В сердце что-то кольнуло и заставило насторожиться. Я стала озираться по сторонам, не обращая внимания на слова Кайсы и появление старосты с Марком и Григорием. Обходя лагерь, я высматривала хоть малейший намек на магию. Смотрела за деревьями, у костра, даже на берег сходила, но ничего сотворенного магией не нашла.

– Риджина, ты чего? – Кайса испуганно трясла меня за руку. – Что случилось? Что с тобой? На тебе лица нет.

– На вас его тоже не будет.

– Обкурилась, Рогова, – ехидно крикнула Тереза, услышав мой ответ. – И когда только успела? Или колдуешь по-тихому, пока никто не видит?

– Никаких вещей нет, – Матвей прибежал со стороны пляжа и чуть не задел меня копьем.

– Совсем? – Григорий нахмурился. – Значит, финальное испытание? Этого мы и ждали, – он крепче сжал древко флага, будто это могло ему помочь.

– Знать бы, что это? – Валентина недовольно повела носом.

– Поверь, вы это не пропустите. Не заметить это будет сложно, – сглотнув слюну, нервно произнесла я.

– Ты что? В курсе?

– Есть одно предположение… – Как только я это сказала, все посмотрели на меня. Во взгляде Кайсы проглядывалась заинтересованность, Григорий и Валентина смотрели с настороженностью, Тереза – с презрением, а Хельга даже не прятала подозрение.

– На острове есть некая сущность, – начала я.

– Магическая?

– Живая?

– Не знаю, – я провела рукой по волосам. – Она питается магией. В смысле поглощает ее. Совсем. Начисто.

– Что еще? – Григорий недовольно дергал носом.

– Поглощая магию, сущность увеличивается в размерах.

– Твою же… – Пшик смачно ругнулся. Теперь стало понятно, кто расширил подруге словарный запас бранных слов.

– Два вопроса, – староста первой пришла в себя от новости. – Как быстро оно растет? И откуда ты знаешь про это?

Ребята невольно сделали шаг назад, и я оказалась на некотором отдалении от остальных.

– Ты видела ее? – спросила, подходя, Кайса.

– Да. Тогда, когда мы у скалы решали вопрос с флагом и прочее, когда ушла в джунгли.

– Тебя не было всю ночь, – припомнила она.

– Да. Вот тогда я и увидела эту сущность. Случайно. – Матвей с Максом презрительно фыркнули. – Было темно, и я наколдовала зажигалку. Свет и огонь в одном предмете.

– Умно, – криво улыбнулся Григорий.

– Где-то среди листвы оказалось маленькое нечто, что поглощало магию зажигалки. Та таяла на глазах, а эта сущность увеличивалась.

– Насколько? – Брошкина не отличалась особым терпением, но, видимо, борьба за флаг начисто лишила ее терпения и привычной рассудительности.

– Чуть меньше, чем объем поглощенного.

– Тогда, получается, – староста мрачным взглядом посмотрела на остатки лагеря, – эта сущность очень большая.

– Да уж. Сестренка, ты полна сюрпризов. А ты точно это видела или просто дезинформацию сливаешь?

– Чего? – возмутилась я. – Это мне надо?

– Ну… Не знаю, – развел руками родственник.

– Так ты про это спрашивала тогда? – Хельга выглядела немного задумчивой, после моего кивка она продолжила: – Тогда у меня есть идея, как нам побить финального босса – магистра Виторио-Айгуша. Это же финальный босс?

– Я бы сказал – боссяра, – грозно произнес Макс Чайкин.

– Он столько всего здесь уничтожил, – рассудительным тоном начал Григорий, – что, наверное, превратился в слона.

Возразить или опровергнуть его гипотезу никто не успел. Впереди раздался треск, шум. Птицы взметнулись с ближайших деревьев и пальм. Все насторожились и с тревогой вглядывались в сторону источника шума. Макс уже активировал магический браслет, его примеру последовал брат-близнец и Григорий.

– Не надо магии, – я старалась, чтобы голос не дрожал, но получалось с трудом. – Он же питается магией.

Валентина нахмурилась и смачно выругалась.

– Вот это староста курса, – Макс изумленно уставился на Брошкину. – Уважаю.

– Хельга, идеи есть?

Шум приближался, волнение нарастало, а мы отступали к остальным.

– Хельга, скажи хоть что-нибудь? – я оглянулась, подруга Валентины будто застыла, взгляд стеклянный, не мигает, только уголок рта дергался. На место нашего лагеря выползло нечто серое, амебное и огромное.

– Метра три будет, – прохрипел Марк, молчавший до этого.

– А может, и больше, – Григорий погасил браслет. – Вот тебе и слон.

«Слон. Это не слон. Это…»

Сущность на секунду остановилась, будто принюхивалась, хотя носа-то у нее и не было, и двинулась к нам.

– Макс, выруби браслет! – крикнула Брошкина, и Чайкин ее даже послушался.

Магическое нечто замерло. Покрутило головой, которая находилась на короткой шее, и плюхнулось на песок.

– На магию реагирует, – заметил Марк и двинулся налево, сущность это движение проигнорировала. Но стоило только Кайсе двинуться с места, как все большое тело магического монстра зашевелилось.

– Это не слон, это – гигантская гусеница, – голос Матвея Чайкина немного дрожал. – Как же мы ее того… без магии?

– Не скули! – грозно рявкнул Макс. – «Пустышки» знают, как без магии жить, вот и спросим у них. – Ребята как по команде посмотрели на Марка Иванова.

– А что? – ехидно заметил Иванов. – Прикольные ощущения – чувствовать себя беспомощным?

– Марк, пожалуйста, если у тебя есть идеи, то сейчас самое время их озвучить, – попросила я. – Сейчас не время разводить дискуссии.

– Раз эта гусеница-переросток реагирует на магию, то заведите ее куда-нибудь, – Марк стер пот с лысины.

– Куда? – рявкнула Кайса. – Это остров. Если ты не заметил.

– Заметил, – в тон ей ответил немаг.

– И к тому же это наше, возможно, финальное задание.

Все приуныли, задумались и замолчали. Сущность тоже не двигалась, то ли наблюдая за нами, то ли пытаясь почувствовать проявление магии.

– А может, тогда «накачать» это магией? – тихий голос Хельги вывел меня из задумчивости. – Ну не может эта сущность расти до бесконечности. У всего есть предел. «Вольем» в нее все, что у нас есть, и она лопнет.

– Бред, – пробурчала Кайса под нос.

– А что – мысль, – обрадовался Матвей и получил от брата подзатыльник. – Чего?

– Ничего. Мы окажемся без магии, а эта гусеница, – Макс презрительно посмотрел на сущность, – только больше станет.

– Риск есть, но может получиться, – Хельга старалась выглядеть уверенной и спокойной, хотя получалось это так себе.

– Решайте быстрее, пока остальные не пришли и не начали палить в нее огненными шариками. – Я переводила взгляд с одного однокурсника на другого. – Валентина, что скажешь?

– Идея Хельги кажется самой невероятной, а потому может сработать, – задумчиво произнесла староста. – Марк, иди к остальным, пусть все маги придут сюда, а остальные остаются там, – она махнула в сторону.

– Ой-ой, – произнесла Кайса, и тут же раздался оглушительный крик, кто-то из студентов дошел до нас и увидел гусеницу-переростка, подошедшие девушки заорали.

Сущность стала извиваться. Хоть рук у нее не было, зато восприимчивость к звукам была. Лишь только вновь пришедшие студентки перестали визжать, как гусеница тоже замерла и успокоилась.

– Еще раз! – крикнула я. – Кричите еще раз! – Никого упрашивать не пришлось, теперь еще и Кайса с Хельгой присоединились к ним. Гусеница-переросток извивалась, выгибалась и корежилась на песке. Было видно, что все это ей не нравилось.

– Хватит, это только ее злит! – прокричал Григорий, как только девушки замолчали.

– Вот именно. Кричим, шумим, орем и чем громче, тем лучше, – схватив сухую ветку, я принялась бить по ближайшему дереву и орать.

Гусеница-переросток сделала попытку подползти к нам, но все девчонки так завизжали, что ее скрутило снова.

– Она реагирует на звуки, и ей это не нравится, – изумилась Хельга и схватила наконечник копья, после чего принялась скрежетать им по камням. Звук получился ужасно противный. Сущность немного отступила. Видя это, остальные ребята принялись бить по деревьям, орать, гоготать и шуметь так, что уже мне самой захотелось убежать с пляжа и спрятаться в пещерах, что же говорить о сущности.

– Продолжаем, окружаем, – напутствовала Валентина и начала петь гимн школы.

Голоса, как и музыкального слуха, у Брошкиной не было, а потому получалось фальшиво, громко и противно – все, как нам надо. Вскоре мы уже все орали гимн. Магический монстр сначала пытался убежать, но Марк и другие немаги отрезали ему путь к отступлению в джунгли.

– Еще громче, громче! – орала Валентина, начиная песню снова, делая шаг вперед.

Я последовала ее примеру, затем Кайса, Хельга, Эд, Инвар и другие медленно пошли вперед. Чем ближе мы подходили к гусенице-переростку,