.

— Я так и сказал.

— Нет, вы сказали по-другому!!! — она вздохнула и продолжила жалобным голосом, — Я помню про десять оболов, только перестаньте коверкать мое имя!

— Как только, так сразу, — подмигнул ей Медей, — а теперь приступайте.

На удивление, Авлида справилась без нареканий и всего за пару минут, так что ученики не успели заскучать.

— Хм, вполне достойный результат. А теперь немножко пофантазируем.

Авлида поежилась.

— Например, вы решили призвать погребного гнома…

— Который продалбливает дно у амфоры и высасывает вино или молоко оттуда? — снова не утерпел Фаэтон.

«Звучит, как Аристон в своем развитии алкоголизма…»

— Он еще и охраняет погреб от вредителей, сохраняет холод и держит ледник летом, — отбрила его Арна.

— От других вредителей, — весело подчеркнула дриада.

— Неважно, — заткнул их Медей, предупреждающе подбросив уголь в руке, — надо призвать. Какое подношение вы ему предложите?

— Эм, ну, это ведь не демон… — она замялась, дождалась его кивка, затем продолжила, — наверное, раз он любит молоко, его нужно им приманить за пределы круга…

— За простым молоком он не пойдет. Только если вы добавите туда каплю крови с вложенной силой. Ваши действия?

— Ну, добавлю кровь. Вот, по второй схеме из вашей инструкции. Только вместо чернил мешаю с молоком и представляю желание поделиться…

— Ага! — торжествующе воскликнул Медей, чем заставил ее вздрогнуть, — вот первая ошибка новичка. Пещерный гном выпьет все ваши силы и уйдет. Пу-пу, — он «мило» надул щеки, подражая Киркее и скрестил указательные пальцы.

Студенты издали дружный усталый вздох от его отвратительных ужимок.

— Тогда добавлю каплю крови с приказом, как в четвертом варианте.

— Пу-пу! Тогда он подчинится, но будет пакостить, как и говорил твой друг Фаэтон.

— Он мне не друг!

— Она мне не подруга!

— Ах, какие страсти… но не отвлекайтесь. Ваше следующее предположение?

— Не давать ему молоко, а заманить вином.

— Пу-пу! Он напьется не выходя из круга.

— А-а-а, да сколько можно⁈ Вы что, жить не способны без этих своих кривляний⁈ — сорвалась Аталанта, которая дергалась особенно сильно.

— Э-э-э, — Медей приложил пальчик к губам и состроил выражение номер восемь: невинно-обиженное непонимание.

— Да это невозможно терпеть! — сорвалась девушка, — ведите себя как мужчина!

— Беспробудно пить с друзьями, бить жену и постоянно пялится на женщин?

— С последним он и так справляется. Бедные наставницы, — тихо пробурчал Фаэтон с камчатки, — и с какими-такими друзьями? С головой Адиманта-предателя? Кто еще согласится добровольно его терпеть?

К несчастью для юноши, как раз наступил краткий момент тишины, отчего его мысли оказались услышаны.

— Ага, вот и следующий кандидат на место у доски. Будешь изучать математику жертвоприношений. За сколько килограмм свежего человеческого мяса красивая демоница назовет тебя: «мой сладкий» и покажет тебе чебурашку.

— Что такое cheburashka? — задала вопрос милая, невинная девочка Арна, пока ее лучшая подруга (и главная героиня по совместительству) булькала лицом в парту и пыталась сдержать смех.

Часть учеников захихикала. Другая выпучила глаза на откровенно пошлую шутку, а большая часть, хоть и не уловила посыл, но все равно вздохнула от внезапного приступа испанского стыда.

Аталанта просто ударилась лбом о парту и заскулила от злости.

— Итак, у вас последняя попытка. Что вы выберете для подчинения сущности, гм, в виде гномика?

— Выманю его молоком с кровью, а потом ударю и напою вином, — рявкнула доведенная до ручки Авлида.

— И это, — Медей сделал паузу, — правильный ответ! Поздравляю, вы заработали драхму.

— Что? — дева хлопнула глазами, как и две трети присутствующих.

— Да каким образом это может быть правильным поведением⁈ — возмущенно воскликнул заучка, однако дриада, Аталанта, Кейс, гэ героиня и даже Арна Бендида только захмыкали с задумчивым одобрением.

— Таким. Дева Насильственного_Решения… — ЭТО НЕ МОЯ ФАМИЛИЯ, — … интуитивно подобрала единственно верный способ. У сущностей первого ранга нет развитого сознания. Их разум всегда находится находится на зверином уровне. У кого-то сравним с собачьим, у кого-то с вороньим, а у некоторых и вовсе — с куриным или насекомьим. Сначала установление доминирования, затем награда. Это работает не всегда и не со всеми, но сущности, склонные к вредительству, будут приносить пользу только если сразу поставить их на место. Хорошо, можете садиться на место.

— А теперь начнем, собственно, призывы. Кто желает выйти к доске?

Почему-то никто не пожелал.

— Тогда-а-а, юный Мегабаз, прошу к доске.

— А сейчас мы призовем… мы призовем… при-и-и-зове-о-о-м-м…

В странной, предвкушающе-раздраженной тишине было отчетливо слышно, как